Плохо быть бестолковой - Ирина Комарова

Хм. Похоже, Мэричка хотела, чтобы я ее навестила не только для того, чтобы поблагодарить за спасение и попросить помочь подружке. Барышня понимала – вопрос о роковом блондине Роме всплывет в самое ближайшее время, и решила, что неприятная тема в присутствии независимого свидетеля будет менее неприятной. Напрасно она на меня рассчитывала, я в их семейные разборки вмешиваться не собираюсь.

– Мэричка! Я не верю своим ушам! Ты была в «Знойном вечере»! Боже мой, что скажет папа?!

– Мам, там очень многие бывают из нашей группы…

– Ты позволила, чтобы с тобой познакомился совершенно неизвестный тебе парень!

– Мам, а знакомятся только с неизвестными, если ты парня знаешь, это уже не знакомство…

– Что скажет папа?! Это наверняка бандит! Да-да, бандит и наркоман!

– Мам, «Знойный вечер» – приличное заведение, бандитов туда не пускают, а наркоманов тем более…

– Значит, он жиголо! Охотник за приданым! Этот негодяй решил заморочить тебе голову, а потом вытянуть побольше денег из твоего отца! Боже мой, что скажет папа?!

– Мам, ну какой же он охотник, если он, наоборот, исчез? Это же я его искала…

– Моя дочь искала бандита, с которым познакомилась в ночном клубе! Что скажет папа, когда узнает? Как ты вообще там оказалась, в этом «Знойном вечере»?

– Мам, Рома не бандит, а «Знойный вечер» очень приличный клуб, некоторые девчонки там даже дни рождения справляли…

Я отвернулась, рассеянно разглядывая букет. Творение флористов из магазина «Лилия» (не думаю, что Лилия Михайловна, имея собственный цветочный магазин, купила этот букет у кого-то из конкурентов) выглядело весьма эффектно. И, на мой непросвещенный взгляд, загадочно. Какие-то кудрявые цветы-метелки белого и фиолетового цвета перемешаны с мелкими розовыми бутончиками и веточками с резными листочками неожиданного малинового цвета – из всех составляющих букета я смогла опознать только аспарагус. Да и тот никак нельзя было назвать обычным, поскольку темная зелень была усыпана крохотными белыми цветками-звездочками – до сих пор мне такой сорт аспарагуса не встречался.

И чай с гибискусом, и сдобные булочки давно были забыты. Мать и дочь выясняли отношения, уже по третьему кругу продолжая приводить друг другу одни и те же аргументы. Лилия Михайловна откровенно плакала и, судя по тому, что она все чаще призывала в свидетели отсутствующего папу, напор ее слабел. Мэри, несмотря на тихий голос и общую слабость, держалась твердо, отстаивая свое право ходить в «Знойный вечер» и знакомиться там хоть с дюжиной молодых людей за раз. Наконец Лилия Михайловна вспомнила про меня:

– Рита, вы слышите, что она говорит?

– Слышу.

– Скажите ей, что она не права!

– Не могу. Ваша дочь давно совершеннолетняя. А «Знойный вечер» место приличное, по криминальным сводкам не проходит.

– Вы что, одобряете эту дикую идею, шататься по ночным клубам? – У Лилии Михайловны даже слезы на глазах высохли, так она была потрясена моим предательством.

– Я не могу одобрять, возражать или давать какие-то оценки, у меня нет на это никакого права. Я просто говорю, что ваша дочь уже взрослая женщина и имеет право самостоятельно решать, где ей бывать.

– Но что скажет ее отец?! – Она беспомощно смотрела на меня.

– Не знаю. – Я пожала плечами. – Но если он разумный человек, то он тоже вспомнит, что Мэри – взрослая.

– Мама, я взрослая, – мягко подтвердила Мэри. – И Рома…

– Я не хочу про него слышать! – Лилия Михайловна заткнула уши и зажмурилась. – И видеть не хочу, и ничего про него знать тоже не хочу!

В дверь палаты негромко постучали.

– Да, войдите! – быстро ответила Мэри.

– Не хочу! – повторила Лилия Михайловна и открыла глаза.

Дверь приоткрылась, и в щели показался огромный букет красных роз. За букетом протиснулся смущенный белобрысый парень.

– Здравствуйте. – Он увидел Мэри, и щеки его заалели.

– Рома, – выдохнула она и прижала ладони к щекам с нарисованным румянцем. – Ой, Рома!

– Ты специально отправил меня в больницу? – спросила я у Гоши. – А сам рванул за этим мальчиком? Кстати, где ты его нашел?

– Отвечаю на вопросы по порядку. – Напарник жмурился, как довольный, наевшийся сметаны кот. – В больницы я не хожу принципиально, и ты здесь ни при чем. За мальчиком я, как ты изящно выразилась, «рванул» потому, что нужно было закончить работу, которую мы, если помнишь, подрядились сделать. А что до того, где я Рому нашел… ну-ка, напряги извилины.

– В «Знойном вечере», – кивнула я. – Пришел туда, показал фотографии Мэри…

– Вот именно. Со службой охраны я еще в прошлый раз отношения наладил, так что мне без проблем снова дали записи видеонаблюдения посмотреть. А дальше – дело техники. Парнишка действительно работает программистом, его фирма в соседнем здании расположена. «Компьютер и К»: продажа, установка, ремонт, обслуживание и всякое прочее сопровождение умной техники. Я не поленился, заглянул к ним в офис – ничего, вполне солидное заведение. И Рома наш не последний там человек. Не самый главный, конечно, но фигура уважаемая и достаточно высокооплачиваемая. На то, чтобы регулярно в «Знойном вечере» зажигать, не хватит, но время от времени окунуться в красивую жизнь может себе позволить.

– А вообще, что он за человек, ты узнал?

– Переживаешь за новую подружку? – подмигнул напарник. – Узнал, конечно, зря, что ли, я там терся. Можешь успокоиться, репутация у паренька однозначно положительная.

– Мэри говорила, что он такой крутой, – вспомнила я.

– Крутой? – Гоша усмехнулся. – Не знаю, если только для нее? Высокий, это да, и физиономия симпатичная. А в остальном – обычный парень. Славный. Я сначала с народом поговорил, присмотрелся к нему со стороны, а потом зажал в уголке и устроил допрос с пристрастием: каковы его намерения в отношении девушки Мэри? Достаточно ли они честны и благородны?

– И что? Что он тебе сказал? – Я даже дыхание затаила, так мне было интересно.

– Все подробности я тебе пересказывать не буду, поскольку разговор у нас был мужской, приватный. Скажем так: в результате я его благословил, коротко ввел в курс последних событий и отвез в цветочный магазин. Потом, в качестве дружеской услуги, подбросил до больницы и помог преодолеть цербера, прикинувшегося дежурной сестрой на входе. А что было дальше?

– О, это надо было видеть! – засмеялась я. – Как только Мэри пискнула: «Рома!» – Лилия Михайловна надумала упасть в обморок. Паренек перепугался, поймал ее, усадил в кресло и начал обмахивать букетом. Поскольку при этом он косился в сторону Мэрички, то пару раз проехался розами по физиономии потенциальной тещи. Лилия Михайловна сочла за благо прийти в себя и отодвинуться и от старательного мальчика, и от его букета подальше. Вот только сделала она это слишком энергично и немного неправильно выбрала направление. Мы ведь там чай пили, когда Рома явился. Столику-то ничего не сделалось – он просто опрокинулся. А чашки и чайник – это все вдребезги. Булочки, как лягушки, по всей палате скакали.