Мент в законе. Волчья интуиция - Владимир Колычев

Степан обошел все комнаты, заглянул в спальню. Кровать идеально заправлена, все вещи на местах. Наверное, Рыбалов не спал здесь в отсутствие супруги и женщин сюда не водил… Да и какие у него могли быть женщины? Маленький, невзрачный, еще и запущенный. Если только те, которые на экране.

— Да, сейчас все по-другому… — произнес Рыбалов и обреченно махнул рукой. — Капитализм вокруг, старые специалисты никому не нужны.

— Вы не работаете?

— Так уволили меня, — ответил Рыбалов и протяжно вздохнул.

— Давно?

— Да не очень… Но уволили…

Степан взял бутылку двумя пальцами, за горлышко, как будто боялся стереть отпечатки пальцев. Коньяк дорогой, армянский, пятизвездочный. Водка куда дешевле.

— Это из старых запасов, — сказал хозяин квартиры.

— Жена где?

— И жена у меня тоже из старых запасов. — Рыбалов натянуто улыбнулся.

Степан хмуро глянул на него.

— Что, неудачно пошутил? — Мужчина заметно смутился.

— Мне время дорого. — Капитан показал на часы.

— Я ведь вас не задерживаю.

— Может, мне тоже начать шутки шутить?

Степан вдруг понял, что Рыбалов раздражает его. Даже самый опасный преступник может обладать обаянием, которое притягивает. Рыбалов и близко таким не располагал. Слабый он, никчемный. Такие люди не отталкивают, но и не притягивают к себе. Их жалкие потуги привлечь постороннее внимание изрядно раздражают.

— Не надо. — Рыбалов как-то разом стушевался.

— Жена где?

— Так уехала, к матери. В деревню.

— А вы почему остались?

— Да как бы вам это сказать… У вас есть теща?

— Сложные отношения?

— Мягко говоря.

— Зарабатывали вы хорошо. — Степан обвел взглядом квартиру. — Что ей не нравится?

— Ей все не нравится…

— Я знаю, что машина у вас есть.

— Говорю же, были раньше возможности… Я на мясокомбинате работал, прежде можно было там неплохие дела проворачивать… — Рыбалов, наверное, забыл, с кем говорил, иначе не ляпнул бы такое. — Это сейчас все частное… Все себе, под себя… А люди… Кому теперь грамотные специалисты нужны?

Степан криво усмехнулся. Ему очень хотелось сказать, что вороватые специалисты никогда, никому и нигде не нужны, но Рыбалов мог обидеться и замкнуться.

— Значит, жена ваша отправилась в деревню без вас, потому что вы не ладите с ее матерью?

— Да и не нравится мне там, я человек сугубо городской.

— Ваша жена уехала одна?

— Что значит одна? — Рыбалов нахмурился. — На что вы намекаете?

— На что или на кого?

— Я не знаю… Может, и на кого?

— Хотите сказать, что у вашей жены есть любовник?

— Я хочу сказать?

— Но вы разволновались.

— Нет, это вам показалось.

— Да? Тогда и вам показалось. — Степан не сводил глаз с собеседника. — Я имел в виду Лизу Каблукову.

— Лиза? Она любовница моей жены? — Рыбалов глянул на экран выключенного телевизора.

Неужели женщины могут быть любовницами и в жизни? Именно это он и хотел спросить у самого себя.

— Насколько я знаю, она просто подруга вашей жены, — сказал капитан.

— Да?.. Конечно, подруга… Просто разговор зашел за любовников… — Рыбалов улыбнулся.

— Значит, ваша жена отвезла Лизу в деревню.

— Да, как подругу… Так, постойте, кто кого отвез? — спохватился Рыбалов.

— Ваша жена — свою подругу.

— Нет, моя жена поехала одна.

— Вы в этом уверены?

— Абсолютно.

— Может, она Лизу по дороге подобрала?

— Зачем?

— Чтобы вы не знали.

— У Любы от меня секретов нет.

— Да?

— Да… И Лиза ни в чем не виновата.

— Это вам жена сказала?

— Да…

— Ей сказала Лиза, а она вам, так?

— Ну, может, и сказала…

— Тогда кто убил Бродилова?

— Не знаю, — буркнул Рыбалов и отвел взгляд в сторону.

— Тогда почему Лиза прячется?

— Наверное, потому что вы ее ищете.

— Мы только сейчас начали это делать.

— Да, но на Любу насели так, как будто она во всем виновата.

— Она виновата в том, что укрывает Каблукову.

— Не укрывала она ее.

— И где Каблукова, не знает?

— Нет.

— Тогда могу вас обрадовать. Раз уж вы с женой так любите проводить время вдали друг от друга, то вас ждут разные камеры и даже тюрьмы.

— Я не хочу в тюрьму! — заявил Рыбалов, изрядно разволновавшийся. — Что я такого сделал?

— Где Каблукова?

— Она ни в чем не виновата.

— Где Каблукова? — Степан повысил голос.

— Не знаю.

— Давайте собирайтесь. Бритву возьмите, в камере побреетесь, — Степан провел пальцами по своей щеке.

— Как в камере?

— Где Каблукова?

— Ну хорошо… Она пришла к нам ночью. Вся в слезах… Можно? — Рыбалов потянулся к бутылке, но Степан рукой перегородил ему путь и отрицательно качнул головой. — Все, говорит, надоело быть сексуальной рабыней. Бродилов очень даже хорошо устроился. Дома у него горничная, на работе секретарша… А Лиза замуж за него хотела… Дура.

— Почему дура?

— Надо было подумать, для чего он ее держит… Она в общем-то понимала это и все равно очень расстроилась. Ведь Бродилов прямо в лицо ей рассмеялся. Гуляй, говорит, девочка… Это я образно…

— Хотите сказать, что Лиза ушла от Бродилова?

— Да, собрала вещи и ушла… Люба собиралась в деревню ехать, Лиза думала вместе с ней…

— Домой? В деревню?

— Да, а что?

— Нет, ничего… Дальше что?

— Люба ее вразумила. Разве в деревне работу найдешь? А у Бродилова она хорошо получала… И еще Люба совет дала. Ты, говорит, ноги пошире раздвинь… Это я так, чисто в шутку… — Рыбалов глупо улыбнулся.

— А если без шуток?

— Люба посоветовала Лизе ребенка от Бродилова родить… Они тут всю ночь сидели, говорили о своем, девичьем. Утром Люба Лизу обратно к Бродилову повезла. Приезжают, а там…

— Утром?

— Рано-рано, — сказал Рыбалов. — Чтобы Лиза завтрак Бродилову успела приготовить. Приезжают, а там уже без нее все зажарено. И Бродилов, и его телохранители. Лиза в панику. Люба ее обратно к нам привезла, а потом уже сама поехала.