Новая жизнь не дается даром - Татьяна Полякова

— Спрошу, — огрызнулась я и направилась к машине, а Вовка занял пост у дверей банка, поджидая клиентов.

— Ну, чего? — робко поинтересовалась Юлька.

— Тысяча.

— Где ж мы еще пять возьмем?

— Откуда я знаю? — «Мы возьмем» звучало здорово, стало ясно: пять тысяч долларов — это теперь не Юлькина проблема, а моя.

В девять утра я подъехала к офису, где совершал свой трудовой подвиг еще один бывший одноклассник. Офис находился в центре города, неподалеку от Сбербанка, в крохотном переулке, дома здесь построены еще в прошлом веке и давно требовали ремонта. Двухэтажный особняк был увешан, точно новогодняя елка, вывесками всех цветов и размеров.

Я поднялась на второй этаж и подергала дверь. Она была заперта. Оглядевшись и не обнаружив признаков жизни, я спустилась на первый этаж, из-за ближайшей двери раздавался стук молотка, что-то с шумом осыпалось, намекая тем самым, что некто накануне праздников затеял ремонт.

— Есть кто живой? — крикнула я и подергала дверь.

Шум стих, дверь, не та, возле которой я стояла, а соседняя, распахнулась, и в коридоре появился мужчина, невысокий, худой, лет сорока пяти, в очках, рабочем халате.

— Здравствуйте, — сказала я. — Наверху фирма «Лана», вы случайно не в курсе, куда они все запропастились?

— По-моему, у всех каникулы, — улыбнулся дядька, лицо которого показалось мне почему-то знакомым. — Я один во всем здании.

— Ясно. А когда каникулы кончатся?

— Наверное, после Рождества… Хотите чаю? — вдруг спросил он. Я смерила дядьку удивленным взглядом.

— Я? Нет. Спасибо.

— А жаль… Чай у меня отличный.

— Верю на слово, — кивнула я, сделала ручкой и вышла на улицу.

Весь день я потратила на то, что разъезжала по городу, навещая многочисленных знакомых с просьбой одолжить денег, в пересчете на доллары удалось собрать пять сотен. К одиннадцати вечера стало ясно: мне ничего не остается, как навестить мужа. Делать это очень не хотелось, свидание не обещало быть приятным, к тому же обращаться к нему с просьбой накануне развода… в общем, сами понимаете…

Оттого, подъезжая в половине двенадцатого к казино, я пребывала в скверном расположении духа.

— Олег здесь? — спросила я у дежурившего в холле парня. Он кивнул, а я, не снимая шубы, прошла в ресторан. Все столики в нишах были заняты, что настроения тоже не прибавило. Разговор с мужем придется вести на повышенных тонах, а скандалить лучше всего подальше от граждан.

Но в тот день везеньем и не пахло, оттого я устроилась за столом в центре зала, бросив шубу на соседний стул. Подошел официант и спросил:

— Будете ужинать?

— Нет, — ответила я, он исчез, но через пять минут вновь стоял рядом и говорил, сияя улыбкой:

— Олег Петрович освободится только через час.

— Ничего, — в ответ улыбнулась я, думая при этом: «Вот дерьмо», и добавила ласково: — Я подожду.

Прошло минут двадцать, в течение которых я без всякого интереса разглядывала скатерть, и тут почувствовала на себе чей-то взгляд, повернулась и за столом слева обнаружила дядьку, с которым утром встретилась в офисе. Правда, теперь на нем был хороший костюм, рубашка и галстук, а я вдруг сообразила, отчего лицо его показалось мне знакомым, это он вчера вечером выходил из Вовкиной машины. Что ж, человеку надо было разменять валюту или, наоборот, купить ее, дело обычное. Правда, для рядового строителя заведение моего мужа явно не по карману.

— Здравствуйте, — сказал он и застенчиво улыбнулся, а я кивнула в ответ. Дядька тут же поднялся со своего места и пересел ко мне.

— Чего вам там не сиделось? — проявила я интерес.

— У вас плохое настроение, — вздохнул он.

— Точно. А вы что, специалист по хорошему настроению?

— Конечно. — Он опять улыбнулся, протянул руку и на моих глазах на его ладони каким-то фантастическим образом появился апельсин. — Прошу, — сказал дядька.

— А, вы фокусник, — хмыкнула я и взяла апельсин.

— Нет. Хотя род моей деятельности несколько сродни этому виду искусства.

— Вы имеете в виду работу строителя? — съязвила я. — Похоже на правду. Мы въехали в новую квартиру, она выглядела как картинка, а потом… потом пришлось делать капитальный ремонт.

— Я не это имел в виду, — засмеялся дядька. — Строитель не основная моя специальность, то есть у меня их очень много…

— Я поняла, — довольно неучтиво перебила я. — А теперь, если вы не против, я еще немного поизучаю в одиночестве узор на этой скатерти.

— Извините, — пожал он плечами. — Я чужой в этом городе… А у вас глаза грустные. И я подумал…

— Много думать вредно. Двигайте за свой стол.

— Извините, — еще раз сказал он и так улыбнулся, что мне вдруг стало стыдно. Я покачала головой и принялась объяснять:

— Я жду мужа. Мне предстоит крайне неприятный разговор.

— У вас все будет хорошо, — кивнул дядька и пересел за свой стол, а в зале появился Олег. На целых пятнадцать минут раньше.

— Привет, — сказал он хмуро, сунул руки в карманы брюк и уставился на меня.

— Может, ты сядешь? — разозлилась я.

— Зачем? Я могу выслушать стоя все, что ты пожелаешь мне сказать.

— Сядь, черт возьми, — не выдержала я. Он сел, взял салфетку и принялся вертеть ее в руках. — Завтра Новый год, — неожиданно для себя сказала я.

— Да, я слышал.

— Где собираешься его встречать?

— У Славки, наверное.

— Большая компания?

— Не интересовался.

— Слушай, — вздохнула я, — мне нужны деньги.

— Много?

— Пять тысяч долларов.

— Зачем? — удивился муж, а я разозлилась:

— Денег дашь?

— Разумеется. Если скажешь, для чего. Пять штук — серьезная сумма.

— У меня… неприятности.

— Да? — не поверил муж. — Расскажи мне о них.

— Слушай, какая разница? — Я вздохнула и добавила на полтона ниже: — Юлька потеряла деньги, до третьего их надо вернуть.

— А-а, — кивнул Олег. — Ясно. С прискорбием вынужден констатировать: в жизни ничто не меняется, по крайней мере, в твоей.

— Прекрати паясничать.

— Уже прекратил. — Он отбросил салфетку и посмотрел мне в глаза. — Денег не дам. Все.

— Послушай…

— Все, — повторил Олег. — Когда я на тебе женился, я считал, что иду под венец с красивой, веселой, умной девчонкой, немного со сдвигом, но зато доброй, а получил мать Терезу, которая то приводит бездомных собак, то сидит с чужими детьми, устраивает кого-то на работу, кому-то чертит диплом, твои чокнутые подруги месяцами живут у нас, потому что у одной в квартире ремонт, другая разводится с мужем, а третья ключи теряет… И так два года подряд. Скажи на милость, ты сама как считаешь: это нормально?