Возвращение миледи - Марина Серова

– Пока задержали, – подтвердила я. – Но при хорошем адвокате...

– Будет ему хороший адвокат, – зловеще усмехнулся Сомов.

– Да, Зоя Федоровна! – продолжила я. – Дарья, конечно, стерва редкая, но я с ней полностью согласна в том, что вы уже достаточно натворили! Неужели вы еще не поняли, что сломали жизнь сыну? Это из-за вас Игорь Николаевич безотцовщиной рос? А теперь такая же судьба и вашего внука ждет? – бросила я «бомбу».

На секунду все растерялись, а потом чуть ли не хором спросили:

– Какого внука?

– А вот этого! – ответила я. – Которого Светлана Юрьевна родила!

С этими словами я достала из сумки и положила на стол фотографию очаровательного смугленького, черноволосого и очень похожего на Игоря Николаевича мальчика, который сидел в кроватке, радостно улыбался и с интересом таращился в объектив.

– Я пересняла ее из органайзера Погодиной, где она лежала рядом с вашей, Игорь Николаевич. И сходство такое, что ошибки быть не может! – уверенно заявила я.

– Господи! – воскликнула Зоя Федоровна. – Ну, вылитый Игорек в детстве! Да ты мой маленький! Ты же мой сладенький! Ты же мое солнышко! – засюсюкала она.

Побледневший Дроздов бросился к матери и вырвал фото из ее рук.

– Сын! – прошептал он, и его губы задрожали, потом он с трудом глотнул, взял себя в руки и решительно произнес: – Ну, все! Я еду к Светлане в Пензу! – Он повернулся и пошел к двери.

– Она сказала, что и вы, и Тарасов теперь уже навсегда перевернутая страница в ее жизни. Она вас на порог не пустит! – воскликнула я.

– Пустит! – заявил Дроздов. – Она меня любит.

– А вы случайно не забыли, что официально женаты? – невинно спросила я. – Случись что с вами, ваша наследница – Тамара! Вот уж Базаровы порадуются нежданно-негаданно свалившемуся наследству!

– Не беспокойся! – нехорошо усмехнулся Сомов. – Не до радости им теперь будет! С Тамаркой сегодня же разведем! А завтра утром в Пензу поедем! Все вместе поедем! – сказал он. – Слышала, Зоя?

– Так Светлана меня не простит! Она со мной не то что разговаривать не будет, она на меня и не посмотрит даже! – промямлила та.

– А ты постарайся, чтобы простила! – настойчиво сказал Николай Петрович. – Надо будет – на колени встанешь! Поняла меня? – угрожающе спросил он, и Зоя Федоровна испуганно закивала. – Кончилась твоя власть!

– Ну, если ко мне вопросов больше нет и претензий тоже, то с вас, Игорь Николаевич, еще тысяча долларов, – сказала я и объяснила: – Это за оперативность, не относящиеся к основному делу расследования, которые я попутно провела, и вещдоки, часть из которых я вам уже отдала, а оставшееся – вот. – С этими словами я достала из сумки карту памяти и протянула ее Дроздову.

– Что это? – спросил он, с удивлением глядя на нее.

– Карта памяти из фотоаппарата, которым Базаров снимал Светлану Юрьевну и своего сообщника. Он ее спрятал под погоном на парадной форме, но внял моим убеждениям, – усмехнулась я, – и сказал, где ее искать.

Дроздов схватил карту памяти и начал ломать ее на мелкие кусочки, яростно говоря при этом:

– В ногах валяться буду! Ковриком ей под ноги лягу! Под дверью ее квартиры ночевать буду! Под окнами жить устроюсь, пока она меня не простит!

– Дай-то бог, чтобы еще не поздно было! – пожелала я ему и напомнила: – Насчет денег не забыли?

Игорь Николаевич полез за бумажником, но Николай Петрович остановил его и позвал:

– Петруша!

В дверях тут же появился Петр, и Сомов, жестом подозвав его, что-то прошептал ему на ухо.

– Сейчас, шеф! – кивнул Петр и ушел.

А Николай Петрович сказал мне:

– Так вот зачем тебе именно мои люди понадобились! Не доверяла ты Витьке!

– Не доверяла! – согласилась я. – Потому и не хотела, чтобы он про диски с кассетами даже знал, не говоря уж о том, чтобы в руках держал. У меня, конечно, черный пояс по карате, но такой подонок, как Базаров, науськал бы на меня своих людей и, пока я с ними разбиралась, уехал бы с сумкой. А это в мои планы не входило!

– Голова ты, однако! – одобрительно сказал Сомов.

Тем временем Петр вернулся с «дипломатом» и положил его на колени Николаю Петровичу. Сомов открыл его и, достав оттуда банковскую упаковку стодолларовых купюр, протянул мне:

– Держи! Для другого дела брал, но вот для этого сгодились. Как раз к месту пришлись!

– Не многовато? – ошеломленно спросила я. Нет! Деньги я нежно и трепетно люблю, но это было уже чересчур!

– Брось! – покривился Николай Петрович. – Не милостыню подаю! Честно заработала!

– Тогда спасибо!

Я убрала деньги в сумку и ушла, оставив Дроздовых и Сомова выяснять свои отношения дальше.

Заехав в банк, я положила деньги на счет, потом купила ксеникал и в отличнейшем расположении духа поехала домой. Сварив кофе, я устроилась в кресле с сигареткой, прокручивая в голове все перипетии сегодняшнего дня. Что ж, я хорошо поработала. Не только собрала все возможные доказательства, но и безупречно выстроила свой рассказ, так что мне было чем гордиться.

– Ну! Что еще ждет меня впереди? – спросила я и достала кости. – Ого! – воскликнула я. Выпала комбинация 26+9+14. – Со мной захотят побеседовать люди, обладающие властью? Ну, что ж, я не против!

Не успела я произнести эти слова, как зазвонил телефон.

– Татьяна Александровна? Холодов Олег Иванович. Как вы относитесь к китайской кухне? – спросил помощник вице-губернатора.

– Ну, если это надо для дела, то готова потерпеть, – ответила я и спросила: – А что? Я уже вышла на международный уровень?

– Не совсем! – рассмеялся он. – Просто у одного человека есть давняя проблема.

– Раз давняя, значит, это шантаж! – уверенно заявила я.

– Ну, зачем же по телефону? – укоризненно произнес Холодов. – Так вот, этот человек попросил меня свести его с вами в неофициальной обстановке. Я предложил ресторан «Мандарин», и он согласился. Это заведение в центре города, там есть очень уютный отдельный кабинет, где нам никто не помешает.

– Хорошо! – согласилась я и спросила: – Когда?

– Через час вас устроит?

– Вполне! – ответила я, взглянув на часы.

– Вот и замечательно! – обрадовался он. – Я буду ждать вас у входа внутри ресторана. Я просто имел в виду, что я вас познакомлю друг с другом и тут же уйду! – пояснил он. – Только я вас убедительно прошу: не удивляйтесь, когда вы увидите этого человека! И, главное, это дело сугубо конфиденциальное!

– Лицо власть предержащая? – спросила я.

– Да! – сказал он таким значительным тоном, что заинтриговал меня окончательно.