Его апатия - Чингиз Абдуллаев

В суд Омара Нагиева привезли в наручниках и под усиленнымконвоем. Его провели в зал суда и посадили на скамью подсудимых, огороженную,как теперь водится, решеткой. Дронго приехал вместе с Голиковым, зная, чтоЭдгар Вейдеманис уже в зале.

В связи с большой общественной значимостью предстоящегопроцесса было решено проводить его в Доме культуры, вход — по специальнымпропускам. Несколько наиболее оголтелых группировок "патриотов" тутже стали добиваться присутствия своих представителей в зале суда. На базарах, вбарах и кафе участились случаи избиения кавказцев и приезжих из других южныхреспублик. Губернатор принял решение усилить городскую милицию за счетподкрепления из районов области. Все ждали открытия суда.

Работа возобновляющегося суда началась с рутинных процедур.Проверялись биографические данные обвиняемого, уточнялись полномочия сторон,инструктировали присяжных заседателей. Одним словом, начался обычный суд, откоторого все ждали чего-то необычного.

Прокурор Ковалев очень хорошо подготовился к процессу Егосотрудники продемонстрировали пистолет, из которого были убиты Ковальчук и егосупруга. Зачитали акты экспертизы, точно определившей, что отпечатки пальцев напистолете принадлежат Нагиеву. Рассказали об украденных деньгах. Когда речьзашла о девочке, задушенной кровожадным убийцей, некоторые женщины в залепотеряли сознание. Бригада врачей, дежурившая в Доме культуры, оказала людяммедицинскую помощь.

Сотрудники Ковалева сумели даже добыть протокол о приводеНагиева в милицию, после того как он устроил скандал в "Синемгоризонте". Прокурор использовал этот факт как еще одно доказательствоглубоких корней антиобщественного поведения подсудимого. Допрошенная матьКовальчука рассказала, каким хорошим, заботливым сыном он был. Директор школы,где училась погибшая девочка, — едва сдерживая слезы, говорила о ней как овыдающейся ученице, которая могла стать гордостью школы, если бы ее не задушилподлый убийца. После выступления педагога люди, собравшиеся у Дома — культуры,требовали прекратить на этом рассмотрение дела и приговорить Нагиева красстрелу.

Во время процесса Голиков с трудом сидел на своем местеадвоката, то и дело беря в рот таблетки нитроглицерина или валидола. Он ужепредоставил право ведения защиты своему помощнику.

Наконец прокурор вызвал для дачи показанийэксперта-патологоанатома Григория Санаева.

— Позволяют ли результаты вскрытия утверждать, что девочкапогибла насильственной смертью? — спросил его прокурор.

— Безусловно, — ответил Санаев.

— На одежде девочки были найдены отпечатки пальцевподсудимого.

— Это вывод дактилоскопической экспертизы, — заметил Санаев.— Наше внимание привлекли следы пальцев на плечах и шее девочки, свидетельствующиео возможной причине смерти.

— У меня нет вопросов к эксперту, — победно заявил прокурор.Он был коренастым, среднего роста, красивая седая шевелюра делала его похожимна прокурора в исполнении американской кинозвезды. Ковалев не скрывал, что надеетсяпосле этого процесса получить высокий пост в Генеральной прокуратуре.

— У меня есть, — сказал Дронго, поднимаясь с места. —Скажите, господин Санаев, отчего именно погибла девочка? Можно ли считать, чтоона была задушена?

— Нет, — ответил Санаев. — Мы указали в протоколе, что на еешее остались следы мужских пальцев. Но ее не задушили, она погибла от удара вголову.

— У погибшей на губах были синяки, — напомнил Дронго. — Онимогли появиться в результате удара или в результате удушения?

— Наши эксперты предполагали, что это следы попыток спастидевочку, делая ей искусственное дыхание. Возможно, когда ее обнаружили, она ещебыла жива.

— Согласно вашим актам, родителей девочки обнаружили черезсемь-восемь часов после смерти. Вы считаете, что девочка могла жить столькочасов после попытки ее убить?

— Я не понимаю, почему защита так интересуется подробностямисмерти ребенка, — обратился к судье прокурор. — От куда у вас такой болезненныйинтерес, Господин Дронго?

— У меня есть на то веские причины, — ответил Дронго поднеодобрительный гул.

— Этого быть не могло, — ответил Санаев. — Так что я не могуобъяснить, откуда появились эти синяки.

— У меня вопросов больше нет, — сообщил Дронго. Возвращаяськ скамье адвокатов, он увидел в зале Митрохина, который сидел в последнем рядуи задумчиво следил за прениями сторон.

При допросе матери Ковальчука прокурор задал ей лишьнесколько вопросов и разрешил сесть в зале. Сестра Петра Ковальчука былавызвана позже. Но и к ней у прокурора были лишь вопросы, ответы на которыемогли подтвердить, насколько порядочным человеком был погибший. Когда прокурорзакончил, пришла очередь Дронго задать сестре погибшего свои вопросы.

— Скажите пожалуйста, свидетель, вы никогда не встречались снаходящимся здесь Омаром Нагиевым?

— Никогда, — был твердый ответ.

— То есть он никогда не приезжал к вам в Балашиху?

— Никогда, — снова отрезала сестра погибшего.

— Спасибо, — сказал Дронго. — Пригласите, пожалуйста,свидетеля Анатолия Потребеева.

Когда Потребеев занял место свидетеля, в зале наступиламертвая тишина.

— Свидетель Потребеев, вы хорошо знаете подсудимого? —спросил Дронго.

— Мы с ним вместе учились в институте, — сообщил Потребеев,— и знакомы больше двадцати лет.

— Расскажите суду, как вы отвозили своего друга в Балашиху,и укажите конкретный адрес.

— Потребеев начал рассказывать. Дронго увидел, что в залепоявилась Лена Бондаренко. Она огляделась и подсела к Фатиме. Женщины обнялисьи тихо заплакали. Омар сидел, опустив голову, он не видел своей бывшей супруги."Очевидно, ее привез Погребеев, — догадался Дронго. — Какой молодец!"Потребеев рассказал о поездке в Балашиху и назвал адрес Прокоповичей.

— Свидетельница Ковальчук, у меня есть к вам еще вопрос. —Вновь пригласил сестру погибшего Дронго. — Вы утверждали, что Нагиев никогда небыл в вашем доме. Потребеев утверждает, что привозил Нагиева к вам и видел, какон входил в ваш дом.

— Мало ли чего он утверждает! — разошлась женщина. — Не былоего, и все. Не видела я его никогда.

— Он приехал к вам, чтобы вернуть деньги, — сказал Дронго, ив зале началось оживление.

— Протестую! — прокурор встал. — Вместо вопроса защита саманачинает что-то утверждать, да еще без ссылки на свидетеля. Ведь Потребеевговорит только, что привез Нагиева на место. Он не утверждает, будто видел, какподсудимый передавал деньги.

— Протест принят, — отозвалась судья. — Защита должна болеетщательно формулировать свои вопросы.