Хоровод обреченных - Ирина Градова

Карпухин задал еще несколько вопросов, призванных скорее успокоить Ручку, нежели в действительности прояснить ситуацию с гибелью профессора или штаммом «Х», после чего все трое покинули здание в сопровождении охранника, вызванного заместителем генерального директора. На этот раз она не стала провожать их сама, что могло говорить лишь о том, что майор и его сопровождающие больше не являлись желанными гостями в ЗАО «Медресурс».

– Зря только съездили! – сказал Трофименко, когда они вышли из главного корпуса и направились к автостоянке. – Ничего путного она так и не сообщила.

– Ну нет, – покачал головой майор, – визит не был таким уж бесполезным, и кое-что мы все-таки узнали.

– Что же? – не понял Трофименко.

– Андрей заставил Ручку проговориться, что работа над штаммом «Х» у них действительно ведется! Кстати, сегодня утром я получил ответ из Москвы на свой запрос в Министерство здравоохранения.

– Ты посылал запрос? – удивился Андрей.

– Как только узнал, что Кармин связан с «Медресурсом». Они ответили, что Кармин лично рекомендовал некоторые виды продукции ЗАО «Медресурс», которая, с его подачи, получала одобрение министерства и поступала в широкую продажу.

– Однако им так и не удалось опередить «Оптифарм» в отношении государственных поставок, – заметил Андрей.

– В ответе на запрос сказано, что Кармин пытался протащить «Медресурс» как основного поставщика вакцины от гриппа в этом году, но у него ничего не вышло.

– Известно, по какой причине?

– Представь себе, известно. В министерство поступила анонимная информация о том, что несколько лет назад в Белоруссии, куда «Медресурс» продал вакцину от свиного гриппа, у большого количества детей возникли осложнения в виде снижения или полной потери мышечного тонуса, а также каталепсии.

– Вот это да! – присвистнул Андрей. – Ты сказал, что информация была анонимной?

– Верно. Обычно анонимные сведения во внимание не принимаются, но тут речь шла о слишком серьезных материях. Провели проверку и выяснили, что все является правдой. Таким образом, правительственный контракт достался основному конкуренту ЗАО на российском рынке, то есть «Оптифарму».

– Все интереснее и интереснее… – пробормотал Андрей, вытаскивая сигарету.

– Эй, а ты не слишком много куришь? – озабоченно спросил Артем.

– А ты что, мой доктор? – огрызнулся приятель и тут же добавил: – Что делать будешь?

– Ну, у меня не осталось сомнений в том, что Кармин был связан с «Медресурсом», но вот связан ли «Медресурс» с его смертью – все еще большой вопрос. Нужно искать мотив, ведь пока что известно только, что профессор всячески помогал ЗАО, так зачем им его убивать? Я, пожалуй, воздержусь от дальнейших комментариев и попробую поискать других свидетелей в Сиверской. Да, они видели там Антона Громова, но, может, и кого-то еще из тех, кого мы знаем?

– Хочешь раздать ребятам фотографии всех проходящих по делу и заставить топтать землю? – с сомнением спросил Андрей.

– Это все же лучше, чем вообще ничего, так? Но мне не дает покоя мысль о том, что Громов что-то знает, но молчит, и если бы мне удалось разболтать его, то, уверен, дела пошли бы гораздо быстрее! Да еще этот террорист, будь он неладен – с ним-то что делать?

– Возможно, над этим не придется долго размышлять, и подразделение по борьбе с терроризмом избавит тебя от необходимости возиться с Нальгиевым? – сделал предположение Лицкявичус.

– Ну, а ты-то чем собираешься заняться?

– Съезжу навестить Агнию, посмотрю, как у нее дела.

– Есть надежда, что старые антибиотики подействуют против нового штамма?

– Может, ослабят его, но вряд ли победят. Для нас главное, чтобы пневмония при этом протекала по возможности легко, и, надеюсь, Карелину удастся этого добиться… Потом я намерен побеспокоить одного своего приятеля в Луисвилле и выяснить у него, как вакцина от «испанки» могла попасть к нам.

– Приятель – американец, что ли?

– Чистокровный. Если такие бывают, конечно, принимая во внимание историю США. Не факт, что он станет со мной говорить, но попробовать стоит.

– И чего ты надеешься этим добиться?

– Сомнительно, что «Медресурс» самостоятельно работал над вирусом – у них просто нет для этого возможностей. Думаешь, почему стало известно о том, что американцы откопали ту тетку с Аляски?

– Пресса пронюхала?

– Точно! Сделать такое втайне практически невозможно – даже при участии всех средств, доступных военным. Рано или поздно, но правда всплывет, поэтому надо делать хорошую мину при плохой игре и рассказывать сказки о «всеобщем благе», а не о секретном биологическом оружии. Но как «Медресурс» добыл вирус? Это потребовало бы слишком серьезных капиталовложений и исследований, а кто они, собственно, такие? Всего лишь небольшая фармацевтическая компания, даже не входящая в состав военно-промышленного комплекса!

– Они могли купить вирус?

– Это незаконно.

– Или украсть.

– Как ты понимаешь, это еще более незаконно. Короче, что-то во всем этом деле не так. От него несет сильным душком, и необходимо как можно скорее выяснить, из какого источника он исходит.

Все то время, что Лицкявичус общался с Карпухиным, Трофименко благоразумно помалкивал. Однако стоило Андрею отъехать, парня словно прорвало.

– Артем Иванович, так дело не только в убийстве Кармина, но и в каком-то новом вирусе? Неужели профессор занимался противозаконной деятельностью – одни акции «Медресурса» чего стоят!

– Слишком много вопросов сразу, стажер! – отозвался майор. – Просто выяснилось, что в деле гораздо больше фигурантов, чем казалось на первый взгляд. Обычно так и бывает, если ведешь расследование как положено, а не вцепляешься зубами только в одну, наиболее очевидную версию. Может, конечно, получиться, что самая простая версия как раз и является единственно правильной, но по крайней мере совесть твоя как сыщика останется чиста. Понял или повторить?

– Понял, товарищ майор. А куда мы сейчас-то едем?

– У меня появилась парочка вопросов к мадам Ерошкиной – надо бы перетереть кое-что… Ты торопишься?

– Я ж на службе, Артем Иванович!

– Тогда перекусим где-нибудь, а потом навестим ныне почтенную матрону.

* * *

Олег сидел в предбаннике реанимационной палаты, куда спешно перевели Агнию после того, как стало ясно, что пневмонию остановить не удастся.

– Не стоит беспокоиться, – сказал Карелин Олегу. – Это было предсказуемо.

Голос юнца звучал уверенно, но Олег не верил ни единому слову: если все так замечательно, то почему ему не позволяют увидеться с женой? Однако Александр стоял насмерть, и в конце концов Олегу пришлось удовольствоваться местом перед самыми дверьми, куда притащили небольшой диван, чтобы обеспечить ему хотя бы мало-мальски комфортное ожидание.