Радикальный удар - Альберт Байкалов

— Я давно воюю, — заговорил Давлят. — Слышал, что был такой случай в Курчалое. Там три милиционера убежали. Но потом о них ничего никто не говорил. Они как сквозь землю провалились.

— Мы воевали в отряде, который потом перестал существовать, — ответил Джин. — Перебирались в Турцию. Там раздобыли новые документы и вернулись в Россию. Жили в Питере… Много чего было.

— Как бы то ни было, но после разговора с Доку ты станешь моим кровником, — продолжал злиться Габис.

— Я не считаю, что ты прав, — покачал головой Давлят. — Да и не по зубам тебе Ваха. Ты же видел, как он ловко обвел нас вокруг пальца.

— Габис, зачем попросту болтать языком! Согласись, это был твой косяк, — неожиданно вступился за Джина Насухан. — Надо было крепче держать в руках автомат.

Габис зло сплюнул себе под ноги:

— Зачем придумали эти проверки?

— Поздно теперь об этом говорить, — вздохнул Давлят. — Садо не вернешь. Неизвестно, что с рукой будет.

«Зато мне все известно, — усмехнулся про себя Джин. — Не пригодится тебе больше рука, Давлят. Как только я буду уверен, что вы правильно вывели меня на логово Доку, отправитесь в ад».

— Пошли! — Давлят оперся здоровой рукой на стоящий вертикально автомат и встал. — А ты теперь можешь взять оружие Садо.

Без лишних слов Джин подошел к убитому им бандиту и забрал три находившихся в разгрузке магазина. Свои, с непригодными для стрельбы патронами, забросил в кустарник.

Насухан и Габис взяли носилки. Давлят двинулся первым. Теперь пришлось идти вверх. Труп Садо то и дело съезжал с носилок. Наконец они встали, чтобы привязать его. Потом Джин заменил Насухана. Через полчаса ходьбы оказались на вершине хребта.

— Осталось спуститься вниз и подняться чуть в гору, — вздохнул, глядя вдаль Давлят.

— Здесь есть посты? — Джин вопросительно посмотрел на Давлята.

— Есть, — подтвердил он. — Но каждый раз их места меняются. Вообще наши глаза и уши — в расположенных вокруг селах. Доку платит много денег тем, кто рассказывает о планах командования кафиров и продажных ментов.

— Имея деньги, можно не бояться, что на тебя нападут. — Габис перевесил автомат на левое плечо. — Пойдем дальше.

Начали спуск.

«В самый раз», — подумал Джин и замедлил шаг.

— Остановимся на пару минут? Или ты, Габис, подмени меня. Я догоню.

— Что случилось? — насторожился Габис, беря ручки носилок.

— Живот, — коротко ответил Джин.

— Мы подождем. — Насухан и Габис опустили на землю носилки с трупом.

Джин отошел в заросли кустарника и оглянулся назад. С того места, где они остановились, его уже видно не было. Он прислонил к дереву автомат, расстегнул поясной ремень и спустил до колен штаны. Здесь, на правом бедре, прямо над коленом был закреплен в специальной кобуре миниатюрный пистолет бесшумной стрельбы, больше напоминающий керамическую зажигалку. Джин переложил его в карман разгрузки, кобуру выбросил, после чего привел себя в порядок и вернулся обратно.

Двинулись дальше. Спуск стал круче, а лес гуще.

— Ах! — раздался вскрик.

Джин обернулся. Насухан сидел, продолжая держать носилки. Джин понял, что он поскользнулся на траве. Габис едва удержался на ногах.

«Пора», — подумал Джин, вынул пистолет и шагнул к носилкам. Давлят подхватил Насухана здоровой рукой. Странные хлопки заставили Габиса присесть. Давлят втянул голову в плечи. Все, что он успел сделать, — это оглянуться. Джин хладнокровно разрядил два патрона в Давлята. Бандит повалился на Насухана, который уже вздрагивал от вонзающихся в него пуль.

Габис бросил носилки, медленно выпрямился и стал пятиться, в глазах недоумение и испуг. Не раздумывая, Джин устремился к проводнику. Когда до него оставался шаг, проводник спохватился и попытался взять лежавший на носилках автомат. Но было поздно. Джин двинул его кулаком в живот. Охнув, Габис согнулся. Следующий удар локтем в основание черепа припечатал бандита к земле. Немного скатившись вниз, он замер.

Джин наступил проводнику на кисть руки.

— Скажи, сколько человек в лагере?

— Ты шакал! — выдавил Габис.

— Говори! — потребовал Джин.

— Гореть тебе в аду! — продолжал шипеть бандит.

Джин положил автомат рядом с собой, взял Габиса двумя руками за плечо и перевернул на спину.

— Можешь убить меня, но больше не услышишь ни слова! — едва слышно проговорил проводник.

— Зачем? У тебя вся жизнь впереди. Если на тебе нет крови, скоро снова окажешься дома, целым и невредимым. Сможешь завести новую семью, детей. Порадуешь отца и мать внуками. — Джин выдержал паузу, давая Габису обдумать перспективы сотрудничества, потом потер висок и зловеще улыбнулся. — А так — будешь прятаться от людей и просить у Аллаха смерти. Ты ведь обычный проводник. Подумай.

— Лучше смерть, чем…

— Ты меня не понял. — Джин сокрушенно вздохнул, взял за рукоять висевшего на поясе Габиса кинжала и рванул на себя. Лезвие блеснуло на солнце, как зеркало.

— Чего уж тут не понять, — скривился Габис. — Убивай.

— Я же говорю, что ты не понял меня, — не скрывая сожаления, вздохнул Джин и аккуратно ткнул острием между ног Габиса. — Так или иначе, я сохраню тебе жизнь. Но от того, до какой степени ты будешь со мной откровенен, зависит, каким тебя увидят родственники.

— Что ты имеешь в виду? — следя за рукой с ножом, прохрипел Габис.

— Ты можешь предстать перед своей семьей женщиной, а можешь остаться мужчиной…

— Примерно сорок…

— Доку точно там?

— Да, — кивнул проводник. На лбу несчастного выступили крупные капли пота.

— Как располагаются секреты?

— На тропах и у ручья, — выдохнул проводник. — В основном ночью. Спецназ русских в это время работает. Днем мало постов…

— Сядь! — перебил его Джин.

Бандит подчинился. Спецназовец зашел к нему со спины. Габис, предполагая самое худшее, втянул голову в плечи и затрясся.

— Ты сказал, что лагерь на склоне соседнего перевала. Покажи рукой, где именно?

Проводник вытянул руку:

— Прямо перед нами. Даже на одном уровне.

Джин присел, вглядываясь в соседний склон.

— Назови ориентир.

— Что? — не понял Габис.

— Точнее скажи, как к нему выйти? — уточнил спецназовец.

— Видишь дерево с желтой листвой? — Габис попытался обернуться, но Джин не дал ему этого сделать. Взяв его за волосы, он вынудил смотреть прямо.

— Вижу.

— Это береза. Она стала сохнуть после того, как под ней построили один из блиндажей. В нем живут женщины.