Жестокая схватка - Фридрих Незнанский

«Смотри, не увлекайся этим дерьмом, ты не поп-звезда», — говорил ему Король.

Бойков лишь пожимал плечами в ответ, а про себя думал: «Лучше быть наркоманом, чем таким, как ты… вампиром».

Однажды, развалясь на мягком диване в каком-то закрытом клубе, Петр Алексеевич смотрел телевизор. На экране одна за другой дефилировали участницы какого-то модного показа. Девчонки были все как на подбор — высокие, стройные, длинноногие.

— Вы видите, как по подиуму идет наша русская звезда — Тамара Макарова. Тамара — одна из немногих русских манекенщиц, сумевших завоевать западноевропейские подиумы, покорив знаменитых модельеров своей красотой и талантом.

По подиуму шла ослепительно красивая шатенка. Тоненькая, изящная, большеглазая, с утонченным и даже изысканным лицом. Вот камера взяла крупным планом ее лицо, и внутри у Бойкова все вздрогнуло. Он качнул головой, словно прогоняя наваждение. И даже рукой перед собой махнул. Однако не помогло…

Девушка тем временем прошла по подиуму и скрылась за кулисами. Скрылась, но лицо ее все еще стояло у Петра Алексеевича перед глазами.

— Ох, ё!.. — только и смог произнести он. Затем снова качнул головой и негромко произнес, как бы желая получше запомнить эти два слова: — Тамара Макарова. — И еще раз. — Тамара Макарова.

В тот же вечер Бойков позвонил одному приятелю, который вроде бы вкладывал деньги в модельный бизнес.

— Слушай, Гена, я тут по телику видел одну манекенщицу…

— Всего одну? — весело поинтересовался приятель. — А ты хорошо смотрел?

— Поостри мне еще. Так вот, если не ошибаюсь, девушку звали Тамара Макарова. Есть такая манекенщица?

— Ты не ошибся. Такая девушка есть.

— Расскажи мне о ней, — попросил Бойков. — Я ничего о ней не знаю.

— Ты что, Петр Алексеевич, с луны свалился? Это же одна из самых красивых девушек России! Ее личико не сходит с обложек модных журналов!

— Я не читаю модных журналов, — отрезал Петр Алексеевич.

— Зря. Иногда там можно прочитать что-нибудь интересное. Например, вчера…

— Ты можешь мне о ней рассказать? — нетерпеливо перебил словоохотливого приятеля Бойков.

— Конечно! Две недели назад Макарова приехала из Парижа. У нее тут мать. Живет в съемной квартире, которую оплачивает Тамара. Зарабатывает наша красавица немало. И, самое главное, недавно у нее появился жених — миллионер из Англии с каким-то индусским именем. Не то Радж, не то Сигх. Что-то в этом духе.

— Миллионер, говоришь? — недовольно повторил Бойков.

— Ну да. Только там у них вроде пока еще ничего определенного. В том смысле, что мужик сделал предложение, а Тамара не спешит на него отвечать. Думает, типа того.

Бойков нахмурил лоб:

— Гена, я хочу, чтобы ты организовал мне встречу с этой девушкой.

— Э-э… В каком смысле?

— В прямом, — твердо сказал Бойков.

На том конце провода повисла пауза, затем приятель нерешительно произнес:

— Петр Алексеич, прости, но ты, по-моему, меня не понял. Это не шалава из модельного агентства. Девочка сейчас в шоколаде, имеет все, что захочет. У нее контрактов с итальянцами и французами на пять лет вперед. Если хочешь развлечься, я могу порекомендовать тебе парочку прекрас…

— Это ты меня не понял, Гена, — перебил приятеля Бойков. — Я хочу с ней познакомиться. По-хорошему. Так, как положено.

— Гм… Вот оно что! Ты на нее запал, так я понимаю?

— Правильно понимаешь.

— Что ж, девочка красивая. Я бы и сам не прочь с ней немного…

— Ты перестанешь болтать? — со злостью крикнул Бойков.

— О, черт, прости. Прости, Петр Алексеич. Знаешь ведь, у меня не язык, а ботало. Насчет твоей просьбы?.. Я попытаюсь что-нибудь сделать. Послезавтра, если я ничего не путаю, будет презентация и открытие нового бутика «От Синьори». Тамара должна там выступать. Я достану тебе пригласительный, если хочешь.

— Заметано.

— С тебя бутылка «Хеннесси».

— Хоть две.

— Ловлю тебя на слове. До связи!

— Пока!

Бойков положил трубку. Затем откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. И снова увидел это лицо. Это становилось похожим на наваждение. Лицо девушки манило его, притягивало к себе, словно магнитом. С этим лицом было связано что-то далекое, полузабытое, у чего был привкус счастья. И кокаин был тут совершенно ни при чем.

— Тамара… — беззвучно прошелестели губы Петра Алексеевича. Он улыбнулся счастливой улыбкой.

…День был трудным. Встать пришлось в семь утра. Затем — обычные процедуры по уходу за лицом и телом. Тамара делала все это механически. Мать еще спала. В последнее время она стала вставать поздно, к полудню или даже еще позднее. Да и после этого не спешила покинуть постель, лежала, закутавшись в одеяло, и щелкала пультом по каналам телевизора.

— Чувствую себя купчихой, — с виноватой улыбкой говорила она дочери.

— Глупости. Спи сколько хочешь и делай что хочешь. Ты достаточно поработала в этой жизни. Теперь пора отдохнуть.

— Чувствую себя совсем старухой, — со вздохом говорила на это мать. — Если не стану снова работать, совсем расклеюсь.

— Делай как тебе хочется, мама.

Однако, несмотря на все свои жалобы, мать не спешила устраиваться на работу, и Тамаре это нравилось.

Открытие бутика «От Синьори» обещало стать знаковым событием в мире моды Москвы. Готовилось что-то роскошное и пафосное. Когда-то Тамаре нравились такие шоу, потом начали вызывать раздражение, но в конце концов она к ним привыкла и стала относиться как к необходимой части своей работы.

— Во сколько вернешься? — поинтересовалась мать, провожая дочь в прихожей.

— Не знаю. Поздно.

— Я все же подожду. Я не так часто вижу тебя в последнее время.

— Не стоит, ма. Если не вернусь до полуночи, ложись спать, ладно?

На улице моросил мелкий дождь. Тамара раскрыла зонт и быстро зашагала к машине, которая дожидалась ее на стоянке. Настроение было так себе. Хотелось вернуться домой, заварить крепкого кофе, потом усесться в кресло с горячей чашкой в руках и поставить видеокассету с каким-нибудь старым, милым фильмом. Но — работа есть работа…

Все прошло как обычно. Без сбоев и эксцессов. Во время фуршета Тамара бродила по залу с бокалом белого вина в руке и беседовала со знакомыми. Этот ритуал тоже был необходимой частью ее работы. С тех самых пор, как Тамара стала «новой звездой модельного бизнеса». Щелканье фотоаппаратов, дежурные улыбки, ничего не значащие разговоры…

— Тома, можно тебя на пару слов?

Это был Гена Колядный, известный в Москве бизнесмен, «вкладывающийся» в модельный бизнес.