КОТнеппинг. Помеченная территория - Роман Матроскин

Котектив еще немного поразмышлял над услышанным, а потом сказал мохнатой кошке:

– Фрося, ты оказала нам неоценимую помощь в сборе информации для моей книги.

При этих словах Мороз поморщился, словно в воздухе запахло лимоном.

– Если раньше я сомневался, то теперь абсолютно уверен в том, что мне необходимо попасть в самый центр Птичьего рынка. Ты не подскажешь, как это можно сделать незаметно?

Фрося смешно округлила глаза. Она очень хотела стать полезной.

– Конечно!

– Скворешня! – Исаак Карлович заглянул в коробку, но наткнулся на многозначительный взгляд Мороза и поспешно ретировался.

– Не слушайте его! Я, конечно же, покажу вам секретный ход на Птичку. Вы очень правильно сделали, что спросили именно меня, потому что…

Дослушать Фросю не получилось. Снаружи раздался шорох. Коробку кто-то ощутимо боднул, сквозь щели посыпалась какая-то шелуха, перемешанная с песком.

– Ефросинья, пузо синее! Ходи сюда! – Противный кошачий голос прервал рассказчицу, остолбеневшую от ужаса.

Ричард неловко повернулся, чтобы не уколоться об ежа, и полез из коробки задом наперед, но спецназовец, конечно, был куда быстрее. Когда котектив оказался снаружи, он увидел спину Мороза, выгнутую дугой.

Незнакомый кот, пятнистый и трехногий, в испуге присел и противно выдавливал из себя:

– Ой, что это вы? Вы нас не за тех приняли, служивые. Мы к Фросе собственно, соседи. А вы кто такие будете?

Сначала Ричи не понял, почему этот ледащий кот называл себя во множественном числе, потом заметил, что под левой лапой сержанта трепыхалось еще какое-то существо. Присмотревшись, он понял, что это крупный ворон. Мороз ловко прижал его голову к земле, лишил противника возможности использовать авиацию. Но сержант и сам не мог передвигаться. Именно поэтому трехногий кот был еще цел.

– Мороз! Отпусти пернатого! Мы же договаривались, никакой самодеятельности!

– И не подумаю, – заявил Мороз, ритмично размахивая хвостом. – Мне их морды совсем не нравятся. Особенно вот у этого трехногого. Он явно спереть чего-то хочет!

– Да как вы только такое могли подумать! – Трехногий стал потихоньку отодвигаться от Мороза на пятой точке, так, словно его мучили глисты. – Мы старые друзья Фроси, зашли на огонек…

– Не верьте им! – Кошка осторожно высунула серую мордочку в дырку, прогрызенную в коробке. – Врут они все! Этот вот трехлапый – Табуретка, сборщик дани. Он даже у полумертвой мыши последний корм отберет! А второй – ворон Карлон, шпион паршивый! Раньше фокусы показывал, людей смешил, а теперь вот соглядатаем устроился. Он тоже немного говорить умеет. Раз они здесь, значит, и начальник их, Шакал, неподалеку. Служат они на него, так что осторожней с ними, Ричард!.. Ой! – Фрося поспешно ретировалась в коробку, потому что издалека донесся лай и громкий топот, говоривший о приближении мелкой и противной шавки собачьего рода.

Услышав это, трехногий кот Табуретка мгновенно воспрянул духом и завопил, привлекая к себе внимание Шакала:

– Да что же это творится-то! Среди бела дня!.. Ничего плохого не делали, старую подружайку навестить пришли! Свое забрать, кровное! А они давай хватать нас! Лапы крутить! Шакал, выручай, братишка!

«Куда катится этот мир? Кот назвал пса братом!» – Эта мысль мелькнула и у Ричи, и у Мороза, сознание которых даже немного помутилось от кощунственной мысли.

Дальше события разворачивались стремительно. Вслед за цокотом нестриженых когтей на коробку Фроси взлетел пуделек грязновато-серого окраса и залился истошным лаем.

Мороз сделал неуловимое движение левой передней лапой, перекидывая полуживого ворона Ричарду. Потом он правой впечатал Табуретку в кучу строительного мусора. Наконец сержант развернулся к Шакалу и одним легким движением вскочил на Фросин домик.

– Мрееееееуу! – От боевого клича кота особого назначения кровь застыла в жилах у всех, кто его слышал.

Мороз с пуделем сцепились и покатились за коробку полосато-пятнистым клубком.

Ричи хорошенько приложил по башке Табуретку, который на свою беду зашевелился, попытался подняться из мусора. Потом котектив схватил ворона в зубы и вскочил на коробку. Однако его помощь уже была не нужна.

Ричи увидел только спину пуделя, который поспешно ковылял прочь. При этом он приволакивал задние лапы. На его спине были видны две здоровенные борозды, как будто пса переехал трактор. Мороз глядел ему вслед и победно размахивал хвостом, словно подгоняя побитого пуделя.

Шакал отошел подальше, обернулся, злобно сверкнул глазами и протявкал:

– Гав-гав-гаааав!

Мороз сделал легкое движение, будто собирался догнать наглеца. Пудель испуганно взвизгнул, ускорил ход и нырнул в дыру под забором.

– Эх, Мороз, Мороз! Вас что, не учили незаметному проникновению на вражескую территорию? – Ричи спустился с коробки и выплюнул ворона, находившегося в обмороке.

Кот Табуретка умудрился сбежать.

– Не меть углы, писатель! – заявил боевой кот, фиксируя зашевелившегося Карлона. – Если это все, что у них есть, то мы с оркестром пройдем по главной площади Птички! – Мороз был полон самоуверенности, наслаждался последствиями выплеска адреналина и заслуженной победой. – Держись меня, шпак, и будь спок.

– Зря! – донеслось откуда-то сверху.

Попугай Исаак Карлович сидел на заборе и поглядывал то на Ричарда, то на Мороза.

– Зря!

– В самом деле, зря вы это сделали, – пропищала из коробки Фрося. – Шакал поднимет всю королевскую армию! А это вовсе не трехногий кот и ручной ворон! На вас пойдут двадцать-тридцать боевых котов и дикая пантера!

– Какая такая пантера? – Мороз уселся поудобнее, хвостом прижал ворона к земле и принялся вылизывать лапу, на которой виднелись маленькие точечки – следы зубов Шакала. Укусы были такие крошечные, что казались мелким мусором на лапе здоровенного сибиряка.

– Гира, ручная пантера Хурая! Отбилась от цирка, – ответила Фрося, закрывая мордочку лапками. – Теперь она здесь! Личный охранник хана!

– Звучит серьезно, не находишь? Дикая пантера – это ведь не подушки драть в казарме? – спросил Ричи боевого кота, продолжавшего хладнокровно вылизывать свою лапу.

Котектив внутренне негодовал из-за срыва плана по незаметному проникновению на Птичку. Теперь их будут ждать. При этом Ричи было понятно, что события разворачивались совершенно непредсказуемо. Возможно, Мороз был единственным, кто правильно поступил в сложившейся ситуации. К тому же он, похоже, заручился поддержкой местного гражданского населения.

– Ты веришь этой свалявшейся вате? – Сержант прекратил вылизывать лапу и уставился на Фросю.

– Эта пантера – страшный зверь, – ответила та, проигнорировав оскорбление. – Она даже Колика однажды чуть не съела! Едва до лужи его не докатила, хорошо, вороны ее отвлекли. Не верите – спросите сами.