Ставка на темного зверя - Светлана Алешина

Нас никто не встретил, но это не стало проблемой.

Валерка попросил меня подождать, а сам отлучился куда-то на пять минут. Вскоре я увидела трактор, сзади которого вздымался поднятый плуг. В его кабине был Валерка вместе с трактористом.

– Садитесь, мадам, – галантно предложил мой друг, распахнув дверцу.

– Это как ты трактор нашел? – поинтересовалась я вполголоса, когда забралась в кабину.

– Да здесь недалеко, на поле, – махнул рукой Валерка, – он как раз зябь пахал!

– Так ты его с пахоты снял? – ахнула я. – Ему же влетит!

– Не влетит, – обернулся к нам тракторист, – агронома целый день не бывает!

– А что ты думаешь, сколько им платят? – поинтересовался репортер. – За то, что они каждый день по тридцать гектаров перепахивают?

– Ну, не знаю, – задумалась я, – рублей по триста, наверное.

– Шиш на постном масле им платят, – почти выкрикнул Валерка, – Семеныч, скажи ей!

Они уже скорешались, не прошло и пяти минут! Ну Валерка, ну егоза!

– Платят нам не живьем, а сельхозпродукцией, – ответил тракторист, – а на хрена мне столько зерна? Свиней, что ли, кормить? Сейчас оно никому не надобно, намолотили миллион, а цена грошовая! А Валерка мне полтинник дал – хоть деньги в руках подержать!

Домчались мы, несмотря на плуг, прицепленный сзади, довольно быстро – вскоре показалась до боли знакомая ограда лесхоза.

– Соскакивайте, – крикнул нам тракторист Семеныч, – дальше не могу, заметят и агроному нашему расскажут.

Мы вылезли из «комфортабельного салона» и зашагали в поселок. На лесопилке опять было тихо. Немудрено, ведь Алексей Николаевич был заведующим. Какой рок постигает лесхоз второй раз! Или злой умысел?

Толпа у дома Крыниных состояла, как и в прошлый раз, из заплаканных женщин и угрюмых мужчин – родственников и рабочих коллектива. Правда, я не увидела Аси Петровны, матери братьев Крыниных. Скорее всего, старушка не выдержала удара и слегла. Я подошла к Оксане. Женщина стояла с бледным, безразличным ко всему лицом.

– Как все произошло? – спросила я.

– Так же, как с Ваней. Почему все случилось с нами? – почти выкрикнула она.

– Я думаю, вернее, почти уверена, что это злой умысел, – зашептала я. – Помните Ангелину, вашу соседку по проспекту Кирова?

Лицо женщины озарилось при воспоминании о деньках юности, но лишь на миг.

– Откуда вы ее знаете?

– Она героиня моей новой передачи, сейчас Ангелина модная художница, рисует для «новых русских», представляете? Такие морды протокольные малюет в виде Ивана-Царевича или графа Шереметева!

Оксана даже слегка улыбнулась. У меня вообще своя теория насчет похорон, поминок и тому подобных печальных мероприятий. Все обычно подходят, выражают соболезнования, вызывая еще большую тоску у человека. А мне вспоминается один мой знакомый, отец школьной подруги. Он говорил: «Если я умру, то, значит, меня бог прибрал, посчитал, что так лучше будет. Поэтому на моих похоронах не плачьте, порадуйтесь за меня!» Света, его дочка, всегда пугалась таких разговоров и уговаривала отца прекратить. Потом он действительно умер от сердечного приступа. Его похороны, а впоследствии поминки запомнились мне на всю жизнь. Не было тяжких слез, выдавливания из себя горя, была какая-то светлая печаль по ушедшему человеку, освещенная доброй памятью о нем. Вот поэтому я и не люблю тетушек, которые являются завсегдатаями похорон и нагнетают обстановку.

– Ангелина рассказала мне про семейное проклятие Крыниных, – приступила я к делу, – про какую-то ведьму.

– Знаю, – нахмурилась Оксана, – никому пока не рассказывала, а вам расскажу. Другие не поверят, за сумасшедшую примут.

– Я уже готова поверить во что угодно! Рассказывайте!

Мы отошли в сторонку, и Оксана поведала мне о древнем проклятии.

Давным-давно, в девятнадцатом веке, прапрадедушка Ивана Николаевича поссорился с одной женщиной, жившей на окраине села. Она слыла ведьмой, поэтому односельчане изо всех сил уговаривали Крынина не связываться с ней. Но прапрадед был человек смелый, никого и ничего не боялся. Повздорили они из-за собаки. Та женщина обвиняла Крынина в том, что его пес задрал ее цыплят. Мужчина наотрез отказался возмещать ущерб, так как считал себя невиновным. Тогда ведьма прокляла его семью и навела на нее порчу. Все родные Крынина стали болеть и чахнуть, один из его сыновей даже умер от непонятной хвори. Мужчина не выдержал такой напасти, взял ружье и пошел к той женщине. Говорят, они долго выясняли отношения, после чего ведьма была им застрелена. Его судили, но, по счастью для него, судья попался суеверный, верящий в ведьм. Поэтому прапрадед получил смехотворный срок за убийство человека – один год исправительных работ. Рассказывают, что перед смертью ведьма сказала, что будет вечно преследовать потомков Крынина в образе волчицы. И он жестоко поплатится за свой поступок.

– Скажите, Оксана, – спросила я, – а вы слышали этот рассказ только от своего мужа? Или кто-то еще посвящен в подробности?

– Наверное, еще Ася Петровна знает, – неуверенно сказала женщина, – но сейчас она слегла, за ней племянник в Юрьеве ухаживает. Чуть жива старушка.

– А вы не знаете имена участников этих событий?

– Прапрадеда звали, кажется, Макар. А ту женщину – не помню как.

Я не стала оставаться на поминки и похороны, на это просто не было времени. Надо срочно ехать в Юрьево. Только вот на чем? В толпе я увидела Федосеева. Его лицо было измученным и бледным. Еще бы, потерять меньше чем за неделю двух близких людей!

– Здравствуйте, Ирина, – довольно вежливо поприветствовал меня он, – опять надеетесь что-нибудь найти?

– Надеюсь, Дима, – вздохнула я, – хотя что это изменит?

Он осторожно взял меня за локоть и зашептал:

– Слышали про проклятие? Об этом уже многие перешептываются.

– А вы откуда знаете? – удивилась я.

– Я подозревал еще в первый раз, что дело нечисто, но теперь я в этом уверен. Ваня давно мне об этом рассказывал.

– Вы верите в это? – я внимательно посмотрела ему в глаза – вроде не похож на сумасшедшего.

– Раньше не верил, теперь жизнь заставила. Волей-неволей поверишь.

– А какими были обстоятельства смерти на этот раз?

– Алеша пошел по грибы прямо с работы, в чем был. Его долго не было, наши заволновались, стали искать. Обнаружили его на поляне, недалеко от лесхоза. Весь изорван был, как и Ваня.

– Да, веселая получается история, – задумалась я, – очень веселая. Вы не знаете, как нам попасть в Юрьево?

– Сейчас отлучиться не могу, сами понимаете. Я дам вам машину. У вашего спутника есть права?

Я понятия не имела, есть ли у Валерки права. Но наш репортер уверенно похлопал себя по карману: