Автограф убийцы - Марина Серова

– Здорово, Ушлый. С возвращеньицем. Как улов, удачный? – принялся расспрашивать он. – А я Воротилу на вокзал отправил. Пусть разживется маленько, верно ведь? И так третью неделю на нашем горбу едет.

– Не трещи, Леший, голова раскалывается, – поморщился Ушлый. – И не увиливай. Отвечай, твоя баба?

Взоры всех присутствующих обратились на меня. Я отвернулась от Лешего, брезгливо поджав губы, и произнесла:

– Полагаете, у нас может быть что-то общее?

– Кто вас, баб, разберет? Может, тебя на экзотику потянуло? – усмехнулся Ушлый. – А иначе чего тебе тут торчать?

– Так она ж к тебе пришла, – обрадованно заявил Леший. – Вчера приходила, да не застала. А сегодня пришла и сидит уже полвечера.

– Видать, сильно надо, раз столько времени вонь вашу нюхать готова, – задумчиво произнес Ушлый.

Запах в сарайчике был и правда не ахти. Ушлый махнул мне рукой, призывая двигаться за ним, и прошел в соседнее помещение. Комнатка, в которой мы оказались, завидно отличалась от первой. Метраж, правда, маловат, зато чистенько. Обои в бабочках, половичок на полу. Занавесочки на окошке. И даже герань в горшке на круглом столике возле окна.

– Присаживайся, рассказывай, – предложил Ушлый.

– Меня интересует некая особа, которая больше месяца назад наняла вас для поломки забора, – с места в карьер начала я.

– На что она тебе? – спросил Ушлый.

– Я подозреваю ее в убийстве человека, – честно призналась я.

Ушлый присвистнул.

– Серьезное обвинение, – произнес он.

– Знаю. Только против фактов не попрешь, – ответила я.

– Чего ж сюда пришла, а не в полицию? Мстить собираешься? – снова спросил Ушлый.

– Ни в коем случае. Воспитывать, – улыбнувшись, ответила я.

– Воспитательница, что ль?

– Детектив, – представилась я.

– Что правду сказала, это молодец. Наври хоть слово, разговор бы вести не стал, – подумав, начал Ушлый. – Терпеть не могу тех, кто без нужды врет. Интересующую тебя особу помню. Да толку от этого немного. Мы с ней ни адресами, ни телефонами не обменивались. Имен тоже никто не требовал. Пришла, озвучила просьбу, заплатила щедро, причем авансом. Мы работу выполнили. Все, конец истории.

– Но ведь как выглядела она, вы можете вспомнить? Описание дать? Для начала мне и этого достаточно, – объяснила я.

– Да как выглядела? Баба и баба. Маскироваться пыталась. Платок на голову, очки солнечные в пол-лица, балахон до пят. Вот и выходит, что рассказать-то мне нечего.

– Что ж, жаль. Признаться честно, я сильно рассчитывала на вашу помощь, – протянула я, вставая.

– Сядь, не спеши, – остановил меня Ушлый. – Вот вроде умная ты баба, а дура. Кто ж деловые переговоры на полпути бросает? Ты сначала заинтересуй потенциального партнера. Предложение выгодное сделай. Такое, от которого он отказаться не сможет, а уж потом выжимай из него все, что сможешь.

Я пораженно уставилась на бомжа, до того складно он говорил. Правильно истолковав мой взгляд, он рассмеялся и сказал:

– А ты думала, мы бомжами-то прямо с пеленок становимся? Как родила нас мамка где-нибудь в подвале, так в нем мы и сдохнем? Да будет тебе известно, я в прошлом не последний человек в Москве был. Такими делами ворочал, Абрамовичу и не снилось! Ну, продолжим переговоры?

– Продолжим, – согласилась я, доставая кошелек.

Выложив тысячную купюру, я спросила:

– Этого хватит?

– Еще столько же добавь, плюс на водку, сколько не жалко, – командовал Ушлый.

Я послушно выполнила указания, добавив две купюры по тысяче рублей. То, что поведал мне Ушлый, тех денег стоило.

– Лицо и фигуру твоя баба замаскировать сообразила, а про остальное не догадалась. Я ведь не дурак. Сразу смекнул, что она не ради забавы лаз в заборе оплачивает. Мульку придумала складную, только уж очень неправдоподобную.

– А чем она мотивировала желание заполучить дыру в заборе? – из чистого любопытства спросила я.

– Сказала, что прораб, мол, ее с покупкой сырья прокатил, она большие бабки через это потеряла. Хочет, мол, отомстить. Придут мужики, стройматериалы попортят, тогда уж он никуда не денется, прибежит к ней, как миленький. Я сделал вид, что верю. А когда она расплатилась, я за ней и проследил. Она в сарай пешком притопала. Машину в соседнем дворе оставила. Номерок авто я записал для страховки. А то, думаю, вынесет пройдоха все, что плохо лежит, а подтянут за эту байду меня да дружков моих.

Ушлый порылся в бездонном кармане брюк, вытащил кусок картона, оторванный от какой-то коробки, и протянул мне.

– Белая «Тойота». Седан. Номерной знак спиши, а картонку мне оставь, – велел он.

Я переписала номер в блокнот.

– Случайно не заметили, у девушки на пальцах кольца были? – спросила я, возвращая Ушлому кусок картона.

– Вот сейчас сказала, и я вспомнил, – спокойно произнес Ушлый. – На двух руках. На каждом пальце. Крутила она их нервно. Потом сообразила, что колечки-то приметные, и прятать начала. В карман руку засунула, потихоньку кольца сняла, потом только вынула.

Я распрощалась с Ушлым и, усевшись в машину, принялась рыться в сумочке. Мне срочно требовалось выяснить, какой автомобиль у Полянской. Хорошо, что болтушка Юленька, секретарша Суровцева, навязала мне директорскую визитку, а на обратной стороне приписала свой номер.

Юленька взяла трубку сразу, но вспомнить, кто же такая Татьяна Иванова, смогла только после того, как я представилась детективом. На имена у девушки память оказалась никудышная, зато на профессии – отменная. Юленька сообщила, что прекрасно знает, какая машина у Светланы. Естественно, Полянская рассекала по Тарасову на белой «Тойоте». Что и требовалось доказать! Заодно я поинтересовалась, как часто Полянская покидает рабочее место в утренние часы. Оказалось, что функции, которые выполняет Светлана в фирме, требуют постоянных разъездов. То есть ей ничего не стоило прийти в офис, а через некоторое время, сославшись на неотложные дела, отправиться в дом Фирузова, выдать там себя за представителя торговой фирмы и попытаться, проникнув в его квартиру, забрать компромат.

Оставалось что-то сделать с «железным» алиби Полянской на день смерти Фирузова. Я снова поехала в «Онегин», намереваясь задать обслуживающему персоналу гостиницы хорошую трепку за дезинформацию. Первой на глаза мне попалась девушка с ресепшн. Доброжелательно улыбаясь, она принялась уговаривать меня воспользоваться услугами местного сервиса. Пришлось разочаровать ее, объяснив, что перед ней коренная тарасовчанка, не нуждающаяся во временном жилье.

– Чего же вы сразу не сказали? – надула губы девушка. – Я тут распинаюсь, а вы и не собираетесь номер снимать!

– Не расстраивайтесь так, – проговорила я, выкладывая перед ней плитку шоколада.