Пикник на Лысой горе - Дарья Калинина

И я поняла, в какой ловушке оказалась.

— У вас к тому времени уже были Вилли с Яном? — спросила Инна.

Ингрида молча кивнула.

— Мою мать хватил удар, когда она узнала имя моего жениха, — сказала она. — Тогда я не придала этому совпадению никакого значения. Мать давно болела, и я решила, что ее удар — это просто результат болезни.

Она умерла, не приходя в сознание, и не смогла предотвратить моей свадьбы с собственным братом.

— И что вы сделали, когда наконец узнали правду?

— Что я могла сделать? — пожала плечами Ингрида. — Мы с Алексеем прожили больше десяти лет. Оба наших мальчика были вполне здоровы. Так ради чего было все губить? Я решила, что раз правда столько лет лежала на дне, то пусть лежит и дальше. Не стоит раздувать огонь. И я прожила спокойно еще почти двадцать лет.

— А что потом?

— Потом этому старому идиоту, моему папаше и свекру, не знаю, как его следует называть, приспичило провести расследование в собственной семье. Его, видите ли, интересовало, кто из его потомков достоин получить его денежки, а кто нет. Ну, не маразм ли?

— Действительно глупо, — согласилась с ней Инна. — Чего уж там затевать, раз всю жизнь они его устраивали.

— И этот мерзавец Арвид докопался до правды.

И позвонил мне. Он предложил мне сделку. Потребовал деньги в обмен за имеющуюся у него информацию.

— И вы согласились?

— А какой выбор у меня был? Арвид мог изъять информацию обо мне из своего досье на членов семьи Роланда, а мог предать ее огласке. Я должна была выбирать. И я сделала свой выбор очень быстро. У меня было сильное подозрение, почти уверенность, что Роланд не захочет признать во мне свою дочь. Его фамилия в моем свидетельстве о рождении могла убедить недоброжелателей, но не моего родного отца. Он никогда не помогал нам с матерью. Он ни разу не пожелал увидеть своего ребенка, то есть меня. И он сразу же сказал моей матери, что ей нечего надеяться на его великодушие. Он не намерен тратить время и средства на чужого ребенка. У Роланда к тому времени уже было двое законных сыновей. Так что его в какой-то степени можно было понять.

— Понять, но не простить, — вполголоса сказала Инна. — Ингрида, вы ненавидели своего отца?

— Да, — кивнула Ингрида. — Он был подлецом.

— Вы ненавидели его настолько сильно, что могли бы убить?

— Убить?! — ужаснулась Ингрида. — Ну, нет.

Убить и жить потом с сознанием того, что я действительно его дочь, раз способна на преступление. Нет.

— А Арвида?

— И его тоже, — сказала Ингрида. — Понимаю, что вы мне не верите. И в самом деле он меня шантажировал, вымогал деньги. А потом находят его труп. Очень удобно все свалить на меня. Я вам скажу больше. Мы с Арвидом должны были встретиться в саду. Как раз на том месте, где нашли его труп. Но я не убивала ни парня, ни своего отца. Вы должны мне верить!

Сестры с сомнением посмотрели на нее. Честно говоря, холодноватая и практичная Ингрида идеально подходила на роль убийцы. Убив Роланда, она получала деньги. А убив Арвида, избавлялась от шантажиста.

— И пожар в Мадоне тоже не вы устроили? — спросила у нее Инна.

— Пожар — моих рук дело, — призналась Ингрида. — А что мне было делать? Допустить, чтобы еще один Арвид наткнулся на мою тайну? Я передала со случайным мальчишкой для сторожа подарок к Новому году. Бутылку вина. А туда подмешала снотворное.

Он выпил и уснул. Дальше все было делом техники.

Вы были в Мадоне и видели, как там легко войти в любой дом. Вот и в загс мне ничего не стоило войти.

Я вытащила сонного сторожа на улицу. Потом облила бензином, который привезла с собой, пол и стены загса и кинула спичку. Поверьте, я бы с радостью не устраивала поджога, но у меня не было выбора. Я не знала, где хранится справка о моем рождении. И к тому же я боялась, что вдруг заметят пропажу, тогда это вызовет подозрения.

Ингрида немного помолчала, а потом нерешительно спросила:

— Что теперь со мной будет? Вы сдадите меня полиции?

— Не знаю, — честно ответила Инна. — Я еще подумаю над этим вопросом. Пока что у меня нет повода вам верить в том, что вы не виновны в смерти Роланда и Арвида. У вас был мотив и возможность. Но почему-то я верю вам. Верю, что вы невиновны. Помогите найти настоящих преступников, и тогда, я обещаю, что не скажу полиции, кто устроил пожар в Мадоне.

И буду держать язык за зубами насчет того, что вы замужем за собственным братом.

— И я тоже, — пискнула расхрабрившаяся Наташа.

Ингрида с признательностью взглянула на сестер.

— У меня есть подозрение, кто мог убить Роланда, — сказала она. — Я говорю о возможности достать яд. Жена Эрнеста — эта Ида, она мне очень подозрительна. И она работала долгое время фармацевтом в одной крупной аптеке. Думаю, что в аптеке должны быть яды. И Ида имела к ним доступ. Все остальные в семье моего мужа не имели никакого отношения к медицине. Так что они бы скорей выбрали другой способ для убийства.

— Интересно, — сказала Инна. — Спасибо вам.

Если еще вспомните что-либо подозрительное, обязательно сообщите нам. Да, и не советую искать копию вашей метрики в доме. Она давно уже лежит в одном из отделений почты в Риге. И должна быть отправлена на имя инспектора Пельше ровно через три дня. Если со мной, или с Наташей, или с нами обеими за это время случается что-то нехорошее, например, мы попадаем в автокатастрофу, то заказное письмо отправляется в полицию. А там уж сумеют сделать выводы.

Ну а если мы останемся живы, то вернем вам эту вашу копию. Можете быть в этом совершенно уверены.

— Другими словами, вы мне не верите? Не верите, что я не убивала старика? — покраснела Ингрида.

— Моя бабушка всегда говорила: доверяй, да проверяй, — сказала Инна. — Мы вам поверили условно.

До окончания расследования никто не может быть полностью оправдан.

— Да, я понимаю, — поникла головой Ингрида. — Но я могу быть уверена, что вы меня не обманете?

— Кроме нас, существует еще и полиция, — деликатно намекнула ей Инна. — Они тоже ведут расследование.

Но упоминание о полиции Ингриду почему-то не напугало. Она лишь пренебрежительно фыркнула и отвернулась от сестер. Словом, это была прежняя Ингрида. От растерянной женщины, только что волновавшейся и запинавшейся, не осталось и следа. Сестры вышли в небольшой зимний сад в холле третьего этажа. Тут было очень удобно побеседовать, так как среди пальм стояло два маленьких диванчика. Сестры сели на один из них и, склонив головы друг к другу, начали шептаться.

— Что ты думаешь насчет Ингриды? — спросила Наташа у сестры. — Врет она? Или действительно не убивала Арвида? Ну и Роланда тоже.