Смертельные фантазии - Марина Серова

Нет-нет, я ни в коей мере не впечатлительная барышня, которую легко испугать. В злых духов и силы тьмы я не верю, дождь — это всего лишь случайность, точнее, предсказанная Гидрометцентром погодная составляющая наступающей осени. Отсутствие людей на полигоне вызвано лишь тем, что нормальные люди в такую непогоду предпочитают спать в палатке, а не шататься по полигону. И все же, когда я услышала поблизости дикий, сумасшедший хохот, признаюсь, меня охватила дрожь. Что это еще за чертовщина такая?

Я заспешила на звук странного смеха, если его можно так назвать. Смеялись как в фильме «Джейн Эйр», который я, помнится, смотрела в детстве. Старинный замок, сумасшедшая бестия — жена главного героя, которая в конце поджигает замок. Час от часу не легче. То меня преследуют полоумные верзилы с алебардами, теперь — этот дьявольский смех… Это не игра, а не пойми что, в самом деле.

Хохот усиливался, в унисон с дождем. Я упрямо шла на звук, проклиная непролазные дебри и слякоть, из-за которых мое движение замедлялось. Я даже предположить не могла, кто способен издавать такие нечеловеческие звуки. Может, я ошиблась, оказалась не на полигоне, а в колонии сумасшедших психопатов? Помнится, в давние времена существовали закрытые поселения для ненормальных. Да, иначе сие не назовешь — поселение неадекватных людей, опасных для общества.

Я вышла на поляну, с которой не видно было ни локации Ортан, ни Хины. Примерно в нескольких шагах от меня стояла небольшая палатка, наподобие такой я видела по пути на полигон. Возле лежало бревно, а на нем — две тени, черные, безликие и бесформенные. Тени тряслись в конвульсиях, и именно они издавали жуткий хохот.

Я помедлила — нащупала в сумке пистолет, который догадалась взять с собой. Потом решительно направилась к бревну, намереваясь в случае опасности пустить в ход оружие. Однако тени никак не отреагировали на мое появление — не знаю, что смешного они нашли, но адское веселье их было жутким. Я поняла, что тенями они кажутся из-за черных балахонов с капюшонами, накинутыми на головы. Какого пола были «тени» — неизвестно, по голосу я определить этого не могла.

Я подошла к первой из них, откинула капюшон. Существо никак не прореагировало, только продолжало хохотать. Бледное, разрисованное узорами лицо, во тьме кажущееся маской призрака, черные впадины глазниц…

— Что с вами? — громко спросила я, тряхнув «тень» за плечо. Ответом мне послужил только приступ сумасшедшего хохота. Я подошла к другой «тени», тоже откинула капюшон. Судя по всему, это были женщины — я решила это, исходя из длинных волос обеих. Лица — разукрашенные маски, напоминающие черепа с черными впадинами вместо глаз, блестящие зубы, сверкающие из черных дыр-ртов…

Конечно же, это были люди. Но люди — невменяемые, безумные. Что с ними случилось? Они что, умом обе тронулись?

Я беспомощно огляделась по сторонам. Рядом с бревном находилось кострище, залитое дождевой водой. Даже при наличии сухого спирта развести огонь не представлялось возможным, хотя, насколько я могу судить, совсем недавно костер горел. И на нем что-то готовили — чуть поодаль я увидела котелок с непонятным содержимым. Котелок был пуст, в нем находилась лишь лужица дождевой воды, но на его стенках я увидела нечто черное — судя по всему, какая-то трава. Рядом с котелком валялась пустая банка сгущенки, тоже наполненная водой.

Насколько я знала, сгущенку добавляют в чай или кофе, на ней варят кашу — рисовую или овсяную. Однако ни пакетов из-под кофе, ни упаковок от каши поблизости не было. Равно как я не нашла и пустых бутылок от алкогольных напитков. Тогда что находилось в котелке? Эти две чудачки, они что, сгущенку варили? Но что за трава внутри котелка?

Я еще раз посмотрела на безумных, которые даже не обратили внимания на то, что у них сняты капюшоны. Равно как и не воспринимали мое присутствие — словно для них не существовало ничего, кроме чего-то, незримого для обычного человека. У меня возникло желание облить их водой из котелка, но что толку? Они и так сидели под проливным дождем, но в чувство их это не приводило. Даже если я вытащу пистолет и начну угрожать им, они, скорее всего, проигнорируют оружие. Что ж, с этими, мягко говоря, не вполне адекватными, я уже ничего не сделаю — вызывать «Скорую» бесполезно, я все равно не смогу объяснить толком, в каком месте леса они находятся.

Я подошла к палатке, открыла полог и забралась внутрь. Здесь было сухо, лежали спальники и рюкзаки. Я пошарила по полу, надеясь отыскать фонарик, чтобы обследовать рюкзаки. Но, увы, фонарика не было. Я вытащила первый рюкзак и посветила телефоном внутрь.

В сумке находились лишь скомканные женские джинсы, кофты и колготки, внизу лежали две банки тушенки. Совершенно ничего криминального, даже пачки сигарет или бутылки с вином я не обнаружила. Скорее всего, причина сумасшествия обеих скрывалась в содержимом котелка — они выпили какое-то галлюциногенное зелье и теперь наслаждаются действием напитка. Причем явно употребляли не алкоголь — от спиртного таких эффектов вроде как не наблюдается. Я на своем веку повидала немало и алкоголиков, и наркоманов и прекрасно знаю, как отличить одних от других. Был бы свет, я запросто бы различила все признаки употребления галлюциногенных веществ. Может, они кололи себе героин или кокаин? А сгущенку варили, потому что потянуло на сладкое? Тогда рядом должны валяться шприцы, а я их пока не нашла. Впрочем, сейчас вряд ли мне удастся что-либо разыскать — придется ждать до утра. Зарядки на мобильнике надолго не хватит, а зарядить его негде.

Внезапно отчаянный крик прорезал барабанную дробь дождя по крыше палатки и жуткий смех одурманенных женщин.

— Кто-нибудь, помогите! — донесся до меня чей-то испуганный голос.

Я мигом выползла на улицу, быстро огляделась по сторонам. Крик доносился с противоположной стороны стоянки, и я, мельком взглянув на двух безумных, ринулась на звук голоса. Судя по всему, принадлежал он молодой девушке, донельзя перепуганной и отчаявшейся.

Впереди я увидела темный силуэт и подбежала к сгорбившейся — от холода и промозглого дождя — фигурке. Мне пришлось включить фонарик и посветить на лицо незнакомки. Она оказалась девчонкой лет шестнадцати, не больше, — бледное, несчастное лицо, широко раскрытые глаза… Девушка была одета во что-то наподобие юбки и легкой кофточки, и наверняка она жутко замерзла.

— Ты кто? Что случилось? — громко спросила я.

— Я… я боюсь, помоги мне! — взмолилась девчонка. — Я заблудилась, тут страшно, они… я убежала, потому что страшно, и… они вон там! — Она махнула рукой в сторону двух по-прежнему смеющихся фигур. — Они все такие, а я не стала…

— Ты знаешь их? — Я кивнула на палатку.

Девчонка пожала плечами:

— Я точно не помню, но… там все они смеются, а я боюсь…

— Они выпили какой-то галлюциногенный напиток? — продолжала я свои расспросы. — Или кололись? Рассказывай!

Девчонку всю трясло от холода, но я не могла ей дать даже свою куртку — она у меня насквозь промокла. Внезапно мне пришла в голову более-менее дельная мысль, пускай и немного рискованная. Но делать все равно нечего — я схватила девушку за руку и решительно направилась в сторону палатки.