Исповедь отшельника - Ольга Володарская

Себе Лора телефон купила простейший, как и планировала. Продавцы пытались ее заинтересовать другими моделями, более продвинутыми, пусть и не очень дорогими, но она никого слушать не стала. Закончив покупки, Лора поднялась на последний этаж торгового центра и вознаградила себя огромным куском шоколадного торта и шоколадным же мороженым.

За сутки она умудрилась истратить две трети вырученной от продажи кольца суммы. Да, это не такие уж большие деньги, и были времена, когда она спускала вдвое больше за час, но пришла пора подумать об экономии. Ковыряя мороженое, которое после торта уже не лезло, Лора набрала мамин номер.

– Дочка, ты? – обрадовалась она, услышав голос Лоры. – С тобой все в порядке?

– Да, все хорошо.

– Точно?

– Мам, да что случилось?

– Твой приходил. А если точнее, прилетал, как дракон огнедышащий. Крылами махал, дым из ноздрей пускал, рычал на меня. По квартире пронесся, в шкафы заглянул и даже под кровать. Тебя искал. Но когда понял, что я тебя не укрываю, успокоился. Даже извинился. Сказал, что очень волнуется за тебя, потому что ты дома уже неделю не появляешься, и если я знаю что-то, то обязана ему сообщить.

– Ты, надеюсь, ничего не сказала?

– Как ты меня и просила, ничего. И он ушел. А я не знала, куда деть себя. Мне неспокойно. Я переживаю за тебя. Если б ты объяснила мне, что между вами происходит, мне легче было бы…

– Мамуль, не сейчас. Позже, хорошо?

– А если он объявит тебя в розыск, мне продолжать отмалчиваться?

– Нет, если дойдет до такого, я найдусь.

– Так, может, пора? Найтись? Человек ведь на самом деле волнуется. Я не люблю его, о чем тебе всегда говорила, но нехорошо это – держать супруга в неведении, жива ты или нет. Мучается же…

– И хорошо, что мучается, – жестко проговорила Лора. – Мам, ты номер этот сохрани, я пока на нем.

– Ладно, ладно. А живешь ты у кого?

– У приятельницы.

– Тебе деньги нужны, наверное?

– Пока нет, имеются. Не волнуйся за меня, мам. Я в порядке. Завтра позвоню, целую, пока.

Закончив разговор с мамой, Лора тут же попросила счет. Доедать мороженое, за которое она заплатила приличную по ее теперешнему бюджету сумму, не стала. Настроение испортилось, и аппетит пропал окончательно. Расплатившись, Лора ушла из кафе. В квартиру Сони возвращаться не хотелось. Что ей там делать одной? Лежать у телевизора? Читать? Нет, все не то. Лора вдруг подумала, что с удовольствием провела бы время в компании приятного парня. Веселого, легкого, обаятельного… Такого, как Артур. Пожалуй, если бы у Лоры был его номер, она бы позвонила.

«И хорошо, что у тебя его нет, – мысленно рявкнула она на саму себя. – Артур не аниматор, чтоб развлекать хандрящих барышень. И если он с тобой заигрывал, значит, хотел близких отношений, пусть и на раз-два. А ты не готова к отношениям. И сама не знаешь, когда будешь готова… Так зачем морочить голову хорошему парню?»

И Лора пошла гулять в одиночестве. К счастью, погода позволяла.

Когда она села на лавку в сквере, чтобы передохнуть, затрезвонил ее новый мобильный. Это звонила Соня, которой Лора отправила эсэмэс с номером.

– Привет, – поздоровалась Соня. Голос у нее был какой-то взволнованный.

– Здравствуй еще раз, – откликнулась Лора. Они виделись за завтраком.

– Ты дома?

– Нет, гуляю.

– Одна?

– Да, а что?

