Ассистент дамского угодника - Марина Серова

Прошло немало времени. Мать Вики умерла, а Николай Сергеевич и не думал отвечать на чувства своей помощницы. И вы, решив, что ждать от Белохвостова больше нечего, пошли на крайние меры. Организовали похищение Виктории. Вашей целью было вытянуть из него весь капитал, приготовленный на ответственный кинопроект. Куда бы вы делись, Николай Сергеевич, вы бы все отдали за то, чтобы ваша дочь осталась жива… Думаю, тогда бы Петелина была полностью удовлетворена. Она ведь уже предложила ваш проект другому режиссеру и другому продюсеру…

— Это глупость какая-то. — Глаза Петелиной забегали. Она испуганно заметалась по офису. — Это полное недоразумение. В чем вы меня обвиняете?.. Я…

Белохвостов поднял руку и ткнул в Светлану грозным указательным пальцем. Я поняла, что остановить его будет невозможно. Первое, что сделал Белохвостов, так это схватил пепельницу и швырнул ее в голову Светланы. Петелина, конечно, отклонилась, и пепельница, ударившись о стену, раскололась. Однако я поняла, что это было только начало. Петелина рванулась с места, распахнула дверь и выскочила вон из кабинета.

— За ней! — бешено закричал Белохвостов и тоже выскочил в коридор. — Стой! Стой! Не уйдешь! Охрана!

Когда мы спустились на первый этаж, все было уже кончено. Два широкоплечих охранника держали Светлану Владимировну за руки, а она, уже не сопротивляясь, давала первые сбивчивые объяснения.

…Я вышла из офиса. Работа на Белохвостова была завершена. Наконец-то я могла почувствовать себя свободной. Мне уже не нужно было оберегать кого-то ценой собственной жизни, искать или, напротив, самой растворяться в ночной темноте, уходя от погони.

Все осталось в прошлом.

Снова пошел мелкий колючий снег. Я степенным шагом направилась к составу, стоящему у первой платформы. Билет был у меня на руках, и я, считая вагоны, шла к своему, двенадцатому. Поезд должен был стоять еще минут сорок, и поэтому не было никакой необходимости торопиться.

Совершенно неожиданно передо мной возникла фигура человека в черном строгом пальто и смешной широкополой шляпе.

— С наступающим, — произнес мужчина. — Позвольте, я вам помогу донести ваш багаж до вагона?

Я не сразу узнала Гамаюнова. Он смотрел на меня, я на него, и мы оба молчали. Глупейшее положение! Мне совершенно не хотелось говорить с этим типом. Странно, что он вообще был еще жив и разгуливал на свободе.

— Как ты смеешь после всего случившегося подходить ко мне? — На моем лице, без сомнения, отразилась вся гамма неудовольствия. — Как у тебя только наглости хватает на это?

Гамаюнов улыбнулся, и невольно я вспомнила нашу первую встречу в ресторане.

— Ничего другого я от тебя и не ожидал, — с неподдельной печалью в голосе произнес он.

— Отойди, — строго сказала я.

Но Гамаюнов, казалось, не обратил на мои слова ни малейшего внимания.

— Женя, останься со мной, — неожиданно предложил он. — Ты для меня…

— Дай мне дорогу, Альберт. Еще опоздаю из-за тебя…

— Хорошо, — сказал Гамаюнов, отступая.

— У тебя друга убили, — бесцветно сообщила я. — Забери его из морга и предай земле, если у тебя осталась хоть капля совести. Хотя какие вы были друзья? — Я махнула рукой. — Не были вы друзьями.

Мне больше не о чем было разговаривать с этим человеком. Я обошла его, как прокаженного, и поспешила к своему вагону. Я почти побежала к нему, оставив Гамаюнова наедине с разочарованием и чувством вины, если таковые еще могли в нем жить. Он еще долго стоял на безлюдном перроне. Совершенно отключенный, погруженный в себя. В круглой огромной шляпе, черном стильном пальто. Человек без завтра…