Амулет снежного человека - Наталья Александрова

– Да, картины! – провизжала Валерия. – И все остальное!

– И каким же образом я все это испортила, не выходя из дома?

– Вы их залили!

– Залила? – сухо переспросила Валя. – Но у меня нигде не льется вода! Вы, как всегда, что-то перепутали…

– Я никогда ничего не путаю! – взвизгнула Валерия и протиснулась в квартиру. – Вы мне за все ответите!

– Можете сами убедиться! – процедила Валя, понимая, что иначе от соседки никак не отделаешься.

– И убедюсь! – крикнула Валерия, направляясь первым делом на кухню. – То есть убеждусь!

– Ради бога! – Валя продемонстрировала соседке пустую и сухую мойку.

Валерия Львовна сунула туда нос, провела пальцем, заодно заглянула в шкафчик и орлиным взором проинспектировала продукты.

– Ну, что теперь? Все обыскали? Вы видите, что здесь все в полном порядке!

– Значит, протечка в ванной!

Валерия проследовала в ванную комнату. На полу было сухо, под раковиной – тоже, но упорная соседка этим не удовлетворилась. Она опустилась на колени и попыталась отодвинуть декоративную панель, которая сбоку закрывала ванну.

– Откройте! – потребовала она прокурорским тоном. – Откройте сей же час!

Панель на ванне Валя никогда не открывала. Муж убедил ее, что там находятся трубы, сифоны и прочие устройства, которых не должна касаться неквалифицированная женская рука. Иначе неприятностей не оберешься.

Однако сейчас положение было безвыходным – Валерия Львовна ни за что не уйдет, не заглянув под ванну. Она кипела, как паровой котел, и вот-вот могла взорваться.

– Ну, сейчас… – мрачно проговорила Валя.

Она опустилась на колени рядом с соседкой, пошарила на панели и нашла защелку. После этого панель удалось открыть.

Кстати, за ней не было никаких сложных устройств – только пыльный кафельный пол и сливная труба.

– Ну что – вы довольны? – проговорила Валя. – Вы видите, что там совершенно сухо!

– Пылищи-то! – презрительно протянула Валерия. – Сразу видно, какая в доме хозяйка!

– Все, хватит! – не выдержала Валя. – Вы убедились, что у меня нигде нет протечек. Больше вам в моей квартире делать нечего. Выметайтесь подобру-поздорову!

– Это еще надо проверить – есть протечки или нет! – верещала Валерия Львовна.

– Я сказала – пошла вон! – закричала Валя.

Правильно муж говорит – с волками жить, по-волчьи выть!

– Да что ты себе позволяешь?! – соседка побагровела, как перезрелый помидор, но все же вышла в прихожую и отступила к входной двери. – Ты знаешь, кто я такая?

– Конечно, знаю! Старая идиотка! – припечатала Валя. – А в прошлом – мелкая взяточница!

– Что?! Да как ты смеешь?! Да я тебя!

Но Валя уже вытолкала ее на лестничную площадку и захлопнула дверь.

Переведя дыхание, она вернулась в комнату и хотела сесть за компьютер, но поняла, что подлая соседка совершенно выбила ее из колеи. Творческое настроение улетучилось без следа, никаких мыслей о художественной концепции выставки не осталось. Ну что такое, специально же дома осталась, чтобы никто не мешал работать! Завтра сдавать буклет, а у нее конь не валялся.

Валя прислушалась к себе и поняла, что теперь она способна только на самую простую домашнюю работу.

Чтобы немного успокоиться, Валя решила что-нибудь полезное сделать по дому. Хоть пыль вытереть. Ведь в чем-то Валерия Львовна права – под ванной пыли действительно очень много. Ну да, она там никогда не прибиралась, поскольку муж не велел отодвигать декоративную панель…

«Кстати, – подумала она, вооружившись тряпкой, – что уж тут такого сложного? Почему он так не хотел, чтобы я сюда заглядывала? А, эти мужчины вечно набивают себе цену, хотят убедить, что они незаменимы…»

Сперва Валя вытерла пыль там, куда смогла легко дотянуться, потом полезла в глубину. И возле дальней стенки она увидела какой-то пакет.

– Что это такое? – растерянно проговорила Валя, непонятно к кому обращаясь. Звук собственного голоса показался ей странным и незнакомым.

Сердце у нее тревожно забилось. Так вот почему муж не велел ей отодвигать эту панель! Он здесь что-то прячет…

Но что, что он может прятать от нее?

Может быть, оставить все как есть? Задвинуть панель на место и забыть?

Но она понимала, что ни за что так не сделает. А если сделает – никогда больше не сможет спать спокойно. Она будет мучиться от неизвестности, будет думать об этом днем и ночью, подозревать мужа неизвестно в чем… Нет, она должна разобраться, должна узнать, что там, в этом пакете.

Валя снова просунула руку под ванну, но не смогла дотянуться до пакета. Тогда она принесла швабру, подцепила пакет и вытащила его наружу, на яркий свет.

Это был обычный пластиковый пакет из супермаркета.

Валя осторожно вытряхнула его содержимое на кафельный пол.

Сначала из пакета выпала маска обезьяны. Маска, какие продают с лотков перед Новым годом. Только обезьяна была слишком волосатая, непохожая на шимпанзе или гориллу. Валя недоуменно пожала плечами. Зачем ее серьезному, положительному мужу понадобилась эта дурацкая маска? Всякие хохмы и розыгрыши – это совсем не в его духе! И самое главное – зачем он ее прячет?

Она еще раз встряхнула пакет.

Теперь из него выпал конверт. Обычный конверт из желтоватой бумаги, без марки и без какого-то рисунка.

В конверте что-то лежало. Что-то плотное.

Валя открыла конверт и вынула из него несколько фотографий.

На всех этих фотографиях была изображена одна и та же женщина.

Темные волосы, высокие скулы, широко расставленные глаза…

Валя никогда раньше ее не видела, но она внезапно поняла, кто это такая. Та женщина, Алла, о которой говорила знакомая мужа на вчерашней вечеринке. Та, что его бросила и уехала в Штаты.

Валя вспомнила, как переменился муж, когда зашел разговор об этой Алле. Потемнел лицом, как небо перед грозой. Ясно, что она для него очень много значила, и до сих пор он ее не забыл. Потому-то он и спрятал ее фотографии…

Валя по одному перебрала снимки.

Любительские фотографии, на которых схвачены разные настроения женщины, разные выражения ее лица. Но вот что интересно – если разглядывать эти фотографии одну за другой, в том порядке, в каком они лежали в конверте, можно заметить, как от снимка к снимку меняется ее настроение.

На первых фотографиях лицо женщины буквально светится, она смотрит в камеру с радостью и любовью. Дальше настроение становится более спокойным, безразличным, а потом в ее лице отчетливо проступает недовольство и раздражение.

«Она в нем разочаровалась, – поняла Валя, – дело понемногу идет к разрыву…»