Дурдом с мезонином - Дарья Калинина

А затем дверь открылась, и на пороге появился до крайности обозленный мужик в одних семейных трусах в горошек. Несмотря на комичный вид, настроен он был далеко не юмористически.

— Кому тут не спится среди ночи?

Но, разглядев, что перед ним не какие-нибудь маргиналы, а внешне вполне приличные девушки, причем их сопровождающий тоже может поиграть мышцами, несколько поубавил тон:

— Что вам?

— Вот… — сказала Лидуся, тыча пальцем в дверь Славкиных родителей. — Приехали из Томска, а их нет.

Сосед недоверчиво оглядел всю компанию, а потом почесал голую грудь и зевнул:

— На даче они. Каждый год, как май месяц, они свою рассаду, ящики-коробки берут и до октября из города сматываются.

Степан снова оживился, шагнул вперед, но Лидуся не дала ему и словечка промолвить.

— А где у них дача?

— Почем мне знать? — удивился сосед. — Не я же к ним в гости из Томска прикатил. Звоните своим, узнавайте. Но только если вы тут буянить вздумаете, я полицию вызову.

И с этими словами сосед захлопнул свою дверь с таким грохотом, что с потолка посыпалась побелка.

— Что за люди? — огорченно схватилась за голову Лидуся. — Той нет, эти на дачу укатили. Захочешь сообщить о чем-то важном, и поговорить не с кем.

— Если говорить насчет дачи… — снова начал Степан, но Лидуся опять не дала ему закончить.

— Нет! — воскликнула она. — Мы так не договаривались! Зачем Лариса Дмитриевна послала нас сюда?! Я ей звоню!

Степан снова попытался что-то сказать, но Лидуся лишь отмахнулась от него:

— Отстань! Я разговариваю!

Диалог с Ларисой Дмитриевной был коротким. Та внимательно выслушала поток жалоб своей сотрудницы, а потом велела:

— Так поезжайте на дачу. В чем проблема? Степан вас туда отвезет.

Лидуся разинула рот:

— Как… Он…

Она сунула смартфон в карман и с негодованием уставилась на Степана:

— Почему ты не сказал нам, что знаешь, где у них дача?

Степан даже онемел от такой наглости. И пока он набирал воздуха в легкие, чтобы дать Лидусе достойный ответ, Аня встала между ними.

— Отстань от него, — велела она подруге. — Степан несколько раз пытался тебе это сказать, но ты ему и слова не позволяла вставить.

Но Лидуся не любила признавать свои ошибки.

— Так что же мы стоим? — воскликнула она. — Бегом к ним! Чем скорей найдем Аню и доставим ее к следователю, тем лучше. А то мне вся эта история с фальшивыми невестами, пропавшими невестами и отъехавшими родственниками уже перестает нравиться.

В дачное садовое товарищество «Заря» компания сыщиков въехала тихо и скромно. Машина их неслышно проехала по грунтовой дороге, а потом, слегка шурша покрышками по рассыпанному гравию, остановилась возле неприметного, маленького, деревянного, выкрашенного в желтый цвет домишки с покрытой стареньким шифером крышей. Сразу становилось ясно, что особых средств у его хозяев нету, но по мере сил и возможностей они о своем домике заботятся, любят его.

Сад был ухоженный. Прямо у калитки цвели два пионовых куста. Таких гигантов девушкам видеть еще не приходилось. Некоторые цветки были размером с детскую голову, а в высоту кусты доходили Ане до талии. Возле домика было спокойно, а вот внутри что-то было не так. За плотно задернутыми занавесками мелькали какие-то сполохи, словно бы в домике смотрели кино на большом экране.

— Что там такое?

— Не иначе, как горит чего.

Степан высунул голову из окна машины, принюхался и озабоченно подтвердил:

— Ну, точно, пожар. Дымом пахнет.

Лидуся тут же выпрыгнула из машины. Впрочем, теперь она действовала осторожней и сперва уточнила у Степана:

— Это дом Славиных родителей?

— Да.

И лишь после этого она опрометью понеслась к крыльцу. Низенькая калитка ее не остановила, девушка просто перепрыгнула через нее. Через секунду она уже была возле входной двери и пыталась ее открыть.

— Заперто!

А на что она, интересно знать, рассчитывала? Что хозяева улягутся спать с дверями нараспашку? Ясно, что они перед сном предусмотрительно заперли дверь, чтобы к ним не пожаловали всякие там незваные-непрошенные Лидуси. Аня на крыльцо не побежала, она прильнула к освещенному изнутри окну, оно показалось ей каким-то слишком уж теплым, прямо горячим. Похоже, внутри и впрямь бушевал огонь. Ане даже послышался треск пожираемого огнем дерева. А уж дым и вовсе валил из всех щелей. И конечно, первым побуждением девушки было разбить окно.

— Нельзя! — еле успел перехватить ее руку Степан.

Аня и сама уже спохватилась. Она знала, если разбить окно в комнате, где начался пожар, это даст новый приток кислорода, отчего огонь разгорится с удвоенной силой. Знала, да в панике запамятовала. А Степан — молодец. Не запаниковал. Надо будет поискать вход в том месте, куда огонь еще не добрался.

Лидуся продолжала воевать с дверью. Степан хотел отстранить ее, но девушка сопротивлялась.

— Я сама! Сейчас! — пыхтела она, то налегая на дверь всем телом, то изо всех сил крутя ручку.

— Пусти меня.

Но Лидуся все не унималась.

— Еще немножко! — пыхтела она. — Еще чуть-чуть.

— Дай я открою.

Степан повысил на девушку голос, и Лидуся наконец взглянула на него. В руках мужчина держал ключ, который он отыскал под ступенькой крыльца.

— Я открою замок.

Ключ плавно повернулся в замке, и дверь распахнулась. Девушки обрадовались. А вот лицо Степана выражало какое-то детское удивление, словно он не ожидал, что ключ подойдет.

Но какие бы чувства ни одолевали Степана, мешкать было нельзя. Из открытой двери вырвались клубы дыма. Степан закрыл рукавом куртки лицо и устремился внутрь горящего дома.

Напоследок он лишь крикнул девушкам:

— Звоните пожарным!

И исчез в клубах дыма. Лидуся сунулась за ним, но быстро выскочила назад, чихая и кашляя.

— Там все в дыму, — сообщила она, вытирая заслезившиеся глаза. — Ничего разглядеть невозможно.

Аня и сама видела, что дыма очень уж много. Вряд ли тут можно справиться своими силами. Надо звонить пожарным. В этот момент за ведущими в комнаты дверями что-то загудело, показались языки пламени, а затем появился Степан. Лицо у него было совершенно красным, волосы на голове обгорели, а рукав куртки дымился.

— Воды! — крикнул он. — Быстро!

Подруги засуетились. Увидев бочку с поливочной водой, Аня зачерпнула из нее ведром и плеснула на мужчину.

— Еще!

Степан подскочил к бочке и, перегнувшись через бортик, нырнул в воду чуть ли не по пояс. В какой-то момент его перевесило, и некоторое время в воздухе болтались лишь его ноги. Сначала подруги смиренно ждали, полагая, что так и нужно. Но ноги Степана дергались все отчаянней, буквально взбивали воздух. А потом вдруг мужчина изловчился и вынырнул назад. Жадно хватая ртом воздух, он возмущенно таращился на девушек.