Клубничка по-шведски - Дарья Калинина

— Есть, разумеется, — пробормотала Уточкина. — И даже два.

— Вот! — с торжеством воскликнула Кира и тут же спросила: — Они оба зарегистрированы на вашего мужа?

— Весь автопарк зарегистрирован на него, как на юридическое лицо.

— Очень хорошо. Просто отлично!

— Рада, что вы довольны. Мы всегда внимательны к пожеланиям клиентов. И стараемся учитывать каждую мелочь.

— А к «Мерседесам» тоже полагается водитель?

— Иногда мой муж даже сам садится за руль, если других шоферов нету.

Кира уже поняла, что кончик ниточки стал удлиняться и даже, может статься, куда-нибудь да и выведет. И поэтому она спросила:

— А как мы можем его увидеть?

— Кого? «Мерседес»?

— Нет, вашего мужа!

— Думаю, что вам нужно позвонить завтра в офис и договориться о встрече.

И сколько подруги ни пытали ее, сотовый телефон мужа не дала.

— Я стараюсь быть полностью в курсе дел мужа, — твердила она подругам с ослиным упрямством. — И могу ответить вам на все ваши вопросы.

— Потеряешь ты скоро мужа с такой-то старательностью! — прошипела Кира, впрочем, стараясь, чтобы ее слова не попали в трубку. — Дура!

В конце концов Уточкина все же призналась, что прокат машин, которым владеет ее муж, называется «Эх, прокачу!». На взгляд подруг, название говорило скорей о хорошем знании отечественной литературы, чем о здравомыслии владельца бизнеса. Телефон подруги узнали через справочник. Но что толку? Там все равно в четыре утра никто не снимал трубку.

— Не берет.

— Так он и будет тебе убиваться на работе! — воскликнула Кира. — Это только верные жены верят, а что им еще остается? А все прочие прекрасно понимают, что ночью мужчины делают что угодно, но только не работают.

Звонить в «Эх, прокачу!» было решено уже завтра, когда там появится персонал. А сегодня все взгляды подруг снова притянул к себе конверт — инструкции, белый порошок в колбочке. А некоторая недоговоренность все больше их смущала. Что же должны они предпринять после того, как подсыплют яд Петрушкину?

— Почему-то никакого продолжения не следует, — сказала Галочка, снова перечитав все инструкции.

— И что все это может значить?

— Видимо, дополнительную инструкцию мы получим уже после того, как войдем в доверие к Петрушкину.

— Или одна из нас туда войдет, — многозначительно произнесла Леся.

— Куда?

— Ну, туда. В это самое доверие. И эта счастливица и получит от «союзников» дополнительные инструкции. А другие… М-м-м, другие, наверное, ничего не получат.

Почему-то при этой мысли все ощутили холодок в теле. Хорошо, одна получит инструкции, а что же другие две девушки? Их куда? В балласт?

— Ой, не нравится мне все это, — прошептала Галочка. — Совсем не нравится.

Но самое скверное было еще впереди. Подруги еще не знали о его приближении. И потому довольно спокойно проспали до утра. Миновала ночь, наступил новый день, подруги дозвонились до конторы «Эх, прокачу!» и узнали, что тот самый «Мерседес», на котором их вчера катали в лес, в самом деле принадлежит их компании. Но нанять его невозможно, так как вчера вечером он был арендован и до сих пор не возвращен.

— Его угнали! — воскликнула Кира. — Какой ужас! Вы уже заявили в милицию?

Девушка на другом конце провода несколько удивилась азарту Киры, но все же взяла себя в руки и вполне вежливо ответила:

— Нет, в этом нет нужды.

— Но как же! Машина пропала. А я как раз хотела ее взять!

— Возьмите другой «Мерседес». Того же класса. И даже цвет похож. Черный и темно-серый.

— Нет, хочу именно тот, — закапризничала Кира. — Хочу, хочу! Когда он будет?

— Говорите с Кириллом Константиновичем.

— С господином Уточкиным? Хорошо.

— Он взял «Мерседес», так что только он и сможет вам точно сказать, когда машина будет свободна!

Это была шокирующая новость. Выходило, что их вчерашний немногословный шофер Кирилл на самом деле был никаким не шофером, а владельцем «Эх, прокачу!» — Кириллом Константиновичем?

Эту новость следовало хорошенько обмозговать, чем подруги и занялись. А в результате мозгового штурма, который они предприняли за стаканчиком свежевыжатого апельсинового сока и нескольких скончавшихся от старости сухариков, которые случайно завалялись у Киры в шкафу, было принято решение снова позвонить в прокатное агентство.

— Нет, не могу я вас соединить с Кириллом Константиновичем, — отказалась девушка. — Он со вчерашнего вечера все время недоступен.

— Тоже пропал! Украли! Похитили вместе с машиной!

— Никуда он не пропал! — В голосе девушки теперь явно слышалось раздражение, ей хотелось избавиться от заполошной клиентки раз и навсегда. — Машину арендовали люди, которых он лично хорошо знает.

— Кто такие? Вы их видели? Они достойные люди? А вдруг обманули?

— Константин Кириллович сам сказал, что машину берут его хорошие знакомые. Так что с ним все в порядке. Возьмите пока другую машину. Не хотите «Мерседес», возьмите «Хонду».

Но Кира отговорилась нелюбовью к японским машинам и в очередной раз повесила трубку.

— Вот так, — растерянно произнесла она, когда передала содержание разговора своим подругам. — И Кирилл Константинович тоже пропал.

— Ой, ужас!

В головах у подруг вертелась одна и та же мысль. А вдруг усатенький Кирилл Константинович стал еще одной жертвой жестоких «союзников»? После того как он выполнил свое задание, они его похитили вместе с машиной. И… И что? Убили?

Но несмотря на свой страх, подруги принялись активно готовиться к благотворительному вечеру, на котором им предстояло сегодня сиять и сверкать.

Билеты на вечер были приложены к инструкции. А вот на бальные платья, туфли, драгоценности и аксессуары «союзники» что-то поскупились. Также они явно не собирались оплачивать подругам визит к массажистке, который был им необходим для улучшения общего состояния. А также посещение парикмахера. И за маникюр «союзники» из своего кармана платить тоже не хотели.

Пришлось тратиться самим. Как и всегда.

— Каждая из вас должна подчеркнуть свой собственный стиль и красоту, а не выдумывать что-то нереальное, — ознакомившись с требованиями подруг, заявила им Эвредика — главная визажистка в салоне красоты.

Эва, как звали ее все подчиненные и клиенты, была существом редкой породы. Она имела в своем активе несколько сотен поколений дворян. И ее бабушка — старейшая из ныне существующих Арефьевых, узнав, что внучка успешно освоила презренное ремесло цирюльника, едва не скончалась от горя. С профессией внучки бабушку примирили только резко возросшие доходы, а также жизненные блага, которыми внучка принялась осыпать свою любимую бабушку.