Сердце красавицы склонно к измене - Дарья Калинина

– Но я так просто не дамся! – гневно воскликнула Горшкова. – У меня тоже есть хорошие знакомые! Они не допустят, чтобы меня выставили полоумной!

– Понимаем, но все равно такая ситуация крайне неприятна.

– Что вы от меня хотите? – напрямик спросила у подруг Горшкова. – Если вы явились от моего мужа с предложением переговоров, то я сразу же скажу вам – нет! Я уже объяснила им, что не пойду на компромисс. Если мой муж думает, что я после всего того, что узнала о нем, отдам ему еще хоть копейку, он сильно ошибается. Я буду бороться! Выступлю в суде! И если понадобится, то не один раз! Мне торопиться некуда. Это у моего муженька под одним местом пожар.

– А что, если вам решить сей вопрос более кардинально?

– Как?

– Ну… допустим, если ваши обидчики просто исчезнут с лица земли. Что бы вы на это сказали?

– Что такое вы говорите? – изумленно посмотрела на подруг Анастасия. – Как это исчезнут? Умрут?

– Да. Умрут.

– Вряд ли я этого дождусь! – горько произнесла Горшкова. – Мой опыт показывает, что подлецы живут очень долго. Господь в первую очередь прибирает к себе людей достойных. Негодяям и мерзавцам он жизнь продлевает. То ли потому, что не хочет их видеть у себя, то ли дает возможность опомниться, искупить свою вину, покаяться.

– Вы человек верующий?

– Я много думала. Ходила в церковь. Да, я верю, что Господь создал нас по своему великому замыслу. Каждый из нас – это он сам, частичка его души. Только многие отворачиваются от своего предназначения. Вместо того чтобы стремиться к свету, к чистоте, они все глубже увязают в своих грехах.

– И ваш муж был одним из таких людей? И Курилкин тоже? Поэтому вы убили их?

Изумление и страх, которые появились на лице Горшковой, порадовали подруг. Похоже, эта женщина и впрямь никого не убивала. Но как быть с мотивом? А он у Горшковой имелся, и очень серьезный. Она сама призналась, что ей было что делить с мужем. И также было чего опасаться со стороны Курилкина.

Между тем Горшкова судорожно хватала ртом воздух.

– Это что? Какая-то шутка?

– Увы, нет. Курилкин убит. А ваш муж… он тоже при смерти.

– Но это… Это невероятно! Они оба сильные и здоровые мужчины. С чего вдруг им умирать?

– Ну, Курилкина кто-то огрел по голове, а потом придушил для верности. А ваш муж… он попал под самосвал.

Несмотря на ситуацию, Анастасия не выглядела обрадованной. Напротив, в глазах у нее поселилось отчаяние.

– Но как же так? – пробормотала она. – Леша… умер?

– Нет, ваш муж пока что жив. Состояние у него тяжелое, но он жив.

– Жив? И где он? В больнице? Я должна немедленно попасть к нему!

– Зачем?

– Ну, как же! А вдруг он умрет? Все-таки муж! И мы не очень-то хорошо с ним поговорили в последний раз. Не знаю, какая муха его укусила! Чего ему не хватало? Зачем он связался с этим отвратительным типом?

– Вы имеете в виду Курилкина?

– Да! Это он настраивал мужа против меня! Наговорил ему бог весть какой ерунды! Будто бы я изменяю ему с какими-то мальчишками из порно-фильмов. Что у меня даже роман с одним из таких актеров. И что я сама снимаюсь в данных кинолентах! Просто бред воспаленного мужского самолюбия. Этот Курилкин, мягко говоря, ненормален!

– Теперь он мертв, – напомнила ей Кира. – И следователь подозревает вас в его убийстве.

– Но почему именно меня?

– Курилкин готовил материалы к вашему бракоразводному процессу. Из-за него вы могли потерять огромные деньги.

– Даже под угрозой полной нищеты я бы никогда не прервала жизнь другого человека, – твердо произнесла Анастасия. – Земные блага ничто по сравнению с жизнью вечной. Господь не простил бы мне такого. Да и я сама… как бы я жила потом, зная, что замарала руки кровью другого человека? И что убила-то я из-за денег! Пусть и своих денег, но все равно.

И что-то сильное и светлое, что появилось в глазах у этой женщины, заставило подруг поверить в ее невиновность. Нет, не могла она убить. Вот не могла, и все тут! Сам Горшков мог. И Курилкин мог. Последний какую-нибудь особо насолившую ему тетку запросто бы прикокнул. Или даже мужчину, посмевшего встать на ее защиту.

А вот Анастасия – никогда. Прав был Артур, признав в ней своим простым сердцем чуть ли не святую.

– Вот что… Мы вам верим. Но вы все равно должны обратиться к следователю.

– Должна?

Анастасия не скрывала иронии.

– Вы не понимаете, – принялись растолковывать ей подруги. – Вас уже ищут. И в Германию к вам домой следователь звонил. И в нашей стране вы являетесь разыскиваемой персоной. Скорей всего, вам даже не удастся вернуться назад в Германию. Граница для вас будет закрыта.

Положим, этого подруги точно знать не могли, но Анастасия им поверила.

– Боже мой! – прижала она к лицу пухлые гладкие ладошки. – А ведь вы правы! У меня действительно был серьезный мотив желать зла этому человеку. Они вдвоем с мужем намеревались обобрать меня. Но когда это случилось?

– Что?

– Убийство? Или его убили сразу же после нашего с ним разговора? Тогда я пропала! Я его не убивала, но мне никто не поверит! Да еще я убежала из поселка так нелепо! Удрала через дыру в заборе. А сначала разрыдалась в доме мужа, вела себя как последняя истеричка! Потом неслась в поля, потеряла где-то один сапог. Чуть не замерзла насмерть! Что я пережила, пока вышла на ту дорогу и добралась до деревни, где смогла вызвать такси и уехать домой. Наверное, это была не я! Но я точно знаю, что никого не убивала!

После той злополучной пятницы, когда тетя Маруся видела и разговаривала с мадам Горшковой, до убийства Курилкина прошло несколько дней. Точней, прошел весь уик-энд и еще два дня. Услышав, когда случилась трагедия, Горшкова повеселела.

– Возможно, я сумею обелить себя с помощью алиби. Так, надо будет подумать, что я делала в ту ночь, когда убили нашего Курилкина.

Она глубоко задумалась, и в этот момент в комнату вошла ее подруга.

– Все в порядке?

– Голубушка, ты не помнишь, что мы делали в?..

– Ходили в театр, – тут же, не сомневаясь, воскликнула «голубушка». – В театр Миронова. Ты разве не помнишь?

– Ах да.

– У нас и билеты сохранились.

И подруга, сбегав куда-то, принесла два квиточка. Подруги смотрели на эти бумажки с большим подозрением. Билеты в театр не несут на себе ровным счетом никакой информации о том, кто ими воспользовался. Вместе с «голубушкой» в театре могла быть с равным успехом как сама Анастасия, так и любая другая женщина. Или подруга могла вовсе пойти одна. И полоску контроля от второго билета она оторвала сама. Как теперь проверить, правду она говорит или выгораживает Анастасию?