Браслет с Буддой - Инна Бачинская

– Почему ей?

– На «а», она первая была.

– Эмма, ты должна сказать мне все! Хватить врать! Что случилось?

– О чем ты? – Она вытаращила на него свои синие глаза и тоже перешла на «ты». – Я все сказала.

– Твоего хахаля сбили машиной, теперь Кристина… Ты думаешь, я поверю, что ты ничего не знаешь?

– О чем? Что я должна знать?

– Что ты знаешь о мужчине, который ходил за тобой?

– Ничего я не знаю! – отчаянно закричала она. – Не мучай меня!

– Сядь, поговорим, – опомнился Шибаев. – Должно что-то быть. Ты позвонила супруге Варги в начале мая. И с тех пор вы больше не виделись. Когда вы начали встречаться?

– Мы не встречались! – закричала Эмма. – Ты же знаешь!

– Неважно! Он приходил сюда, и вы… – он осекся. – Когда это началось?

– В конце февраля…

– Что еще произошло за это время? Начни с января. Попытка ограбления, разбили витрину, чуть не попала под машину, украли кошелек, ночные телефонные звонки… Все! Поняла? Все. И не ври мне!

– Я не вру! Ничего не произошло… – она вдруг запнулась.

– Что?

– Саша, я видела убийство… То есть не убийство, а мертвую женщину… – она закрыла лицо руками.

– Ты видела… что?

– Мертвую женщину! Я иногда оставалась ночевать у себя в офисе, пряталась от Толика. Выключала телефон, свет, сидела тихо как мышь. Там очень тихая улица, напротив дом быта, все уже закрыто, рядом с нами мебельный, тоже никого. Фонарь слабый, улица пустая. А однажды слышу, машина. Выглянула… Большая, темная – синяя или черная. Остановилась на углу нашей и Ильинской. Я еще подумала, что он тут делает. Смотрю, а он… мужчина, вытаскивает из машины женщину… мертвую и кладет на тротуар. Садится в машину и уезжает. Я глазам своим не поверила, хотела выйти… не смогла… Меня трясло от ужаса, до сих пор как подумаю… Опомнилась и позвонила в полицию, сказала, что на углу Чешской и Ильинской на тротуаре лежит мертвая женщина.

Шибаев вдруг вспомнил, как сидел напротив ее заведения, там горел свет, и все было видно, как на сцене, и он еще подумал… что-то промелькнуло, что-то связанное с витриной… В смысле, что можно увидеть не только, что там, но и то, что снаружи, то, что происходит на улице, и… Ничего – промелькнуло и ушло. «Осенения» не случилось. Вот и получается, что ты, Шибаев, лох, теряющий чутье и хватку, и прямой путь тебе в охранники.

– Когда это было? – спросил он.

– Весной, двадцать шестого марта. Я еще на часы посмотрела… Ну, не сразу, а когда звонила, было полтретьего ночи. Полиция приехала через двадцать минут. Одна машина, потом другая. Они ходили там, светили фонариками… Почти ничего не было видно, вторая машина все закрывала. Потом уехали.

– Ты назвалась?

– Нет… Я боялась! Я просто сказала дежурному, что там лежит женщина, и все.

– Ты звонила со своего телефона?

– Нет, с чужого, кто-то забыл у нас. Я позвонила и сразу вытащила симку.

– Кто еще знает об этом?

– Никто. Я никому не говорила…

– Варга знал?

– Знал… Я ему сказала. Мне нужно было выговориться, он все-таки мужик…

– Номера не заметила?

– Только две последние цифры: двойка и семерка. Двадцать семь.

– Ты сказала об этом дежурному?

– Сказала… Он еще что-то спрашивал, но я отключилась. Подумала, начнут таскать как свидетеля, а тот узнает как-нибудь, и меня тоже, понимаешь? Просто испугалась. Когда этот стал ходить за мной, я сначала подумала, что это он, который убил ту женщину. Бросилась к тебе… А когда ты сказал, что Толик погиб, я вообще чуть умом не тронулась!

– Почему сразу не сказала?

– Боялась! Я уговаривала себя, что никакой связи, столько времени прошло, почти полгода, что это просто какой-то маньяк! Тем более он меня не видел. Ты думаешь, это он Толика? А откуда он узнал?

– Что за человек был Варга?

– Дрянь! Мелкая жадная сволочь… Но я не понимаю…

– Чего тут понимать? Или его гибель не имеет никакого отношения к убийце, или он случайно проболтался, а тот услышал… Так совпало. Хотя я не верю в такие случайности. Или Варга попытался шантажировать убийцу и поплатился.

– А как он узнал, кто он?

– Вычислил по цифрам номера и описанию, ты же сама сказала: большая темная машина.

– Разве это возможно?

– Раз его убрали, значит, возможно. Трудно, но возможно. Нужно быть идиотом, чтобы шантажировать убийцу. Дурным жадным идиотом. Возможно, он подозревал не одного, а двух или даже трех. Стал звонить всем подряд и понял по реакции, кто его клиент. Но тот оказался хитрее…

– А как он узнал про меня?

– Это просто. Видел тебя с Варгой. Вы где-нибудь бывали вместе?

– Он несколько раз поджидал меня после работы.

– Убийца узнал, что ты хозяйка салона, откуда виден угол Чешской и Ильинской, и понял, что ты могла его видеть. Тем более Варга сказал ему, что есть свидетель.

– Толик шантажировал убийцу, а мне ничего не сказал? Почему?

– Что – почему?

– Почему он не сказал, что нашел убийцу? Он же понимал, что подставляет меня? Неужели он такая сволочь?

Шибаев пожал плечами.

– А Кристину кто? Он? Вместо меня? Там висел мой плащ, вчера было холодно, и Кристина могла его надеть. Я до сих пор не верю, что ее убили! В голове не укладывается… Как подумаю, что это из-за меня… Лучше бы я вообще никому не звонила! Его все равно не поймали… А мне теперь как жить?

– Ты правильно позвонила. Не понимаю, почему его не вычислили по номеру. Если Варга смог, смогли бы и они…

– А может, не искали? Говорят, они вообще ничего раскрыть не могут, недаром их все время ругают…

Шибаев покачал головой.

– Был звонок, был труп, был частичный номер машины… Ты точно дозвонилась?

– Я говорила с дежурным… Точно! Может, они не нашли его, потому что машина была угнана? Он угнал ее?

– Тогда Варга узнал бы, что машина в угоне, и на этом ниточка к убийце оборвалась бы. Некого было бы шантажировать… – Он помолчал немного. – Я хочу поговорить с бабой Аней и этой девочкой, Леной. Может, они что-нибудь видели. Они сейчас там?

– Мы закрыты сегодня. Послушай, а если бы я сразу тебе сказала, ее не убили бы?

– Не знаю. Ну, сказала бы, и что? Я его даже не видел. Начал бы искать по номеру машины… На это нужно время. Не факт, что успел бы. Если убийца решил убрать свидетеля… сама понимаешь.

– Что мне делать, Саша?

– Можешь уехать куда-нибудь? На пару недель. А я тут осмотрюсь.