Мечты о лучшей жизни - Екатерина Островская

– Можно, я подойду? – попросила Лена.

– Конечно. Только не говори громко, не размахивай руками и не тискай его.

– Я осторожненько.

Девушка приблизилась и тоже опустилась на корточки рядом с Николаем. Волк посмотрел на нее внимательно круглыми желтыми глазами, а потом отодвинулся к стене.

– Не ожидал от тебя такой фамильярности, – объяснил Николай. Погладил Лену по плечу, после чего посмотрел на волка и произнес: – Это хороший человек. То есть хорошая девушка. Не обижай ее, а защищай.

– Он понимает? – шепотом поинтересовалась Лена, которой не хотелось, чтобы Коля снимал с ее плеча свою руку.

– Понимает, мне кажется. Во всяком случае, то, что ты добрая, понял. А что касается остального, будем надеяться. Вообще при мне он ни на кого не нападает, считает, как видно, что я старший и должен дать ему сигнал к началу охоты. Мы в лесу как-то зайца повстречали, так он за ним не бросился. И здесь тоже ни на кого не реагирует. Совы, правда, его не особенно боятся, понимают, что волк не допрыгнет, но все же близко не подлетают.

Николай показал на полярную сову и вторую, маленькую, сидевшую под потолком в метре от первой.

– А вот ежик во дворе боится волка. И когда у меня заяц жил, тот вообще поначалу кричал от страха. Пришлось в доме его держать. Лиса тоже прячется, не доверяет, как мне кажется, прочности сетки. А так все тихо и мирно. – Коля поднялся и шепнул: – Пойдем в дом, а то волк, я вижу, все же волнуется.

Они вышли из сарая, но Лена все равно спросила шепотом:

– А долго он будет здесь сидеть?

– Пока у нас шум не утихнет. Потом выйдет. Может два-три дня у меня просидеть. Посторонних за версту чует.

Однако Николай ошибся. Следственные мероприятия велись с большим размахом, чем в первый раз. Опять по домам ходили полицейские и опрашивали всех, пытаясь выяснить, кто и что видел или, может быть, о чем-то догадывается. На лесной дороге за поворотом возле ельника теперь постоянно дежурила машина ГИБДД с тремя автоматчиками, которые проверяли документы у всех проезжающих мимо, даже у велосипедистов.

Бывший опер Ушатов отправился в лес, вероятно, рассчитывая отыскать под какой-нибудь елкой орудие убийства, но углубиться в лес не смог: его остановили. После выяснения личности отпустили, конечно, посоветовав сидеть дома. Перейдя мостик, Владимир завернул к Лене, застал у нее Николая и сообщил обоим о необычайной глупости нынешних ментов.

– И раньше-то особой сообразительностью не отличались, а как стали называться полицейскими, так совсем мозгов не осталось, – сказал он. – Сидят по кустам в маскировочной форме, вроде прячутся, а переговариваются по рации так, что за сотню шагов услышать можно, о чем базарят. Кого хотят поймать – непонятно. Да они и сами не знают, зачем их начальство в лес отправило. Пиво потихонечку попивают и на комаров жалуются.

Ушатов внимательно посмотрел на Николая и спросил в лоб:

– Сосед, признайся честно, где ты был утром вчерашнего дня с половины восьмого до девяти утра?

– Мы были вместе, – ответила за своего друга Лена.

– Тогда с вами все ясно, – успокоился Ушатов. И, обведя комнату цепким взглядом, произнес: – Ну, если пива у вас нет, я пошел.

Так прошли два дня. Миновал и третий. Наступили выходные, но закончились и они. И только вечером в воскресенье Лена вспомнила, что завтра ей надо выходить на работу.

Машину за Леной не прислали. Очевидно, Борис Петрович посчитал, что она сама теперь будет добираться до работы. Когда «Вектра» подъехала к высоким раздвижным воротам, из будки охраны никто не вышел. Лена посигналила – ответом была тишина. Девушка надавила на клаксон несколько раз. Только после этого из будки выскочил охранник и бросился к машине. Автомобиль он не узнал, а может, не видел прежде, но сразу решил, что таким возле охраняемого им объектам делать нечего.

Лена опустила стекло, охранник пригнулся и грубо спросил:

– Чего надо?

– Вообще-то я работаю здесь, – объяснила Лена.

– А, это вы… – успокоился парень. – Я через стекло не разглядел, что за коза сюда приперлась.

– Выражения можно подбирать? – попросила Лена.

– Так я еще не выражаюсь. И потом, сами знаете, какие у нас тут дела. Не до выражений.

Наконец ворота раздвинулись, и «Вектра» въехала на территорию.

В резиденции Чагина ничего не изменилось, если не считать, что сменился владелец. У крыльца замерли те же черный «Гелендваген» и белый «Кайен», которые Леонид Петрович использовал для разъездов по окрестностям. Проходя мимо «Порше», Лена невольно посмотрела на лобовое стекло. Оно было новым, без пулевого отверстия.

В вестибюле у входа стоял еще один охранник. Когда Лена вошла, он сказал ей, что Борис Петрович уже интересовался, на месте ли его помощница.

– Вообще-то у меня рабочий день начинается с девяти, а сейчас еще восемь пятьдесят, – объяснила девушка.

– Все нормально, – произнес, появившись на лестнице, Борис Петрович. – Просто сам я привык рано вставать, и мне всегда кажется, что остальные тоже должны быть уже на ногах.

Чагин номер два дождался, когда Лена приблизится к нему, и махнул рукой, приказывая следовать за ним.

– Пойдем сразу определимся с работой.

Они поднялись на третий этаж в гостиную, также увешанную охотничьими трофеями. Новый босс, оставшись стоять, указал Лене на кресло.

– Этот дом поставил я. Потом отдал его брату, Леня его перестроил, увеличил, а мою добычу… – Борис Петрович обвел вокруг себя рукой, показывая на стены, – перетащил сюда. Раньше-то трофеи на первом этаже висели. Я не в претензии, тем более что Леньки уже нет.

«Брат явно не очень переживает по этому поводу», – подумала Лена.

– Мы с ним неразлейвода были, – продолжал Чагин. – Все вместе делали – спортом занимались, на соревнования ездили. Специально в разном весе держали себя, чтобы друг с другом на ринге не встречаться. Леня ростом чуть выше был, а работал в среднем, я выступал в полутяже, хотя приходилось все время качаться, усиленно питаться и так далее, чтобы поддерживать форму. Потом, правда, едва не поссорились.

«Зачем Чагин все это мне рассказывает? – удивилась Лена. – Он начальник, я подчиненная. Причем не просто начальник, а хозяин фирмы, который все в фирме, включая сотрудников, считает своей собственностью».

– Я тогда жениться собрался и решил супругу будущую с братом познакомить. А Ленька как мою невесту увидел, обалдел. Потом говорит мне: «Не женись на ней! Уступи мне! Я все что хочешь для тебя сделаю!» И так насел на меня, просто не отбиться. Поняла, как его любовь переклинила? Только мне и самому девушка нравилась. Я, конечно, женился, а брат не только на свадьбу не явился, даже поздравления не прислал. Дела, конечно, еще были у нас общие, но потихоньку все делить стали. В общем, чуть не разбежались навек. Потом со мной заморочка одна случилась, и я за границу умотал, а брат тут руководил и от моего имени, хотя от своего больше. Да бог с ним! Насколько понял, ты не горишь желанием работать у меня?