Выстрел, который снес крышу - Владимир Колычев

– Тебе лежать нужно! – в смятении обратилась она к Павлу, но тот на нее даже не глянул.

– Нарываешься? – хищно сощурившись, спросил он у белобрысого.

– Да нет, это ты нарываешься, – угрожающе оскалился тот, делая движение, будто закатывает рукава для драки. – Шел бы отсюда, пока я тебе не накатил!

– Паша, иди, иди!

Краем глаза Торопов видел, как она машет рукой, но целиком обратить к ней взгляд, выразить свое презрение он пока не мог. Нужно было держать в поле зрения противника, который в любой момент мог нанести удар. Зато Павел мог уязвить ее.

– Я уйду, а ты с ним баньку? Печка не треснет?

– Паша, какая печка? Что ты такое говоришь!

– Сейчас у тебя у самого печка треснет, если заслонку не закроешь! – ощерился белобрысый.

– Ну, давай, попробуй!

Павел сделал вид, что собирается защищаться, но сам вдруг пошел в атаку и ударил ногой в живот. Белобрысый согнулся пополам, пропустил удар под солнечное сплетение, и тут же Павел в прыжке ударил его коленкой в лицо. Это был полный нокаут.

Со стороны соседского дома к нему, потрясая кулаками, бежал Димон. Крепкий парень, ноги мощные и длинные, руки тоже сильные. Но противник допустил ошибку. Он так разогнался, намереваясь как можно быстрей сблизиться с Павлом, что ему нелегко было остановиться. Поэтому он атаковал его с ходу, высоко подпрыгнув вверх, выбрасывая вперед обе ноги. Но удары хороши только в кино, а в реальности такие финты эффектные, но далеко не всегда эффективные.

Павел уклонился в сторону с уходом назад, а Димон продолжал лететь по заданной траектории. А когда парень приземлился, в этот момент Павел его и атаковал. Удар ногой в спину, добавочный кулаком – туда же, по правой почке. И по левой добавил, когда противник упал, растянувшись на земле.

– Сука!

Димон пытался подняться, но и Павел запросто мог его добить. Но беда в том, что его уже готов был атаковать белобрысый. С разбитым в кровь лицом он шатко стоял на своих двоих, руки уже на уровне груди. И Торопов вскинул руку, будто собираясь ударить его от уха, но пустил в ход ногу, снова заставив парня согнуться пополам. Только добивать его не стал, потому что на очереди был Димон. Но и тот еще не совсем был готов вступить в бой, за что и поплатился, пропустив рубящий удар в кадык. Это окончательно вывело его из игры. И как раз вовремя, потому что Павла собирался атаковать третий из дружков. Он тоже бежал за Димоном, но значительно от него отстал, что поставило его в неудобное положение. Гораздо легче было навалиться на Павла втроем, но сейчас ему предстояло выходить с ним один на один.

Надо сказать, пучеглазый знал основы рукопашного боя – и атаковал Павла по всем правилам: основные удары – руками, вспомогательные и, конечно же, добивающие – ногами. Но Торопов не захотел вступать с ним в обмен ударами. И состояние сейчас не то, чтобы держаться на равных с молодым и здоровым парнем, и усталость чувствовалась. Поэтому он резко пошел на сближение. Пропустил удар кулаком в челюсть, зато смог навязать противнику ближний бой, после чего удачно врезал ему лбом по носу, а затем добавил в челюсть локтем. И снова удар головой…

К тому моменту, когда пучеглазый без чувств лег наземь, поднялся Димон. Торопов развернулся к нему лицом, но тот вытянул вперед левую руку, взвывая к пощаде. Правой рукой он держался за отбитый кадык, хрипел, кашлял – одним словом, представлял собой жалкое зрелище. И белобрысый пришел в себя, но и у этого не было никакого желания продолжать бой.

– Забирайте этого и проваливайте, – утирая кровь с разбитой губы, сказал Павел.

– Да, да, – покорно прокряхтел Димон.

Но пучеглазого ему на себе тащить не пришлось. Тот сам пришел в себя, тупо соображая, кое-как поднялся на ноги, побрел к дому, едва поспевая за своими дружками.

– А ты чего стоишь? – презрительно глянув на Эльвиру, хлестко спросил Торопов. – Давай за ними, ты же врач, ты должна все их раны зализать. А они, глядишь, дровишек тебе молодильных подбросят…

– Зачем ты так? – с обидой и осуждением, чуть не плача спросила женщина.

– Думаешь, я не знаю, куда тебя этот блондин тащил?

– Я просто хотела с ним поговорить, – опустив голову, тяжко вздохнула Эльвира.

– Ну, ну…

– Думаю, мне нужно собираться, – повернув к дому, сказал самому себе Торопов.

– Куда? – забеспокоилась Архипова.

– Не знаю. Но здесь я лишний.

Он зашел в дом, снял с плечиков свой костюм, но Эльвира крепко вцепилась ему в руку, требуя остановиться.

– Не дури! Куда ты на ночь глядя? Да еще с температурой! Завтра пойдешь… Если не успокоишься. Давай поговорим обо всем спокойно.

– Давай.

Пожав плечами, Павел повесил костюм обратно в шкаф, лег на кровать и, скрестив руки на груди, принялся изучать обшитый досками потолок.

– Ты ведешь себя как избалованный ребенок. Но я не твоя мама, – вразумляющим тоном сказала она.

– Я не ребенок. И ты моя женщина. И я не позволю какому-то молокососу тащить тебя в баню.

– Во-первых, никто меня никуда не тащил. А во-вторых, я свободная женщина.

– Ну да, скажи еще, что и блондина никакого не было. Может, он из той же оперы, что и клоун?

– Нет, блондин был, – сказала Архипова тоном, каким делается признание.

– И ты для него свободная женщина, ты это хотела сказать? Что ж, твое право. Ты права, сегодня уезжать глупо. Что ж, побуду здесь до утра…

– Хорош гусь! – возмущенно протянула Эльвира. – Натворил дел и в сторону! А мне самой кашу расхлебывать, которую ты заварил! А если эти недоумки меня вместе с домом сожгут?

– Не сожгут. Сейчас ты пойдешь к своему блондинчику, извинишься перед ним. Он тебя, конечно, простит, и вы вместе запарите веничек…

– Хватит ерничать! – нахмурилась Эльвира.

– А если не хватит, сделаешь мне укол?

– В язык! Ну, хватит тебе, – умоляюще и беспомощно посмотрела на Павла Архипова.

– Слушаюсь и повинуюсь, госпожа свободная женщина. И замолкаю, чтобы не терзать ваш тонкий слух.

– Да, я свободная женщина, – закрыв лицо ладонями, всхлипнула она. – Глупая, свободная женщина… Ты бы знал, какой красавицей я была в молодости! Женихи проходу не давали. Только мне никто был не нужен. Я себя науке посвятила. Институт, ординатура… Лишь в двадцать пять лет начала задумываться о замужестве. И женихи были. Только все не то. Нет, о принце я не мечтала, просто нужен был мужчина как минимум одного со мной уровня. И чтобы видный был во всех отношениях. Но такие, увы, не попадались. Предложения были, но я все выбирала. А потом вдруг и предлагать перестали. Потом появился один, голову мне вскружил. Мы встречались, любились, но замуж он меня так и не позвал. Потому что уже был женат и разводиться не собирался. А потом и с ним все закончилось. Отношения остались, но исключительно деловые. А я женщина, мне внимание нужно, тепло, мужская ласка… Только я знаю, что серьезного из наших отношений ничего не выйдет. Ты для меня слишком молодой. Ты же не собираешься на мне жениться?