Любовные игры по интернету - Елена Логунова

– Есть, – твердо сказала я, не желая так легко сдаваться. – Ты рано складываешь лапки! «Панасунгиха» всего лишь не нашла нужной информации на русском, но сейчас мы переведем рецепт на основные языки народов мира и повторим опыт.

– Ты знаешь основные языки народов мира? – восхитилась Ирка.

– Нет, конечно, но я знаю, как пользоваться компьютерным переводчиком!

Мы переместились в гостиную и оккупировали лазарчуковский «Пентиум». С его помощью перевод текста оказался плевым делом, и за каких-то пятнадцать минут мы дублировали наш рецепт на английский, немецкий, французский и испанский. Ирка еще хотела получить японский вариант просто потому, что ей нравится внешний вид иероглифов, но я решила, что это ни к чему. Небось соплеменную кухню «Панасунгиха» знает назубок! Были бы там искомые банановые блинчики, за ней не заржавело бы сообщить нам радостную весть!

Мозговитая холодильная машина совершенно спокойно приняла расширенную задачу и безропотно отправилась шарить в заграничных закромах.

– В третий раз закинул он невод! – вспомнив другую подходящую к случаю сказочку, вещала Ирка, дожидаясь результатов поиска.

– Пришел невод с золотой рыбкой! – радостно воскликнула я.

Прославленная японская техника не подвела! Всего через пять минут мы получили обратно испанский вариант рецепта в слегка исправленном виде. Дополнений было два. Во-первых, к основным ингредиентам добавились ваниль и тертый миндаль, которые мы, не зная испанского, опознали с большим трудом. Во-вторых, у рецепта появилось оригинальное название: «deserto panaldo».

– С первым словом все понятно, десерт – он и в Африке десерт, – заявила Ирка. – А вот что такое «панальдо»?

Мы опять пошли на поклон к мудрому «Пентиуму» и стали кликать на яндексе непонятное «panaldo». Компьютер без задержки выдал нам около двух десятков ссылок, но толку от них было мало.

Турецкий сайт, зазывно обещавший поведать посетителям «all aboute panaldo» – «все о панальдо», оказался недоступен.

– По крайней мере теперь ясно, что этим самым панальдо интересуемся не мы одни, – успокаивая начинающую нервничать Ирку, рассудительно сказала я. – Если турки собирают в одну кучу «все о панальдо», значит, это кому-нибудь нужно!

– Мало ли какие кучи бывают! – язвительно заметила она.

Я промолчала, спеша ознакомиться с остальными ссылками. На каком-то испанском сайте нашелся текст, в котором неоднократно упоминалось слово «panaldo», но компьютерный переводчик с ним не справился. Зато он лихо перевел с английского на русский предложение, которое на языке Пушкина и Толстого приобрело следующий вид: «Я всегда хочу быть панальдо, когда у меня болит голова». У меня у самой голова заболела от тщетных усилий понять, что бы это значило!

Еще где-то в глухом закоулке компьютерной Сети, на неведомом форуме нашлась незаполненная страничка на имя Christiano Panaldo – на португальском. А некий финский сайт осчастливил нас длиннющим столбцом слов и цифр, в середине которого напротив дробного числа 12,73 фигурировало все то же panaldo. Мы предположили, что дотошные финны составили какой-то любопытный рейтинг, но суть его не постигли даже приблизительно.

– Не знаю я, что такое это чертово панальдо, но, похоже, сущая фигня! – сказала раздосадованная Ирка. – «Тянет» всего на двенадцать-семьдесят три, и при этом непонятно даже, вещь это или человек! Приходится признать, что наш план «Б» тоже провалился. «А» упало, «Б» пропало и так далее.

– Заканчивай с цитатами из детской литературы! – гаркнула я, не сдержавшись.

– Девочки, не ругайтесь! А нет ли у нас какого-нибудь плана «В»? – робко спросила Ларочка.

Я побарабанила пальцами по столу, почесала в затылке и от нечего делать изменила слово panaldo в строке поиска. Набрала его не латиницей, а кириллицей: панальдо.

– Это не поможет. Проклятое panaldo нам явно не родное! Если его даже за бугром днем с огнем не сыщешь, то в России уж точно такого зверя не окажется! – заявила Ирка.

И оказалась не права!

– Бож-же мой! – прошептала я, минуту спустя ознакомившись с единственной ссылкой, которую откопал дотошный компьютер. – Это же надо! Я как чувствовала!

– Что? Что ты чувствовала? – принялась теребить меня Ирка, мгновенно заразившаяся радостным волнением. – Что это значит? Что тут написано? Даздраперма, Лапанальда… Хм, а ведь про Даздраперму я уже слышала…

– Конечно, ты слышала про Даздраперму! – подтвердила я. – А я знала и про Лапанальду, просто забыла! А теперь вспомнила, что среди оригинальных имен, которые были популярны у советских людей в первой трети прошлого века, было и такое: Лапанальда! Расшифровывается так: «лагерь папанинцев на льдине»!

– Не слабо! – уважительно протянула Ларочка. – А я думала, это меня папочка с мамочкой неблагозвучно назвали – Кларисса Татулян! Да по сравнению с бедняжкой Лапанальдой я просто счастливица!

– Лапанальда и Леника! – пропуская Ларочкину болтовню мимо ушей, шизоидно бормотала я. – Из одной оперы имена! Ты понимаешь, Ирка? Они действительно были сестрами!

– Леника Шишкарева и наша Татьяна Ларина? – на диво быстро сообразила Ирка. – То есть не Татьяна Ларина, а Лапанальда Шишкарева. Ленка, ты молодец!

Расчувствовавшись, подруга потрясла меня за плечи, но ее эйфория быстро прошла.

– Ну вот, теперь нам известно имя пропавшей бабули. И что с того? В Интернете про Лапанальду Шишкареву ничего нет, иначе машина дала бы и другие ссылки.

– Раз вы знаете настоящее имя пропавшей бабули, теперь можно в милицию заявить, – предложила Ларочка. – Пусть объявят розыск Лапла… Как там ее?

– Лапанальды Шишкаревой, – четко повторила я. – Хотя она свободно может оказаться не Шишкаревой, а Ляпкиной или Тяпкиной, по мужу. Нет, по-моему, от милиции тут толку не будет.

– А от кого, по-твоему, он будет? – блеснув глазами, быстро спросила Ирка.

С интересом косясь на меня, она заговорщицки подтолкнула Ларочку локтем и громко шепнула ей:

– Похоже, план «В» у нас все-таки есть!

– Есть, – незряче глядя в монитор и спешно соображая, подтвердила я. – Есть у меня желание побеседовать с одним знающим человеком… Девочки, который час?

– Почти одиннадцать, – посмотрев на часы, озабоченно сказала Ирка. – Кстати, Моржик просил нас не задерживаться, сказал, что шашлык он начнет жарить в час.

– Мы не задержимся, – пообещала я. – Поехали!

Мы выключили компьютер, вырвали из ледяного нутра «Панасунгихи» упаковку крабовых палочек, которую вредный холодильник предпочел бы похоронить в снежном сугробе, но не отдать коту, оставили Вампа куковать над миской с медленно оттаивающей едой, сели в машину и поехали к моему дому.

– Ждите здесь! – сказала я, когда Иркина «шестерка» остановилась у подъезда.

Выскочила из машины, вошла в подъезд и легко взбежала на третий этаж, даже не притормозив у собственной двери. Колян с Масяней уже гостили у Максимовых, и я направлялась не к себе домой, а к соседке-балетоманке.