Последнее желание гейши - Ольга Володарская

– Дом заперт, ворота заперты, моя дверь заперта! –перешла на крик Марго. – Никто меня не убьет!

– Если Афу и Венеру убила одна из твоих подруг, замкиее не остановят. Она может зайти к тебе в комнату (и ты впустишь ее сама) вперерыве между трахом, убить и вернуться к клиенту. – Он опять сел накровать и уже спокойно проговорил: – Я могу ошибаться… Хорошо, если я ошибаюсь,но лучше подстраховаться… Поехали ко мне. Какая тебе разница, где жить: здесьили в другом месте?

– Спасибо, Базиль, за беспокойство. Мне очень приятнатвоя забота, но я остаюсь.

– Ты мне не доверяешь?

– Скажем, я больше доверю Мадам. Она позаботится обомне лучше, чем кто бы то ни было. И вот еще что… – Марго нахмурила своитонкие бровки, задумалась, формулируя мысль, затем сказала: – Мадам сейчасбудет трудно. Дело ее жизни разваливается. Двоих девочек убили, Ева Браун давнособиралась удалиться на покой, и теперь, я уверена, это сделает, потому что онане станет рисковать жизнью – у нее ребенок. Кто останется? Жизель, Багира,Далила, Черная Мамба… Я не побегу, как крыса, с тонущего корабля. Мадам слишкоммного для меня сделала… – Она посмотрела Базилю прямо в глаза и твердосказала: – Я останусь здесь и вечером выйду на работу.

Василий не знал, какой еще аргумент ему привести, чтобыуговорить упрямицу помочь себе же самой, похоже, это было бесполезно. Девочкарешила поиграть в благородство в ущерб своей собственной безопасности, тут ужничего не попишешь! Не силой же ее отсюда волочь!

Пока он сокрушался по этому поводу, дверь комнатыраспахнулась. Это вернулась Мадам.

– Базик? – удивленно протянула она. – Что тытут делаешь в такую рань?

– Я…э… к Марго вот, – залепетал застигнутыйврасплох Василий.

– Он хотел пригласить меня в кафе «Бонапарт», –сказала Марго с улыбкой, она поняла, что Базиль не собирается раскрывать Мадамистинную причину своего визита. – Но я отказалась…

Они обменялись многозначительными взглядами, наивнопредполагая, что Василий их не заметил, и Мадам сказала:

– Давайте позавтракаем в гостиной. В холодильнике естьсыр, салями, вишневый конфитюр, свежие круассаны я купила по дороге сюда,сделаем бутерброды, а кофе нам Саша сварит, у него это отлично получается…

– Я не против, – подал плечами Базиль. –Пойдем, Марго?

– Вы идите, а я тут останусь, что-то у меня аппетитанет… – ответила та.

– Опять себя голодом решила морить? – суровоспросила Мадам.

– Я вчера два куска торта слопала, они до сих пор непереварились…

– Смотри у меня, – хозяйка погрозила Маргопальцем, а Базилю сказала: – Идем, я кое-кто тебе расскажу.

Прежде чем покинуть комнату, Базиль обернулся, пытаясьвстретиться с Марго взглядом, но она сделал вид, будто рассматривает этикеткубутылки, и глаз не подняла. Ну и черт с ней! Все равно завтра ее Митя отволочетв участок, то есть скоро она будет в безопасности. А уж сегодняшней ночью онпостарается ее уберечь!

Заметив его пристальный взгляд, Мадам криво улыбнулась инасмешливо спросила:

– Че ты смотришь на нее, как школьник? Если хочешьчмокнуть на прощание, так не стесняйся, целуй… – Она подтолкнула его кМарго. – Я отвернусь, если надо…

Базиль наклонился к девушке, припал губами к ее виску, акогда оторвался от нежной кожи, опустил голову и шепнул в самое ухо: «Еслипонадоблюсь – Мичурина 29–21».

Как только прощальный поцелуй был подарен, Мадам вытолкалаБазиля из комнаты, захлопнула за собой дверь, схватила его за руку, оттащиладалеко в угол (чтоб Марго не смогла увидеть их из своего чудо-окна) и зловещимшепотом произнесла:

– Убили еще одну мою девочку!

– Да ты что! – ахнул Базиль так натурально, чтомысленно тут же вручил себе «Оскара» за лучшую мужскую роль.

– Представляешь? – всхлипнула она. – Неуспела я оправиться от смерти Афродиты, как нате, еще один труп…

– Это ужасно, Мила… – Он обнял ее за плечи,погладил по полной руке. – Двое за несколько дней… Странно и страшно.

– Это страшно, ты прав, но ничего странного впроисходящем я не вижу! Все ясно: кто-то решил уничтожить меня столь изощреннымспособом!

– Но кому это надо?

– О! У меня куча тайных врагов! Еще больше их уМоцарта! Гнобить меня могут для того, чтобы досадить ему!

– Я не думаю, Мила, что дело в Моцарте… Если б хотелидосадить ему, выбрали бы более простой способ!

– Наверное, ты прав… – Мадам о чем-то ненадолгозадумалась, затем развела руками со словами: – Тогда это мои злопыхателиактивизировались!

– Кто они? Конкуренты?

– Они, мать их ети! Я ж королева этого города. Мой«Экзотик» – дворец удовольствий! А девочки – не прошмандовки какие-то, а настоящиежрицы любви! Гейши! Не просто умелые, здоровые, красивые, а эксклюзивные. Вседо единой! – Она ткнула себя пальцем в пышную грудь. – Я в этомбизнесе девять лет. И за все эти годы никому не удалось меня переплюнуть! Ужсколько заведений открывалось: и массажные салоны, и нудистские рестораны, ибани, сауны, а все равно настоящий клиент (богатый, влиятельный, знаменитый)мой… Только моим девочкам платят по пятьсот баксов за ночь! Только к нимприезжают из Америки, Италии, Эмиратов… – Мадам перевела дух и подытожила:– Пока существует «Экзотик», остальные заведения так и останутся второсортнымиборделями, тут уж ничего не поделаешь…

– Значит, ты думаешь, что кто-то из конкурентов надумалскинуть тебя с пьедестала, убив твоих девочек?

– Без них не будет «Экзотика»…

– Но разве обязательно лишать жизни? Можно переманить,запугать, обмануть…

– Легче убить.

– Тогда нужно убить тебя. «Экзотик» – это ты, а не твоидевочки. Девочек можно набрать других…

– Я, как говорят политики, формировала командунесколько лет. В 1998-м у меня уже было здание, были деньги, крыша, списокпредполагаемых клиентов, но я не открывалась еще год, потому что искалаподходящих девушек. Год! Целых двенадцать месяцев я колесила по городам ипоселкам. Ходила по клубам, барам, бассейнам, баням, клиникам пластическойхирургии… Первыми ласточками были подружки гермафродиты: Кики и Афродита. Потомя нашла Далилу, Багиру, Еву, Венеру. Чуть позже Фани…

– Это кто такая?

– Фани карлица, только в отличие от Марго, оченьмаленькая и очень сильная, она из цирковой семьи, клоунесса. Два года у меняпроработала, потом в Америку уехала – вышла замуж за штатовского эквилибриста.До сих пор письма пишет по электронке… – Она скрестила руки на груди,прислонилась спиной к стене и застыла, даже глаза остекленели, подвижными былитолько полные африканские губы. – У меня в штате всегда было шесть, семьдевочек. Иногда больше, но не меньше… Так что сейчас «Экзотик» на гранизакрытия!