Шесть соток для Робинзона - Дарья Донцова

После разговора с Ибрагимовой я спустилась к Сперанскому.

– До трех дня еще далеко, – с недовольным видом заявил он, увидев меня. – Ты перепутала время, явилась раньше.

– Поговорить надо, – ответила я, стаскивая туфли.

Вадик насторожился.

– О чем? Если надеешься получить прибавку к жалованью, то у меня сейчас денег нет.

– Речь не о финансах, зарплата меня вполне устраивает, – успокоила я его.

– Ладно, – смягчился Сперанский, – пошли на кухню, сделаешь мне чаю.

– Как Нина? – поинтересовалась я, засыпая заварку в фарфоровый чайник.

– Без изменений, – ответил Вадим, и я поняла, что он сегодня не звонил в клинику. – И Надюша по-прежнему в реанимации.

– Ей поставили диагноз? – спросила я.

– Думали, отравление, теперь считают, что она подцепила какую-то инфекцию, – поморщился Вадим, принимая из моих рук кружку с чаем. – Этак я с голоду умру… Даша, ты умеешь суп варить?

– Нет, – ответила я, – повариха из меня никакая.

– Как тебя только гражданский муж терпит? – удивился психолог.

– Он меня любит за душевные качества, – гордо заявила я.

– За душевные качества? – повторил Вадим. И рассмеялся: – Баба должна уметь вести домашнее хозяйство.

– Нина кормила тебя исключительно дешевыми полуфабрикатами, – не упустила я возможности кольнуть психолога.

Вадик отхлебнул чаю.

– Ага. И она никогда не насыпала столько заварки. У Нины было другое, очень ценное для жены качество: она экономно расходовала деньги, ни копейки меж пальцев не просачивалось. Но я люблю вкусно поесть, мне понравились кулинарные изыски Надюши. И мужчина не может жить один, ему нужна супруга, которая уберет квартиру, приготовит обед, постирает, погладит.

– Ты описал круг обязанностей домработницы, – хмыкнула я. – Кстати, служанка обойдется дешевле законной супруги.

Вадим отодвинул пустую чашку.

– Секс – очень важный аспект жизни. С горничной не спят, это неприлично. А с женой – пожалуйста.

– Поэтому, когда Нину увезли, ты проявил интерес к Наде, – усмехнулась я. – Очень удобно, долго новую невесту искать не пришлось. Не смутило, что Нина жива?

– Считай, что ее нет, – деловито сказал безутешный супруг. – Кора головного мозга у нее погибла. Думаю, надо согласиться на отключение системы жизнеобеспечения.

Я уставилась на Сперанского. Он монстр? Или ему просто незнакомо чувство жалости?

– Надя мне не посторонняя, – вещал создатель амулетов, – я знаю ее не первый день, и, конечно, умение так вкусно готовить весьма приятный бонус. Но в процессе тесного общения я понял: Надежда не экономна. Спаржа, тунец, оливки! На один ужин потрачено слишком много, Нина на такую сумму неделю, если не больше, нас кормила. Я аккуратно указал Надюше на ее расточительность, а она не поняла и давай спорить: «Белая спаржа прекрасный гарнир!» Вот ведь чушь! Можно сварить картошку.

– Одна дрянная хозяйка, но экономная, другая суперповариха, да денег не считает, – с иронией сказала я. – Вот бы их объединить и одну жену вылепить, да? Но обе сейчас в больнице, некому о тебе позаботиться.

– Я попал в сложное положение, – заныл Вадим, – ни одной чистой рубашки нет. Слушай, помоги по дружбе, а…

– Постирать сорочки, прибрать в квартире и приготовить немудреный ужин, не потратив много средств? – уточнила я.

– Да.

– За бесплатно я и пальцем не шевельну, – заявила я.

– По дружбе! – повторил Вадим. – Люди обязаны помогать тем, кто в беде.

– Вот я и хочу это сделать, – произнесла я.

– Молодец! – обрадовался фэншуист. – Спасибо тебе. Грязное белье в корзине, в ванной.

– Нет, я говорю о другом, – охладила я радость Сперанского. – Назови мне того, кто заказал амулет на смерть Стебункова.

– Опять двадцать пять… – Он скорчил недовольную гримасу. – Уже сто раз говорил: я не афиширую своих клиентов.

– В особенности тех, кто желает смерти близким? – с самым невинным видом спросила я.

Вадим начал злиться.

– Я впервые взялся за такой заказ.

Я открыла сумочку, достала оттуда несколько листов и положила на стол.

– Что это? – удивился Сперанский.

– Многие газеты сейчас имеют онлайн-версии, – объяснила я, – сама пришла к тебе на работу по объявлению в бесплатном издании. Вот я и подумала: вероятно, ты разыскиваешь в Сети не только служащих, но и клиентов. Смотри, интересное сообщение. «Психолог, создатель амулетов решит все ваши проблемы в личной жизни и бизнесе. Любые дела самой высокой сложности. Дорого. Эксклюзивно. Гарантия тайны. Выезд по вызову в любое место Москвы и области». И телефон Нины. Звучит многообещающе.

– Где ты это нарыла? – сморщился Вадим.

– Неужели я плохо объяснила? – удивилась я. – Во Всемирной паутине.

– У нас пиаром Нина занималась, – пожал плечами фэншуист. – Мало ли что ей в голову взбрело, я не контролировал жену. Я творческий человек, а не офисный планктон, моя задача создание амулетов.

– Иван Гаврилович жив, – перебила я Вадюшу, – а ты получил предоплату, но не выполнил работу. Заказчик небось очень зол.

– Ну, вероятно, – промямлил Вадик.

– Он с тобой не связывался? – не отставала я.

– Пока нет, – пробурчал врун.

– Неужели клиент не устроил тебе скандал? Не потребовал вернуть задаток? – упорно ехала я по накатанной лыжне.

– Если понадобится, сию секунду верну ему сумму полностью, – заявил психолог.

– Расстанешься с хорошим кушем? – не поверила я своим ушам.

– Раз работа не выполнена, то и платить не за что, – хмуро пояснил собеседник.

– Кто бы мог подумать, что такой опытный мастер совершит детскую ошибку – не подумает об освещении… – подначила я его.

Вадим покраснел, но не произнес ни слова.

– И очень стремно браться за такой заказ, – прошептала я. – Если Иван Гаврилович умрет, к тебе явится полиция и начнет задавать неудобные вопросы.

Вадим сложил руки на груди и вздернул подбородок.

– О том, что его смерть спровоцировал талисман, никто не догадается. Я тщательно храню тайну клиента, никому не говорил о заказе.

Я покосилась на него.

– Но мне же известно о твоей работе. Отвозила тебя и Нину к нему, поднималась с вами в квартиру и ездила за деньгами для полиции.

Сперанский схватил пустую чашку.

– Я перенервничал и допустил ошибку, хотел избежать ареста. Ты собралась шантажировать меня? А не боишься? Осторожней, а то я сделаю амулет, и у тебя ноги и язык отнимутся. Со мной лучше дружить! Да и не поверят тебе тупые полицейские. Они ничего не смыслят в амулетах, идиотам отпечатки пальцев нужны и прочие доказательства.