Страсть под чужим именем - Ольга Володарская

– Будете чай? – спросила она, проводив Влада в мамину комнату, считающуюся гостиной. Сначала в ней обитала Галка. Но так как она не отличалась аккуратностью, ее «сослали» в другую еще в юном возрасте. Однако она до сих пор некоторые свои вещи хранила в гостиной.

– С удовольствием.

Влад уселся на диван (мама сразу после подъема убирала постель, не то что ее дочь), осмотрелся. Увидев диски Руслана, усмехнулся.

– С ним вы меня перепутали? – спросил он.

– Вы очень похожи.

Соловьев поднялся, подошел к полке, взял один из дисков, посмотрел на фотографию.

– Вы ошибаетесь, мы совсем не похожи. Он выше, худее, симпатичнее, наконец.

– Да, наверное, именно так кажется на первый взгляд. Но я слишком хорошо чувствовала Руслана, чтобы обмануться.

– Вы с ним знакомы?

– Нет. Но я была в него влюблена. Это, конечно, глупо, влюбляться в звезду, но сердцу ведь не прикажешь.

– Тут вы правы…

– И я так пропиталась этим чувством, что Руслан стал как бы частью меня. Когда я видела его на экране, я знала, какие эмоции он испытывает. Настоящие, а не те, что показывает. Я видела его грустным, страдающим, злым. Хотя он всегда улыбался и дарил позитив. А один раз… Вы не поверите! Он давал интервью, балагурил, заигрывал с корреспонденткой, а я чувствовала, как ему плохо. Болело у него что-то. Мне казалось, зуб. И точно. В конце интервью он сказал, что сейчас поедет к стоматологу удалять зуб мудрости.

Она замолчала. Влад тоже несколько секунд не произносил ни звука. Думал о чем-то. Но затем встрепенулся и спросил:

– Теперь, надеюсь, вы не думаете, что я Руслан?

– Честно? Сейчас нет. Но минуту назад, когда вы улыбались… – Она отмахнулась. – Я пошла за чаем.

Вернулась Галка очень быстро – чайник еще не остыл. Принесла на подносе две чашки, вазочку с конфетами, вафельный тортик, оставшийся со вчерашнего дня, и розетку с фирменным матушкиным вареньем из айвы. Но гость на сладости даже не глянул. Взял чай и стал пить его пустым.

– Я зачем пришел-то… – начал Влад после того, как сделал пару глотков. – Спросить об одной вещи… Вы вчера во сколько спать легли?

– Точно не могу сказать… А что?

– А примерно можете?

– Приблизительно через полчаса после того, как покинула ваш дом.

– Сразу уснули и до утра?

– Да… А что за странное любопытство?

– Дело в том, что мы с другом ранним утром собрались на рыбалку.

– С тем самым, что приехал на джипе?

– С тем самым, которого вы втроем зацеловали, – не сдержал улыбки Влад. Но улыбнулся он скупо, не показывая зубов. – Так вот мы собирались на рыбалку. Вытащили лодку, снасти, оставили ее у дома, прямо возле спуска к реке, пошли обратно за следующей партией снаряжения, а когда вернулись, оказалось, что лодка со всем содержимым исчезла.

– Как так?

– А вот так! Украл кто-то.

– Это не я. Мне ваша лодка без надобности.

– Я вас и не подозреваю. Просто думал, может, вы видели что-то… Вдруг выглядывали в окно ночью, и кто-то попался вам на глаза.

– Нет, я спала.

– Извините тогда…

– Дорогая лодка? – сочувственно спросила Галка.

– Не дешевая. Но дело не в этом. Она очень нравилась мне. Удачная была. Теперь такую поискать придется. И это займет время. А с берега рыбачить я не очень люблю.

– Послушайте, я вам могу помочь! – воскликнула Галка. – У меня отец был заядлым рыбаком. Его лодка до сих пор в сарае лежит. Хотите, я вам дам ее напрокат.

– Спасибо, не стоит беспокоиться…

– Да какое там беспокойство? Сарай вон он, за домом. Ключ от него висит в прихожей, на крючке.

– За домом разве есть сарай? – удивился Влад.

– А вы не знали? Да, есть. Большой. Деревянный. – Она встала, подошла к окну, хотела показать. – Не видно, к сожалению, отсюда. Он стоит чуть в отдалении от дома. Между нашим и соседним. Раньше там овощехранилище было. А когда крыша стала протекать да в стенах дыры появились, решили его под сарай приспособить. Он на несколько домов. В него общий вход, а дальше как бы отсеки запирающиеся. Ваш там тоже есть. Так что можете хранить что-то… Хотя не советую. Воруют! Соседи все более-менее ценное оттуда вынесли. Только мы с мамой безалаберные, оставили. Может, лодку отцовскую уже своровали, а я вам ее пообещала… Но мы можем сходить проверить!

– Вы очень добры… Все же не стоит. Спасибо. Не люблю брать чужое, даже напрокат.

– Ну, как хотите.

Тут Галка заметила, что Влад как-то уж очень пристально смотрит на картину, которую она привезла из-за границы. Ее еще не повесили на стену (некому было гвоздь вбить), вот она и стояла за креслом, прислоненная к стене. На ней была изображена женщина, стоящая у дверей домика, утопающего в тропическом саду. Она смотрела вдаль, приложив ладонь к глазам, и, судя по всему, ждала кого-то близкого и родного.

– Вам понравилась эта картина? – спросила она у Влада.

– Откуда она у вас?

– Мне ее подарили.

– Кто?

– А вам какая разница? – не слишком вежливо буркнула Галка.

– Дело в том, что я был знаком с художницей. И даже видел, как она работала над этой картиной.

– Правда? – ахнула Галка. – Вот вам повезло! Я восхищаюсь работами Евгении. И то, что владею одной из них, меня несказанно радует… Их не так легко купить!

– Эта картина тоже продавалась?

– Нет. Ее художница отдала моему бывшему боссу. Они были очень хорошо знакомы. Однажды он заглянул к ней в гости. Евгения была не в настроении. Хотела картину уничтожить. Но он не позволил. Тогда она велела унести ее с глаз долой. Он забрал ее к себе, потом подарил мне. Евгения к тому моменту уже была мертва. Вы ведь наверняка знаете, что она умерла…

– На кого же вы работали?

– Имя вам ни о чем не скажет.

– Но картина писалась в Таиланде. И там же была оставлена. Как она могла попасться на глаза вашему боссу?

– Очень просто. Его дом на острове Пхи-Пхи находился по соседству с виллой Евгении.

– То есть вы работали…

– В Таиланде. Полтора года. Вернулась недавно. Странно, что вы не заметили моего отсутствия. Все же соседи.

– И кем вы там работали, на Пи-Пи?

– Я занимала должность юриста в крупной фирме, специализирующейся на продаже и аренде недвижимости в Таиланде. Это в Паттайе.

– И почему вернулись? Не понравилось?

– Так сложились обстоятельства, – туманно ответила она.

А в памяти сразу всплыл первый день новой жизни в чужой стране…