Грех - Кирилл Казанцев

– Значит, договорились. Придешь сегодня ко мне ночью, я буду ждать. Только если можешь – сделай это не во сне. А так, чтобы я знала: все происходящее – правда. Просто разбуди меня, и мы поговорим, как бывало. И не отговаривайся, что боишься меня испугать, я привидений не боюсь.

Теперь Лора уже точно знала, куда едет. Автомобиль свернул к придорожному кафе «Пит-Стоп». К тому самому, в котором она недавно встречалась с Лариным. Даже прежний столик был свободен, и женщина решила, что это знак свыше.

Она села под зонтиком, официант поставил перед ней стеклянную пепельницу и вопросительно заглянул в глаза – мол, что будете заказывать?

– Две чашки кофе без сахара. И морковный фреш.

Глаза официанта чуть заметно округлились.

– Одну чашку сразу принести? А вторую, когда появится тот, кто назначил вам здесь встречу? – проявил он догадливость.

– Принесите две сразу, – немного грустно произнесла Лора.

– Как желаете.

Женщина закурила тонкую сигарету. Раньше она позволяла себе подобное раз, максимум два в месяц. А теперь сигарета была пятой за день.

Официант принес заказ. На небольшом подносе стояли две чашки дымящегося кофе и стакан морковного фреша. Он так и оставил все на подносе – просто почувствовал, что Лоре хочется именно такую сервировку и при этом она желает, чтобы ей не докучали вопросами, оставили наедине со своими мыслями.

Напарница Ларина неторопливо курила, выпуская дым против ветра. Крошки пепла выдувало из пепельницы, носило по столику. Машины плыли по шоссе. Урчание их двигателей сливалось в один монотонный гул. И тут среди этого слияния звуков Лора различила стрекот мотоциклетного двигателя. Она даже улыбнулась, завидев, как лихой наездник в черном шлеме на спортивном байке обгоняет три длинных фуры. На мгновение ей показалось, что это Андрей, ведь это именно он так лихо гонял на мотоцикле. Ей захотелось подняться, броситься к шоссе и взмахнуть рукой – мол, стой.

– Не сходи с ума, – сказал сама себе Лора. – Конечно, мотоциклист тебе не померещился, мало ли мужчин, гоняющих на байках.

Мотоциклист пронесся мимо кафе. Стрекот двигателя затих за поворотом. Лора уже окончательно продумала план прощания с Лариным. Она будет пить свой кофе и неторопливо курить. Когда напиток кончится, она последний раз в жизни наберет номер Андрея, выслушает «абонент находится вне зоны доступа», расплатится и уйдет. Уйдет, бросив лишь один прощальный взгляд на стакан морковного фреша и чашку остывшего кофе.

Каждый следующий глоток женщина делала все более маленьким, растягивая время, которое оставалось ей сидеть за столиком. Сигарета уже была скурена до фильтра, но Лора не спешила ее гасить.

И тут у нее за спиной послышался хриплый, как ей показалось, прокуренный мужской голос:

– Не возражаете?

Явно речь шла о том, что какой-то нахал хотел к ней присоединиться, хотя свободных столиков в летнем кафе хватало.

– Вот именно что возражаю, – с вызовом произнесла Лора и повернула голову.

Несколько секунд она смотрела на крепко сложенного мужчину в бейсбольной кепке, натянутой на самые уши. И только когда поняла, что перед ней Ларин, восставший из мертвых, радостно взвизгнула и, даже не выпустив из пальцев погасшую сигарету, повисла у него на шее, поджав ноги, и принялась целовать. Андрей хрипло проговорил ей на ухо:

– Очень мило, но на нас люди смотрят. Я тоже рад тебя видеть.

Наконец Лора расцепила руки. Ларин галантно отодвинул ее стул, чтобы женщина могла поудобнее устроиться. Потом сел напротив и взглядом указал на стакан сока.

– Это для меня?

– А то для кого еще?

– Значит, не верила, что меня нет в живых.

Молодая женщина замялась.

– Вообще-то… кое-какие сомнения у меня были.

Ларин жадно выпил сразу полстакана и потер себе шею.

– Вообще-то у меня там небольшой ожог, – проговорил он и снял кепку.

Подстрижен он был налысо. А вот борода была модной – ровная щетина миллиметра на три.

– Ты зачем наголо побрился? – почему-то именно это обстоятельство удивило Лору больше, чем чудесное воскрешение напарника.

– Волосы на пожаре обгорели, вот и пришлось поменять прическу. Зато теперь с мытьем головы никаких проблем. Протер влажной тряпкой, как мебель, и готово.

– Ты мне и такой нравишься, особенно сейчас. Как тебе удалось выбраться?

– Через крышу по вентиляции. Да еще этого придурковатого архимандрита тащить пришлось, – Андрей замолчал, глянул на лежащий перед Лорой мобильник. – Я тогда думал, что и в самом деле конец. Даже хотел сказать, что люблю тебя, все равно терять уже было нечего. Дай, думаю, доставлю тебе такое удовольствие. Ведь ты из меня эти слова буквально щипцами каждый день пыталась вытащить.

– Значит, любишь? – прищурилась Лора.

– Нет, ты мне только нравишься. Вот и все. Теперь-то я уже умирать не собираюсь. – Взгляд Ларина вновь уперся в мобильник женщины. – А ты мне, конечно, звонила. Вот только дозвониться не могла. Потому что… – Он запустил руку в карман и, как косточку домино, выложил перед напарницей то, что осталось от его телефона – бесформенная расплавленная масса, в которой запеклась искореженная сим-карта.

– Да, горячо там было. Но ты что, не мог сообщить мне, что жив? Я тут с ума схожу. Вот тебе поминки устроила. – Лора даже начинала злиться.

– Во-первых, некогда было. Архимандрит слабоватый, серьезно обгорел. Но теперь его Дугин в больницу пристроил по своим каналам – под прикрытием. Но пока Филарет в коме, в себя не приходит.

– Я понимаю, что все эти дела на полдня. А потом почему ты мне не сообщил?

– Вот тут уж придется покаяться. Дугин хотел с тобой на связь выйти, да я упросил его не сообщать. Хотелось эффектной встречи. И, кажется, удалось. Ты так мне обрадовалась.

– Подлец, – Лора сделала вид, что хочет ударить Андрея по щеке, а затем рассмеялась. – Ты правильно все сделал. И быть лысым тебе идет.

– Итак… – Ларин допил морковный сок и взялся за кофе. – Перейдем к делу. Что-нибудь новое узнала?

– А как же. Получается, что свое производство отец Меркурий перенес в другое место, куда-то на территорию монастыря, или у него там склады остались. Во всяком случае, фуры продолжают подъезжать по ночам. Работают как по графику. Если график не изменится, то сегодня ночью одна из таких фур покинет монастырь. Я за ней и собиралась проследить.

– Значит, проследим вместе, напарница.

– По документам у них все чисто. Вроде бы свечи перевозят. Но уже и свечной завод сгорел, а продукция все идет.

– Да и не делали они там столько свечей, чтобы фурами их возить. Тут что-то другое.

* * *

Фонари горели через один – у небольшого городка и бюджет маленький, на всем экономят. А потому на небе можно было рассмотреть звезды.