Жена самурая - Марина Крамер

– Никого, – развернувшись в дальнем конце коридора, громко произнес он. – Никого нет, вам показалось.

Мне не показалось – я могла голову прозакладывать, что в моей квартире кто-то был, пусть не сейчас, но всего пару часов раньше. Я так и не сменила замки в двери, мне просто некогда было заниматься этим… Акела оказался прав.

– Никита, это сейчас никого нет. А недавно – был, вот поверь мне.

Я присела на корточки и с удивлением ковырнула пальцем в перчатке что-то коричневое, наполовину закатившееся под шкаф. Это оказалась пуговица. Обыкновенная коричневая пластмассовая пуговица с четырьмя дырочками. Держа ее на раскрытой ладони, я поднесла ее к самому лицу подскочившего ко мне Никиты:

– Видишь?

– Ну, пуговица. И чего?

– И того. Это пуговица не с тех вещей, которые есть в моем доме. Моя шуба – голубая. У Сони – пуховик на «молнии» и белая шубка. Акела не носит дубленок, он вообще носит только кожаные вещи в последнее время, и там – либо «молнии», либо клепки. Кроме того, у нас вообще нет коричневых вещей. Понял?

Никита взъерошил рыжие волосы на затылке:

– М-да… ситуация… выходит, слепки с ключа все-таки были.

– Да, – кивнула я. – И Сашка оказался прав, а я – трижды дура, что не послушалась и не сменила замки. Представь, что было бы, если бы я не уехала встречать Новый год к папе?

Меня даже передернуло от мысли о возможной встрече с реальным маньяком в собственной квартире.

– Так, берите все что нужно, и поехали! – решительно заявил Никита. – Не думаю, что вам стоит тут оставаться.

– Погоди, я хотя бы осмотрю все – вдруг что-то пропало?

– Да неважно уже это, как вы не понимаете? Надо валить отсюда, а на двери я сейчас одну хитрую штуку поставлю, будет ясно, входил ли кто-то снова, да и заодно выясним, кто именно. Только мне в машину надо.

– Нет!!! – заорала я, вцепившись в рукав его куртки, и Никита от неожиданности пошатнулся. – Я не останусь тут одна!

– А-а! – протянул он понимающе. – Ну, тогда собирайтесь, я вас провожу и вернусь.

Повинуясь какому-то странному чувству, сперва я уложила в сумку Сашкины веера-тэссены. Не знаю, с чего вдруг я решила взять их с собой, но какой-то внутренний голос шепнул – не оставляй здесь, и я вынула веера из сейфа. Эти вещи были дороги Акеле, память о дедушке и о сэнсэе Казуки, а память – она ценнее материального. Конечно, мечи и доспехи мне не забрать, но хотя бы это…

Было уже совсем поздно, когда мы подъехали к дому, где жила Ольга Паршинцева, – я хотела отдать ей приготовленный подарок, но не смогла дозвониться на мобильный, а потому пришлось пользоваться помощью Саввы и его знакомых, пробивших нам адрес Ольги по базе данных.

Паршинцева была удивлена, не ожидала меня увидеть на пороге квартиры, да еще в таком виде – кожаная куртка с капюшоном, берцы, заправленные в них брюки.

– Саша?! Ты… ого… – только и смогла вымолвить она.

– Оль, я ненадолго, только подарок отдать. Вот, держи, – я протянула ей завернутую в оберточную бумагу книгу. – Это энциклопедия самурайского оружия, тебе вроде было интересно…

Паршинцева едва не взвизгнула:

– Ты с ума сошла! Это же страшные деньги!

– Да ну? Подумаешь, я вообще-то денег не боюсь, даже страшных. Лишь бы тебе понравилось. А ты чего телефон отключила?

– Да глупости… представляешь, раздавила свой – поскользнулась, упала, а он в кармане лежал, – чуть смутившись, проговорила она.

«А денег на новый нет, и у мамы просить ты не можешь и не хочешь», – досказала я про себя и вынула из кармана куртки свой мобильный:

– Вот, возьми, только сим-карту мне верни.

– Нет-нет, ты что… а ты как же? – запротестовала Ольга, но я уже решительно вынимала сим-карту из телефона:

– Бери, сказала. А мне папа подарил новый.

Кстати, я не соврала – папа на самом деле подарил мне дорогущий телефон последней модели, и вот у меня появился случай им пользоваться.

– Спасибо… – пробормотала Ольга, явно смущенная моим поведением.

– Не за что, пользуйся. Все, Оль, мне пора. Я вернусь к концу праздников, не хочу одна дома торчать, так в квартире пусто… – выпалила я скороговоркой и покатилась вниз по лестнице.

Найти время для повторного визита в квартиру оказалось довольно сложно. Пришлось выдумать благовидный предлог – мол, сработала сигнализация в офисе, нужно срочно подъехать. Таким образом, он ухитрился выкроить себе пару часов.

Зачем он снова шел туда? Тянуло. Просто тянуло посмотреть еще раз, как жил до ареста ненавистный Сашка. Хотелось прикоснуться к тому миру, что он выстроил для себя и своей жены. Ну, и взглянуть на коллекцию драгоценного оружия. В прошлый раз он так и не успел толком рассмотреть все что хотел.

Он точно знал, что квартира сейчас пуста, – собственными глазами видел, как жена Сашки уехала на старом джипе, набив его багажник подарками, значит, в ближайшие сутки дома точно не появится. Слепки ключей он сделал скорее по наитию, чем обдуманно – не собирался снова появляться в этой квартире. Но и удержаться от соблазна тоже не смог.

Старинное оружие, прекрасное в своей холодной, устрашающей красоте, завораживало. Эта коллекция стоила настоящих, серьезных денег – уж он-то понимал в подобном. Такие вещи невозможно было найти на прилавках даже антикварных магазинов в стране, все это явно было привезено из Японии, подбиралось с любовью и знанием, а не скупалось, как дешевые сувениры, в лавочках. Тот, кто собрал коллекцию, знал толк в мечах.

Он бережно, в тонких нитяных перчатках, чтобы не оставить следов, снимал мечи один за другим с катана-какэ, рассматривал, поглаживал, трогал острые лезвия. Именно в этот миг он чувствовал себя совершенно счастливым, словно бы эти вещи принадлежали ему. Возможно, спустя какое-то время, когда уляжется шум вокруг убийств, а Сашка будет надежно и надолго изолирован, он придет к его жене и попросит продать ему коллекцию. Вряд ли женщина способна оценить то, чем сейчас владеет, и если предложить хорошую сумму… Но нет – опасно. Ее отец – слишком крутой, слишком печально знаменитый, к чему давать такому человеку повод копаться в твоей жизни? А ведь он явно заинтересуется кандидатурой покупателя. Нет, подобное общение не входило в планы…

Что ж, придется смириться с несправедливостями жизни – невозможно получить все, что хочется. Так пусть хотя бы ненавистный Сайгачев исчезнет – будет уже достаточно.

Он приходил в эту квартиру еще пару раз – исключительно для того, чтобы подержать в руках редкие экспонаты, украсть которые ему все-таки не хватило духа. И в последний свой визит решил – все, хватит. Это стало опасным, его могут увидеть, узнать. Пора заканчивать.

Он аккуратно запер дверь и выбросил дубликат ключа в мусоропровод. Так больше не будет соблазна. Соблазн – всегда плохо…