– Поговорить с тобой хотела, – выпалила Софья. – Нужно поделиться кое-чем. А Артур не поймет, он мужчина. Да и не раскроюсь я перед ним, постесняюсь. А подруг у меня нет. Давние, школьные, далеко и живут своей жизнью, а новыми не обзавелась: артистический мир такой неискренний, а я вращаюсь только в нем, и…

– Стоп-стоп, не тараторь, – оборвала ее сумбурную речь Лора. – Если ты собираешься домой, то я вскоре подъеду, и поговорим.

– Буду через десять минут.

– Я чуть попозже. До встречи.

– Пока. И спасибо.

Закончив разговор, Лора поднялась с лавки и направилась к метро. Путь до дома она намеревалась преодолеть пешком, но на это ушел бы час, не меньше, а ее ждали.

Когда Лора приблизилась к подъезду, то увидела Соню. Она раскачивалась на качелях под возмущенным взглядом щекастой девочки в огромной розовой шапке с заячьими ушками, которую не замечала. Софья Лапицкая витала в облаках в прямом и переносном смысле: была погружена в какие-то приятные думы, а глаза ее были устремлены в небо.

– Вы тоже качаться? – сердито спросила девочка-зайчик. – Если да, то сейчас моя очередь.

Лора покачала головой. Но толстушка не поверила:

– Эта тетя тоже говорила, что посидит минуточку и уйдет, а качается уже тыщу лет.

– Так уж и тыщу? – улыбнулась Лора. Глядя на «зайчонка», она подумала о том, что хочет дочку. Не Петра, а уж тем более Самира. А Катюшу. Она в детстве обожала это имя и злилась на маму за то, что она не назвала ее так. «Если у меня родится дочь, она будет Катей, – решила Лора. – И я куплю ей такую же шапку!»

Софья услышала голоса и спустилась с небес на землю.

– О, Лора, это ты, – обрадовалась она. – Быстро добралась. А я решила тебя тут подождать, на улице.

– И занять детские качели. А тут, между прочим, есть еще желающие покачаться.

– Да, – выдвинулась вперед девочка. – Качели детские, поэтому взрослые не могут их занимать.

– Грозная какая, – рассмеялась Соня. – Именно из таких вырастают Гали. – Это она имела в виду самую ворчливую и несговорчивую «сестру».

Уступив «зайчику» качели, Софья взяла Лору под руку, но тут же отстранилась, внимательно рассматривая.

– Ты волосы под кепку убрала?

– Нет, состригла.

– Обалдеть! У тебя коса была как у Китнисс Эвердин.

– Это еще кто?

– Ты что, «Голодные игры» не смотрела?

– Нет. Я не фанат голливудских блокбастеров.

– Но рекламу видела?

– Наверное. Не помню.

– А, не важно, – отмахнулась Софья. – Сними кепку, – попросила она. Лора стянула бейсболку и растрепала челку. – Мне нравится. Ты с этой прической другая… Дерзкая такая, неформальная. И очень юная.

– Спасибо.

Лоре приятно было слышать комплименты от Сони. Они звучали искренне. Лапицкая вообще все больше нравилась ей. Пожалуй, Лора смогла бы с ней подружиться. Это было бы приятно обеим. В одном девушки были похожи – обе они не имели подруг. Старых растеряли, а новых не приобрели. Софья не доверяла женщинам своего артистического круга, а Лора, как стала женой Мансура, попала в блокаду. Будучи любовником, он противился тому, чтоб его хабибти выходила из дома без него. Став же законным мужем, просто-напросто запретил ей это. Нет, в магазин или химчистку – пожалуйста. К маме тоже можно. Но в ресторан с девочками или, не дай Аллах, клуб… Категорически нет! Боулинг, кино, выставки тоже под запретом. Туда ее подружки, те самые, что присутствовали на свадьбе, таскаются с одной целью – найти мужиков. И в спортзал ходить незачем. Там толпы озабоченных качков. Когда они на препаратах перед соревнованиями, тестостерон зашкаливает, и им лишь бы кого трахнуть. Дома есть беговая дорожка и гантели – занимайся. И в гости Лора никого привести не могла. Мансур не запрещал этого. Но свое недовольство не только не скрывал, а явно демонстрировал, и визитеры быстренько убирались восвояси.