Полицейский звездопад - Алексей Макеев

— Да, как-то странно все это выглядело, — согласился Строев.

— Причем мне показалось, что в такси еще кто-то сидел, кроме водителя, — добавил Крячко. — Обычно девушки в такой ситуации в машину не садятся. Оксана села, потому что страшно спешила… Есть только одна ситуация, при которой таксист, привезя пассажира, заходит вместе с ним в дом, — продолжал размышлять Стас. — Это если пассажир не может идти сам. В общем, сколько голову ни ломай, а вывод один: надо нам туда заглянуть.

— Хотите зайти со двора? — догадался Строев.

— А как еще? Не с улицы же в окно стучать: «Эй, кто тут! Мы хотим проверить, жива ли еще хозяйка!» Мы с Гуровым тут уже через заднее окно вылезали. Может, и внутрь через него попасть можно?

— Давайте попробуем, — кивнул лейтенант.

Они направились к дому, идя по той стороне, на которой он стоял, чтобы их нельзя было заметить из окна. Дойдя до куста сирени, где они с Гуровым два дня назад прятались, Крячко присел и глянул сквозь щелку забора. Во дворе дома никого не было, в окне, выходившем на заднюю сторону, тоже никого не было видно. Сыщик примерился — и одним прыжком преодолел препятствие. Строев последовал за ним.

Оба замерли, выжидая. Все было тихо. Затем перебежали к стене дома и оказались как раз под окном. Крячко попытался в него заглянуть, но окно находилось высоко — даже его роста не хватало. Тогда полковник присел, сложил руки, соорудив из них ступеньку, и шепотом приказал лейтенанту:

— Залезай! Посмотри, что там, только осторожно!

Строев уперся одной ногой в ладони Крячко, руками взялся за наличники окна, подтянулся — и осторожно заглянул в комнату.

Это была комната Оксаны. Сначала лейтенант ничего не мог разглядеть — свет в комнате не горел, только из кухни через приоткрытую дверь падала полоска света. Потом глаза Строева привыкли к полумраку, и он разглядел, что на кровати кто-то лежит. Присмотревшись, сразу понял, что это Оксана. Девушка была в куртке, в которой ходила в регистрационную палату. Она лежала лицом вниз, руки ее были связаны за спиной. А еще лейтенант разглядел полосу скотча, которым был залеплен рот девушки.

Из кухни доносились голоса нескольких человек, но через закрытое окно ничего не было слышно. Тогда Строев крепче вцепился в наличник левой рукой, а правой попытался толкнуть форточку — он заметил, что она прикрыта, но не заперта.

Сначала у него ничего не получилось. И, как нарочно, в это время завозился Крячко, так что лейтенант потерял равновесие и вынужден был временно прекратить свои попытки.

— Вы ровнее стоять не можете? — сердито спросил он полковника.

— Тут кирпич у меня под ногой раскрошился, — объяснил Крячко. — И потом, я же не домкрат, чтобы восемьдесят кило все время держать.

— Не восемьдесят, а только семьдесят шесть, — парировал Строев. — Мне до форточки дотянуться надо. Держите крепче! — после чего снова потянулся к форточке.

На этот раз лейтенанту удалось подцепить ногтями ее нижний край. Обрывая ногти, он с силой потянул створку на себя, и она поддавшись, открылась. Стали слышны мужские голоса из дальней комнаты. Высокий и пронзительный голос принадлежал, как понял лейтенант, какому-то бандитскому начальнику, видимо, бригадиру. Три других — один резкий и молодой, другой низкий и тягучий, и еще третий, глухой, — были у его подчиненных.

— Вот еще пару часов выждем, и отвезете ее в овраг, — командовал бригадир. — Удавите вот этим самым ремнем, который мы в шкафу нашли, и ремень там оставите, прямо на шее.

— А зачем это, Леха? — спросил молодой голос.

— Затем, что тут у нее, как видно, два мента из Москвы жили, — объяснил Леха. — А мы сделаем так, что вроде эти менты девку и «замочили».

— Так какой смысл ее просто так «мочить»? Девка вполне в теле. Надо использовать.

— Это верно, — поддержал его обладатель тягучего голоса. — Почему не попользоваться? Прямо грех просто так бросать. И получится, что это менты ее вдвоем поимели, а потом и грохнули.

— Ну да, а анализы на что? — возразил бригадир. — Возьмут у нее анализы, и сразу вся картина наперекосяк пойдет.

— Ты же говорил, что у нас в ментовке все схвачено, никто сильно копать не будет, — недовольно произнес молодой. — А потом, кроме ремня, давай еще какие их вещички там побросаем.

— Ну если так, то ладно, — разрешил бригадир. — Прямо сейчас и начинайте, а то я тебя, Колян, знаю, ты до этого дела любитель, как залезешь на бабу, тебя потом час с нее не стащишь.

— Так дело-то молодое, самое мое дело, — расхохотался Колян. — Ну что, Жорик, пропустишь меня вперед? Как друга?

— В этом деле друзей нет, — своим тягучим голосом ответил Жорик. — Давай жребий кидать.

— Верно, лучше со жребием, — поддержал его обладатель глухого голоса.

— А давайте в картишки! — предложил Колян. — Сыграем в козла, и кто выиграет — тот и первый.

— Ладно, сыграем, — согласился Жорик. — Ты как, Ген?

— Со жребием лучше, — ответил Генка. — Но если вы согласны, ладно, давай сыграем.

— Хорошо, играйте, только не заиграйтесь, — предупредил их бригадир, — а то Басюк вас в говне утопит.

— А ты что, сейчас едешь? — спросил его Колян.

— Да, шеф велел срочно на базе собраться, — объяснил Леха. — А вы, как закончите, сразу мне звякните, а сами садитесь в тачку — и по домам. Сидите тихо, пока я вас не вызову. Все ясно?

— Что же тут неясного? — сказал Колян. — Все предельно ясно. Ну что, я сдаю?

— Нет уж, давай я сдам, — возразил Жорик. — А то я знаю, чего ты нам насуешь.

В комнате задвигались стулья. Лейтенант быстро прикрыл форточку и спрыгнул на землю.

— Нам надо быстро решать, что делать. Там четверо бандитов. Правда, один сейчас уедет, а остальные трое должны убить Оксану. А перед этим собираются ее изнасиловать. — И он пересказал Крячко все, что видел и слышал на своем наблюдательном посту.

Вскоре они услышали, как с другой стороны дома стукнула дверь, потом скрипнула калитка. На улице взревел мотор, послышался звук отъезжающей машины: бригадир уехал по призыву своего шефа.

— Долго думать тут нечего, — произнес Крячко, выслушав рассказ. — Оксану надо выручать. А бандитов будем брать. Троих мы вполне можем взять. Только разделиться надо, ты с главного входа зайдешь, а я отсюда.

— Как же вы отсюда зайдете? — удивился Строев. — Высоко ведь! Тут мы вдвоем еле подтянулись, чтобы краем глаза заглянуть, а вам войти надо.

— Вот и видно, что ты мало еще был на оперативной работе, — ответил на это Крячко. — Знай: подслушать и подглядеть зачастую труднее, чем войти, тут ведь таиться не нужно. И вообще я собираюсь не войти, а ворваться. Чем больше шума, тем лучше. Только подставка какая-нибудь нужна. А, вот этот пенек сойдет, — указал он на здоровенный обрубок ствола, валявшийся у забора, легко поднял его, подтащил к стене, после чего достал свой табельный «стечкин» и повернулся к лейтенанту: — У тебя оружие какое-нибудь есть?