Подкова для летучей мыши - Марина Серова

Стряпухин рассказывает Семенову, Семенов рассказывает своему чиновному другу… В результате на сцене появляется рыжий.

И дальше – тупик.

Уже ясно, что этот рыжий – вовсе не какой-то там старый Колин друг. И тем не менее Ваня видел их идущими вместе и общавшимися вполне дружески. Значит, нашел он какой-то повод подружиться.

Какой?

Кроме этого есть еще один весьма интересный пункт, подтверждающий, кстати, мое предположение о том, что рыжий не есть исполнитель.

Из показаний соседей по общежитию известно, что Коля вернулся домой один и гость к нему пришел гораздо позже. То есть с большой долей вероятности можно предположить, что гостем этим был вовсе не рыжий.

Тогда кто? И если он не входил в число постоянных знакомых, почему Коля так легко впустил его, стал общаться? Потому что тот бутылку принес?

Да, вопросы в деле еще остаются. Зато круг свидетелей приятно сужается, и мне уже не нужно колесить по всему городу, чтобы провести очередной допрос. В сущности, на сегодняшний день дать реальную информацию по этому делу могут только двое – Стряпухин и рыжий. Ну да, еще, конечно, Семенов, но тогда уж придется внести в список и Хромова. По крайней мере, шансы на получение информации и в том и в другом случае равны. Они нулевые.

Да и рыжий-то со Стряпухиным, думаю, желанием делиться не возгорят. Но на них хоть надавить можно. А большие административные чины и владельцы юридических контор с широким кругом знакомств – кандидатуры в этом отношении малоперспективные.

Ну что ж, как минимум, первый пункт на завтра определен, а дальше – в зависимости от результата.

Стрелка часов приближалась к одиннадцати, день снова выдался весьма насыщенным (один Борзов чего стоил), и я чувствовала себя уставшей, но положение мое вновь удручало довольно высокой степенью неопределенности, и на сон грядущий я решила погадать.

Что меня ждет? Вот вопрос, на который я хотела бы получить ответ.

Достав из мешочка кости, я метнула их на диван и увидела: «36 + 20 + 1». Это означало, что в делах можно ожидать перемен к лучшему, но я должна приготовиться к долгому и утомительному путешествию.

«Спасибо большое! – саркастически мысленно обратилась я к костям, направляясь в ванную. – А то мало мне пришлось за это расследование попутешествовать. И главное, «к долгому». «К утомительному» – главное. В Нью-Йорк я, что ли, поеду?»

Но предаваться сарказму уже не было сил. Неодолимо тянуло в сон, и, наспех ополоснувшись, я упала на кровать и заснула мгновенно.

На следующее утро в половине десятого я подъезжала к знакомому коттеджу в элитном поселке.

В этот раз я не договаривалась с Натальей заранее, поскольку режим дня ее мужа был достаточно стабильным и время моих посещений как бы уже определилось и стало традиционным. Я посчитала, что будет вполне достаточно позвонить перед тем, как непосредственно войти в дверь.

Так я и сделала.

– Наталья Леонидовна? Добрый день, это Татьяна.

– Рада вас слышать, Таня, – как всегда, вежливо и доброжелательно прозвучал ответ. – Какие новости?

– Я как раз об этом хотела бы переговорить с вами. Я сейчас тут, у вашего дома, так что, если это удобно, мы могли бы обсудить все это, так сказать, с глазу на глаз.

– О, вы уже здесь? – В ее интонации мне почудилось некое легкое замешательство, но я не придала этому особого значения. – Ну что ж, милости просим. Я сейчас открою.

Не успела я выйти из машины, как раздался характерный щелчок, и массивная калитка бесшумно отворилась.

Пройдя внутрь, я повторила весь ритуал шествия через изумрудный газон с цветами и обмена приветствиями с хозяйкой.

– Должна вас предупредить, – проговорила Наталья, когда с остекленной веранды мы переходили в гостиную, – Андрей сегодня утром, отправляясь на работу, забыл папку с важными документами. Он должен вернуться за ней. Может, правда, прислать кого-нибудь, но может и приехать сам. Там какие-то очень важные бумаги. Вчера он специально с вечера подготовил эту папку и положил на стол. А сегодня я зашла в кабинет, смотрю – так она там и лежит. Так вот, я, собственно, к чему это. Если он приедет сам, вы, пожалуйста, скажите ему все, как мы договаривались. Помните – экстрасенсы, снятие порчи…

– Да, разумеется. Конспирация – часть моей профессии, – лукаво улыбнулась я. – Да, кстати, у меня есть один вопрос как раз по поводу Андрея Васильевича. Скажите, пожалуйста, у него есть охрана?

– Да, разумеется. Для должности, которую занимает Андрей, это положено по штату.

– Понятно. И эти… охранники, они постоянно сопровождают его? То есть я имею в виду, бывали ли они, например, здесь, в доме?

– В доме? – на лице Натальи отражалось глубокое недоумение. – Да нет… кажется, нет. Да и зачем им бывать здесь? Я ведь говорила, днем у нас тут всегда людно, и своих охранников девать некуда, а ночью дежурят ребята из ЧОПа. Нет, в помощи государственной охраны у нас не возникало нужды.

– Я не совсем это имею в виду. Речь не о помощи. В связи с проверкой некоторых данных по этому делу возникла необходимость уточнить личность этих охранников…

– Не пугайте меня. Неужели это… кто-то из них? Неужели кто-то из охраны причастен к преступлению?

– Не стоит торопиться с выводами.

Положение мое было весьма затруднительным. По сути, Наталья угадала, и речь шла именно о том, что к убийству причастен кто-то из охраны. Но если я так и скажу ей, я рискую испортить все дело. Как знать, а вдруг этот рыжий и впрямь входит в группу сопровождения Хромова. Тогда участие последнего – стопроцентно, и, дав понять это Наталье, я закрою себе все пути к дальнейшему расследованию.

Поэтому я решила использовать обходной маневр.

– Дело в том, что я установила, что в последний день жизни с Николаем имели контакт некоторые граждане, о которых почти ничего не известно. Поэтому я проверяю достаточно широкий круг, в том числе и маловероятных контактеров, именно с целью узнать, откуда бы могли появиться эти неизвестные нам пока люди. Собственно, отсюда и мой вопрос. Андрея Васильевича охраняют одни и те же сотрудники или они меняются?

– Нет, всегда одни и те же. Юра и Олег. Они уже очень давно работают с Андреем.

– И вы знаете их в лицо?

– Да, разумеется.

– Не могли бы вы описать их?

– Ну, Юра такой высокий, худой… на вид даже нескладный. Но он очень хороший профессионал, умница. А Олег… Олег, он больше по физической части. Среднего роста, очень хорошо развит, подкачанный, как теперь говорят.

– А внешность, цвет волос… – с замиранием сердца спросила я.

– Внешность… Ну, оба они брюнеты, Юра – просто цвета воронова крыла, даже немного похож на армянина… А так, не знаю, что еще сказать…