Разгадай мою смерть - Розамунд Лаптон

— Беатрис…

— Свел ее с ума, заставил всех поверить, что Тесс психически ненормальная, опоил снотворным, а затем убил.

Карие глаза Кристины за толстыми стеклами очков казались огромными; линзы усиливали их сочувственное выражение.

— Когда я думаю о том, как сильно люблю своего ребенка, мне становится страшно. Не представляю, что бы я сделала на месте Тесс.

— Самоубийство не было для нее выходом. После смерти Лео Тесс не смогла бы покончить с собой, даже если бы захотела. И она никогда не употребляла наркотики.

Мы обе замолчали. Окружающий шум грубо врывался в кабинку, нарушая наше тягостное безмолвие.

— Ты знала ее лучше всех, Хеммз.

— Это так.

Кристина улыбнулась в знак капитуляции перед моей уверенностью, основанной на силе кровных уз.

— Я очень признательна тебе за помощь.

Кристина стала первым человеком, который помог мне на деле. Без нее я не узнала бы о снотворном и галлюциногене. Кроме того, я была благодарна ей за то, что, уважая мое мнение, Кристина воздерживалась от высказывания своих мыслей. Несмотря на то что в нашу бытность школьницами она не считалась моей близкой подругой, на прощание мы крепко обнялись.

— Она рассказывала вам что-то еще о фенциклидине? — задает вопрос мистер Райт.

— Нет, но я легко нашла информацию в Сети и выяснила, что этот психоактивный препарат среди прочего вызывает ментальные расстройства, манию преследования и кошмарные видения.

Сознавала ли ты, что подвергаешься психическим пыткам? А если нет, что, по-твоему, с тобой происходило?

— Особенно тяжелое воздействие он оказывает на людей, перенесших психологическую травму.

Убийца использовал против тебя твое же горе, зная, что это усугубит действие наркотика.

— Некоторые интернет-сайты обвиняли военные власти США в применении фенциклидина на заключенных в иракской тюрьме Абу-Грейд и при выдаче беглых преступников иностранным государствам. Понятно, какой чудовищный эффект достигался при использовании этого вещества.

Что было страшнее — воздействие наркотика или мысль о том, что ты сходишь с ума?

— Вы рассказали об этом полиции? — спрашивает мистер Райт.

— Да, я оставила сообщение для сержанта Финборо, так как рабочий день давно закончился. На следующий день он перезвонил мне и назначил встречу.

— Дорогая, просто не верится, что ты опять заставила беднягу прийти сюда.

Тодд насыпал чай в заварочный чайник и теперь выкладывал на тарелку печенье, словно стараясь возместить детективу причиненные мной неудобства.

— Он должен знать про наркотики.

— Солнышко, полиции уже про них известно.

— Нет, не известно.

Тодд разложил ванильное и шоколадное печенье в два аккуратных ряда, светлый и темный, сквозь эту симметрию выражая свое недовольство.

— Имея на руках результаты анализов, они придут к точно таким же выводам, что и я.

Тодд отвернулся, чтобы снять с плиты кастрюлю с кипятком.

Когда вчера вечером я рассказала ему о наркотиках, он никак не отреагировал и вместо этого спросил, почему я не сообщила ему, зачем на самом деле встречалась с Кристиной.

— Подумать только, твоя сестра даже чайником не обзавелась!

В дверь позвонили.

Тодд поздоровался с сержантом Финборо, а затем поехал за мамой. Мы с ней вместе собирались упаковать и вывезти твои вещи. Тодд, очевидно, надеялся, что это занятие вынудит меня «склонить голову перед фактами». Знаю, это очередной американизм, но точного соответствия в английском не подберу. Мама бы сказала, «посмотреть правде в глаза».

Детектив сел на твой диван, взял с тарелки шоколадное печенье и внимательно выслушал пересказ моего разговора с Кристиной.

— Мы знаем о том, что в крови вашей сестры найдено снотворное средство и фенциклидин.

Я вздрогнула. Выходит, Тодд прав?

— Почему же вы промолчали?

— Решил, что вам и вашей матери и без того хватает стрессов. Не хотел лишний раз огорчать. Наличие наркотиков в крови только подтвердило нашу версию о самоубийстве.

— Хотите сказать, Тесс умышленно приняла эти вещества?

— Следов борьбы и насилия не обнаружено. Люди, вознамерившиеся покончить с жизнью, нередко накачивают себя успокоительными.

— Но ведь дозировка была не смертельная!

— Согласен, хотя Тесс могла об этом и не знать. В конце концов, она ничего подобного раньше не принимала.

— Верно. Ни раньше, ни в тот раз. Должно быть, ее хитростью заставили проглотить эти препараты. — Мне захотелось стереть с лица детектива выражение вежливого участия. — Неужели вы не понимаете? Убийца опоил Тесс снотворным, чтобы она не сопротивлялась. Поэтому на теле не обнаружили следов борьбы!

Лицо детектива не изменилось, как и его позиция.

— Либо ваша сестра просто приняла слишком большую дозу лекарства.

Еще в начальной школе строгая учительница приучила меня находить правильные ответы в тексте учебника.

— А что вы скажете по поводу фенциклидина? — Я была уверена, что у сержанта Финборо не найдется объяснений, каким образом этот наркотик попал в твой организм.

— Я разговаривал с инспектором из отдела по наркотикам, и он сказал, что торговцы давно практикуют продажу фенциклидина под видом ЛСД. У этой гадости множество названий: «ракетный двигатель», «озон», «ангельская пыль». Вероятно, дилер Тесс…

— Вы всерьез полагаете, что у Тесс был дилер?

— Извините. Я имел в виду человека, у которого она купила наркотик. Он продал ей якобы ЛСД, а на самом деле — фенциклидин. Кроме того, я общался с психиатром Тесс, доктором Николсом, и…

— Тесс ни за что на свете не прикоснулась бы к наркотикам! — перебила я. — Она испытывала к ним отвращение. Даже в школе, когда одноклассники пробовали курить марихуану, моя сестра не желала иметь с этим ничего общего. Она видела в своем здоровье бесценный дар, которого был лишен Лео, и поэтому считала, что не имеет права его разрушать.

Сержант Финборо замолчал, как будто действительно обдумывал мою точку зрения.

— И все-таки Тесс уже вышла из школьного возраста с его детскими проблемами, не так ли? Я не говорю, что она подсела на наркотики или употребляла их раньше, однако вполне естественно предположить, что ей хотелось забыться, уйти от своего горя.

Я вспомнила слова детектива о том, что после смерти Ксавье ты оказалась в аду, разделить с тобой который не мог никто. Даже я. А я ведь тоже мечтала забыться, хотя бы на несколько часов. У меня были снотворные таблетки, но я не приняла ни одной.

— Вам известно, что фенциклидин можно курить? — спросила я. — А также нюхать, вводить при помощи шприца или глотать. Убийца запросто мог подсыпать наркотик в стакан с водой, и Тесс ничего бы не заметила.