В гости по ночам... - Мария Жукова-Гладкова

Следователь пожал плечами.

– Она по специальности кто? – спросила Ольга.

– Архитектор. И сейчас работает дома, что-то на компьютере делает.

– А как она попала в наш дом? – поинтересовалась Юлия Карловна.

– Они вскладчину купили квартиру. Мужчины – какие-то дальние родственники. В общем, как-то договорились и живут.

Следователь пожал плечами.

– Я на всякий случай и их проверю по нашим базам данных, но, вероятно, ее проживание в одном доме с Угрюмовым, который тут снимал квартиру под чужим именем, – совпадение. Откуда она могла знать, что он снимет здесь квартиру? И он, если бы знал, что она тут живет, наверняка выбрал бы другое место. Не исключено, что он поэтому и не выходил лишний раз. Он-то ее наверняка узнал.

– А граната? – напомнил Святослав.

Следователь пожал плечами.

– Вообще-то глупо бросаться гранатой у своего дома и из своего окна. И они развелись уже давно! Зачем ей его сейчас убивать? Да, она его не простила, но чтобы через столько лет бросить гранатой в машину бывшего мужа?.. Она не производит впечатление сумасшедшей. Похоже, попивает. Но… не думаю. И другим жильцам квартиры какое дело до Угрюмова или Станковича, или кто он там? Я бы поставил на членов клуба Леонида Саркисовича. Среди них вполне могут оказаться люди, серьезно пострадавшие от финансовой пирамиды в девяностые годы. Сейчас поднялись.

– И узнали бывшего пирамидостроителя? – спросил Игорь Петрович.

– Если с ним общались лично, могли и узнать, – ответила Ольга. – И он мог узнать кого-то из тех, кого кинул. И решил сделать ноги. Он же вроде бы собирался тут дальше жить? Нина Георгиевна за деньгами приехала. Возможно, он захотел подставить троюродного брата вместо себя и вызвал его.

– Но Станкович и этот троюродный брат непохожи внешне! – воскликнула Юлия Карловна. – Теперь бывший Угрюмов выглядит по-другому! И если кто-то из членов клуба Леонида Саркисовича его узнал, то также знает, что у него теперь другое лицо! Он должен понимать, что лицо не могло вдруг вернуться назад!

– Может, гранату бросали в машину, в которой сидели шофер и пассажир, – высказал версию следователь. – Не приглядывались к лицам. Знали, что на этой машине ездит Станкович-Угрюмов. А он в очередной раз за свою карьеру сделал ноги. Я не знаю, как было на самом деле. Гранату, скорее всего, бросали с чердака. Умело бросали. Навряд ли это сделала женщина. У вас никто не скрывался. У американца наверняка тоже. Остается клуб.

– А сам Леонид Саркисович случайно не страдал от пирамидостроителей? – вдруг спросил Вася. – Откуда он вообще взялся?

Вася посмотрел на Екатерину Афанасьевну.

– Он говорил, что искал как раз такой вариант – квартира над помещением, которое можно оборудовать под клуб. Чтобы все рядом. Я не знаю, чем он раньше занимался, – заявила старушка. – Воровал, наверное. Такую площадь можно купить только на наворованное.

– Интересно, какие взносы делают члены клуба… – задумчиво произнес Вася. – Пусть Леонид Саркисович является владельцем помещения, но коммунальные платежи-то для владельцев никто не отменял!

– А семья у него какая! – воскликнула Екатерина Афанасьевна. – Бабы не работают.

– Вообще-то он куда-то уезжает по утрам на машине с шофером, – сказала Юлия Карловна. – Когда я иду ко второму уроку, всегда вижу, как он садится в машину. Вероятно, у него еще есть какой-то бизнес.

– Такие огромные площади просто так не держат, – заметил следователь. – А если это бизнесмен, то он должен с них получать доход. Члены клуба, даже судя по одному виду и машинам, на которых они приезжают, – обеспеченные люди. Но как раз люди, заработавшие неплохие деньги, просто так с ними не расстаются.

– А почему вы думаете, что взносы членов клуба не покрывают расходы на содержание клуба? – спросила Ольга. – Они могли все просчитать – все вместе – и решить, по сколько скидываться.

– А прибыль? – посмотрел на нее брат.

– Может, этот клуб существует только ради общения, – пожала плечами Ольга. – Это хобби Леонида Саркисовича и всей компании. Людям не хватает общения! Они потеряли связь с одноклассниками, с теми, кто не смог подняться, как они. А здесь собираются люди одного круга, наверное, примерно одинаковых доходов. Им нужно место для встреч. Тут им никто не мешает, и они развлекаются своим узким кругом.

– Ольга права, – кивнул Святослав. – Скорее всего, так и есть. А у Леонида Саркисовича, вероятно, есть какой-то бизнес. Может, и помещение на первом этаже покупали вскладчину, а оформлено оно на него одного. А он, как руководитель или председатель, живет в квартире над клубом, занимается наймом персонала. Уборщица там точно есть и то ли бармен, то ли официант, а может, и несколько человек. По крайней мере, я видел и женщину в рабочем халате, и молодого парня с «бабочкой» и в белой рубашке.

– Но Леонид Саркисович на нашу квартиру никогда не претендовал, – напомнила Юлия Карловна. – Зачем она ему?

– А если он весь дом хочет прибрать к рукам? – высказал предположение Вася.

– Зачем? – повернулся к нему следователь.

– Вы у меня спрашиваете?

– Вообще-то риелторы давно тут не появлялись, – задумчиво произнес Игорь Петрович. – А был период, когда чуть ли не каждый день заглядывали.

– Все, кто хотели купить квартиры в старых домах, уже купили, – заметил следователь. – И с деньгами сейчас у людей стало хуже. Более того, сейчас народ отдает предпочтение новым домам, где квартиры им делают по индивидуальным проектам, да еще и в зеленой зоне. Сейчас меньше спрос на старый фонд. Взять хотя бы вашу квартиру. В нее нужно вложить очень много денег, чтобы переделать ее под запросы какого-то богатого человека. Консьержа в подъезд не посадишь, хотя бы из-за того, что некуда. Приличного парка в пешей досягаемости нет. Кто здесь купил жилье в девяностые годы, тот и живет.

– Я сказала бы, что сейчас в нашем районе чаще полностью сносят старые дома и на их месте возводят современные, под старину, – заметила Ольга, которая больше всех жильцов ходила по району.

Она назвала конкретные адреса, где на месте старых домов выросли новостройки, и некоторые из них на самом деле хорошо вписались в окружение. Другие же выглядят кошмарно. Стиль не выдержан, современные детали смотрятся дико.

– Ты хочешь сказать, что наш дом кто-то хочет снести? – повернулся к сестре Игорь Петрович.

Ольга пожала плечами.

– Пожалуй, если кто-то и претендует на ваш дом, то именно для сноса, а не для покупки в нем квартир, – кивнул следователь.

– А почему бы не купить его весь и не обосноваться здесь? – Вася обвел взглядом соседей. – Хороший ремонт проведен везде, за исключением этой квартиры. Коммуникации все заменены. Можно сказать, что дом в хорошем состоянии. И, наверное, на этом месте нельзя построить высотное здание. Есть же у нас какие-то законы, регулирующие высотность? Это старый район, кругом – старые дома, постройки девятнадцатого века, может, начала двадцатого, но точно не позже! Тут никто не даст строить многоэтажку.