Факир на все времена - Чингиз Абдуллаев

— Как я могла его не узнать! — зло произнеслаЖанна. — Нужно было сразу надеть очки. Но Алевтина меня уверяла, что ядолжна быть без них. Я бы его сразу узнала. Этот его взгляд, глубоко посаженныеглаза, его острый подбородок! Я обязана была его узнать…

Джемал Азиз поднял трубку телефона и приказал всем приготовиться.Он не мог отказать себе в удовольствии лично арестовать преступника такогомасштаба. Выйдя из штаба, он направился к террасе. За ним на почтительномрасстоянии следовало несколько оперативников. Джемал Азиз улыбнулся. Ужесегодня все газеты напишут о его успехе, дадут фотографии этого Факира. Ужесегодня вся страна узнает о том, как борется с уголовной преступностью накурортах страны молодой Джемал Азиз. И, может быть, в Анкаре будет приняторешение вернуть его в министерство, но уже в качестве руководителя отдела илиуправления. Он так давно об этом мечтал!

Начальник полиции остановился перед сидевшим на скамейкестариком. Теперь этому типу просто некуда бежать. Все выходы перекрытысотрудниками полиции. За спиной Джемала Азиза сразу трое сотрудников, готовых клюбым неожиданностям.

— Господин Крестинский, — спросил по-турецкиДжемал Азиз, — это вы?

Старик беспокойно шевельнулся, поднял голову. «Почему у неготакие зеленые глаза?» — подумал начальник полиции. И, уже не сдерживаясь,громко сказал:

— Вы арестованы.

Он сделал знак рукой, чтобы подошел сотрудник полиции,знавший русский язык. Ему не хотелось в этот момент разделять свое торжество сДронго, и поэтому он даже не предложил ему пойти вместе. Зачем? У них в полициидостаточно людей, владеющих русским. В конце концов, это заслуга местнойполиции, сумевшей вычислить такого матерого преступника. И не нужно, чтобы впрессе вообще упоминали об этом непонятном эксперте, который весь день проходилв рваных брюках.

— Господин Крестинский, — произнес переводчик,стараясь говорить как можно медленнее, — вы арестованы.

Старик снова шевельнулся.

Нужно заканчивать этот спектакль! Джемал Азиз обернулся иподозвал оперативников. Они уже доставали наручники. Именно в этот моментстарик неожиданно поднял руку и снял с себя шляпу вместе с париком. Волосырассыпались по плечам. Это была молодая женщина! Джемал Азиз замер, с ужасомглядя на нее.

— Где? — прохрипел он. — Где находитсягосподин Крестинский?

Переводчик опасливо покосился на него, но вопрос исправно повторил.Молодая женщина хищно улыбнулась:

— Он уже далеко и не в вашей стране. Поэтому и непытайтесь его найти. Я осталась за него. И все ваши претензии вы можетевысказать именно мне.

Переводчик еще не успел перевести, когда Джемал Азиз усталоопустил голову. Он понял все без перевода. Факир просто провел их всех.Последние несколько часов на террасе сидела одетая в куртку и брюки его «дочь»— Елена Крестинская. Ей нужно было только надеть его парик и шапочку, чтобыостальные ничего не заподозрили. Что она и сделала…

Следившие за происходившим остальные сотрудники полиции,генерал Татаренко и Жанна Гринько так и не поняли, почему вдруг начальникполиции побледнел, пошатнулся и, повернувшись, быстро поспешил назад. Никтоничего не понял. А счастливая Елена Крестинская продолжала смеяться, показываяпальцем на стоявших рядом с ней полицейских. Они, не получив указаний, даже незнали, как им дальше действовать.

Дронго все понял быстрее остальных. Он вспомнил, как упалагазета и наклонившийся старик быстро поднял ее. Ни тремора, ни дрожи в руках унего не было. Очевидно, Елена заменяла своего «отца» уже давно. Дронгоотвернулся, чтобы никто не увидел разочарования на его лице.

