Чернильные ночи – янтарные дни - Ольга Баскова

– Помня об этом, я и даю тебе еще один день, – сказал Истомин. – Что касается свидетеля… Могу дать тебе его координаты. Побеседуй с ним сам, если ты в чем-то сомневаешься. Видишь ли, Санек, я не верю, что ты сбил этого проклятого постового, однако убийцу ты наверняка покрываешь. Это что, Лада, твоя пассия?

Журналист снова промолчал. Иван вздохнул.

– Ну, как хочешь. Записывай его адрес. Я надеюсь, когда он сам тебе все расскажет, ты поделишься со мной своими тайнами. Но даю тебе время до завтрашнего дня.

– Хорошо, – согласился Саша.

Теперь он думал, что до завтрашнего дня еще уйма времени. Жизнь непредсказуема. Ведь Пименов и не предполагал, что за три дня избавится от своих шантажистов и узнает такое, отчего дрожь теперь сотрясала его тело. Впрочем, избавился ли он от них? Истомин со своим умением предвидеть события слишком близко подошел к его тайне. Даже и не к тайне, а к тайнам. Журналист никак не мог выдать Анжелику и настоящего хозяина гостиницы, во всяком случае, пока. И все же за этот день, вернее, за то время, что у него осталось, Саша обязан сделать очень многое. Проверить свои предположения, например. А для этого нужно было побеседовать с тем мужчиной, который видел, как Анжелика сбила Никитенко. Не откладывая, Пименов вышел из кабинета, сел в машину и поехал в другой конец города, правильнее сказать, в поселок, где в частном доме и жил этот рыбак со своей семьей. На его счастье, тот оказался дома – пожилой пенсионер, с коричневым от загара лицом. Он ковырялся на участке и бросил на пришедшего недовольный взгляд.

– Вы ко мне?

– Я от майора Истомина, – пояснил журналист. – В редакции поручили написать статью о сбитом гибэдэдэшнике. До нашего начальства дошло, что вы были свидетелем происшествия и беседовали с майором. Я отправился к нему, а он направил меня к вам, Максим Петрович.

Рыбак кивнул.

– Да, я невольно оказался свидетелем… В тот вечер я ловил рыбу в лодке, потом вытащил ее на берег и стал ждать родственника, который должен был забрать меня на машине. Он задержался, я прилег на песок и отдыхал в ожидании.

– Где именно? – поинтересовался Саша.

– Напротив той дороги, которая вела к заброшенной фабрике, – сказал мужчина. – Я лежал, наполовину прикрытый лодкой, и меня с дороги не было видно. У меня же обзор был лучше. Я заметил, как постовой идет к развилке.

– Но ведь было темно, – неуверенно вставил молодой человек.

– Светила полная луна, – пояснил пенсионер.

– Его машину вы не заметили? – подхватил Пименов.

Свидетель покачал головой.

– Нет.

– А его напарника?

– Разве он был не один? – удивился Максим Петрович.

– Не имеет значения, – отозвался журналист. – Дальше.

– Он встал на развилке, будто кого-то ожидая, и тут послышался шум мотора. Вдалеке блеснули фары. Постовой не только не отошел на обочину, но, наоборот, вышел на середину, – продолжал рыбак. – Он поднял руку, когда увидел этот серебристый автомобиль. И это было его ошибкой. Мне показалось, машина не сбавила, а набрала скорость. Удар оказался слишком сильным. Беднягу подбросило в воздух. Машина проехала еще несколько метров вперед и остановилась. Оттуда вышла девушка с длинными волосами, посмотрела на неподвижно лежавшее тело и возвратилась в салон. Машина развернулась и поехала обратно.

– У него не было в руках палочки гибэдэдэшника? – поинтересовался Саша.

Мужчина замахал руками.

– Да какая палка! Ничего у него не было.

– Почему же вы не вызвали «Скорую» и полицию?

Свидетель вздохнул.

– За мной примчался мой родственник и уговорил меня не оставаться на этом месте, а вызвать машины из дома. Мы так и сделали. Знаете, как в нашей жизни… Пойдешь в полицию за помощью, а выйдешь оттуда со сроком. Я молчал, пока совесть не замучила.

– Зря вы так, – выдохнул Пименов.

– Это не только мое мнение, – парировал старик.

– И все же спасибо. – Журналист на прощание пожал его горячую ладонь. – Если что-то вспомните…

Тот покачал головой.

– Больше ничего не вспомню. Нечего вспоминать.

– Спасибо, – еще раз повторил Саша, сел в машину и поехал домой. По дороге, остановившись у светофора, он позвонил Ладе.

– Мне снова нужна твоя помощь, – сказал Пименов девушке.

Она затаила дыхание.

– Что случилось?

– Пока ничего, – успокоил он ее. – Это я наперед. Пробей-ка кое-что, и как можно быстрее.

– Сию минуту.

Глухова действительно сделала все очень быстро, и вскоре журналист располагал нужными сведениями. Припарковав машину у своего забора, он достал ключи. Когда от стоявшего рядом джипа отделился человек, парень не удивился.

– Здравствуйте, Иван Ильич. Я ждал вас.

– Пройдемте в дом, – произнес Кононенко и подтолкнул Сашу к двери. – И не дергайтесь, а то пожалеете.

– Я и не собираюсь дергаться, – улыбнулся Пименов, спокойно открыл калитку и прошел на участок. – Поговорим на улице?

Заместитель мэра покачал головой.

– Еще не стемнело, нас могут увидеть.

– Тогда приходите, как стемнеет, – пошутил журналист и ощутил прикосновение пистолетного дула к ребрам.

– Это мне решать, – прошептал ему Иван Ильич. – Идите в дом.

Саша послушно прошел в прихожую и сел на диван. Кононенко примостился напротив на стуле. Пистолетное дуло теперь смотрело журналисту в лоб.

– Если вы будете умницей, то останетесь жить.

– Я и не рыпаюсь, – ответил Пименов. – Не зря же вы обещали своим избирателям, что сдержите слово. Вот и я не буду с вами связываться на всякий случай.

– И правильно, – констатировал Иван Ильич. – Судя по вашему тону, вы нашли флешку в гостинице.

– И с удивлением узнал, что вы и являетесь законным владельцем отеля, а алкоголик директор – всего лишь подставное лицо, – пробормотал журналист. – Кстати, куда вы его дели?

– Все потом, – махнул рукой заместитель мэра. – Давайте сначала решим наши дела. Где флешка? Вы должны отдать мне ее в обмен на вашу жизнь.

– А как же жизни тех, кого убили вы с вашими подельниками? – поинтересовался Саша. – Их слишком много.

Кононенко поморщился.

– Я убивал подонков. Про Степанова вам нечего говорить. Да и Ирочка была не подарок. Я сотни раз пожалел, что в свое время сошелся с ней. Она шантажировала меня при каждой возможности. Не мне вам рассказывать, что такое шантаж. Рано или поздно шантажист выроет себе яму.

– А те невинные люди, которые приезжали в гостиницу на отдых, чем они перед вами провинились?