* * *

На следующий день после описываемых событий.

Телефонный звонок прозвучал, и Костиков, забывший о том, чтоэтот аппарат когда-то звонил, мрачно взглянул на телефон. Ошибиться былоневозможно. Это был тот самый человек, сообщений от которого он так болезненнои долго ждал. Костиков взял в руку трубку.

— Давно не звонишь, — удовлетворенно произнес он.Ему нравилась ситуация. Нравилось, что он тыкает этому мерзавцу, что он можетего укорять, что он приказывает, а тот выполняет. Два миллиона были не такимибольшими деньгами для такого удовольствия. Но Знахарь умел выворачиваться.

— А ты сразу не нападай, — посоветовал он, —сначал выслушай…

— Не по телефону, — быстро сказал Костиков. —Сам говорил, что по телефону много болтать нельзя.

— Хороший ты ученик. Может быть, взять тебя к нам иобучить нашему мастерству?

— Нет уж. Лучше вы к нам. Я еще не знаю олигархов,которые бы бандитами становились. А обратный путь почти все проходили. Избандитов в олигархи.

— Смешно. И говорить ты стал более уверенно.

— Время такое сложное. Слышал, наверное, чтоэкономический кризис надвигается. Говорят, что вскоре все богатые люди станутсередняками, середняки бедняками, а бедняки… дураками.

— Вот за это вас, богатеев, и не любят, — сказалЗнахарь, — плевать вам на простой народ.

— А ты, значит, у нас Робин Гуд, защитник трудовогонарода. Берешь у богатеев и раздаешь бедным. Так, что ли?

— Не раздаю. Но и слабых тоже не обижаю. Нападаю толькона достойных.

— Ты у нас птица высокого полета. Знаешь, что сказалодин наш знакомый олигарх? Все, кто не смог сделать за эти годы хотя бы одинмиллиард долларов, пусть идут в ж…пу. Вот так. Я сделать миллиард не смог…

— Смешно…

— И ты не смог. Значит, наш общий путь куда лежит?

— Ты не шути так. Шутник. Чего ты стал таким уверенным?

— С вами связался и почувствовал себя как за каменнойстеной. Ты почему уже почти два месяца мне не звонишь? Волынишь? Решил немногосхалтурить?

— Ты думай, что говоришь! — разозлилсяЗнахарь. — Я тебе не мальчик. Когда увидимся и где? Только к тебе я неприеду. Мне твоя старая секретарша не нравится. Нашел бы себе молодую. И для организмаполезно, и для души.

— К твоему следующему приезду обязательно найду, —зло пообещал Костиков, — давай увидимся в ресторане. На Рублевке. В«Царской охоте».

— Ты с ума сошел? — глухо спросил Знахарь. —Там все столы прослушиваются. Ты знаешь, кто там обедает? Все чиновники ипрезиденты. Нет, туда не поеду. Давай другое место.

— Давай в «Пушкине». Или в «Турандот». Они рядом, наТверском бульваре.

— Знаю. Лучше во втором. Там пока еще не вездепрослушка.

— А как твои аппараты? Уже не работают.

— Отрезать бы тебе язык, — ласково сказалЗнахарь, — чтобы не болтал лишнего. Значит, договорились? Сегодня вчетыре.

— Договорились.

Он положил телефон. Что-то давно бандиты его не беспокоят.Нужно предупредить охрану, чтобы взяли автоматы. И с ним поедут еще две машиныохраны. Этот Знахарь на него плохо действует. Как удав на кролика. Костиковчувствует, что, несмотря на свое отчаянное хамство, он по-прежнему боится этогоуголовника. И самое печальное, что Знахарь это тоже чувствует. Его страх.Костиков помотал головой. Нужно быть более решительным. В конце концов,«танцует тот, кто заказывает музыку». А платит бандитам именно он, Костиков.Они обязаны выполнять все его указания.