Моя любимая стерва - Татьяна Полякова

— Спасибо тебе, — очень серьезно заявила я,притянула к себе Гришину голову и с чувством поцеловала его вподбородок. — Ты спас мне жизнь. Считай меня какой хочешь дурой, я-тознаю: этот тип хотел меня укокошить, и если бы не ты… даже страшно подумать,что бы со мною было… — Я всхлипнула, так меня разобрало в ту минуту.

Гриша выглядел немного не в себе, посмотрел на меняповнимательней и заявил неуверенно:

— Что ты плетешь? Там никого не было.

— Как же, не было, — съязвила я. — А кто жтогда, по-твоему, хотел меня убить?

— Может, ты там встретилась с Серегой? Заметили

Меня испугались, и ты разыграла этот спектакль, чтобы Серегамог смыться?

— Нет там никакого Сереги, — разозлилась я. —Зато есть маньяк.

— А вот я сейчас пойду и посмотрю, — опрометчивозаявил Гриша, потому что я тут же присоветовала:

— Правильно. Иди и посмотри.

— Ага, — хмыкнул он, повернулся в сторону дома идипломатично предложил:

— Идем вместе.

— Нет уж. Решил проверить, иди один. Мне больше не хочется.Я здесь в кустах лягу, пойдешь назад, свистни два раза. Не то выходить нестану, буду лежать до утра. Утром маньяки не любят охотиться… хотя, может, естьи утренние маньяки, поди разберись…

— Дурочка ты и болтаешь всякие глупости. Только зря тынадеешься меня запугать.

Пугать я его не собиралась, ни к чему, он хоть и храбрился,но идти в дом один совершенно не хотел.

— Ты идешь проверять или нет? Может, лучше двинемдомой, выпьем чайку горячего… Я бы выпила и чего-нибудь покрепче, нервы совсемразгулялись.

— Сиди здесь, а я.пошел, — наконец-то решилсяГригорий и зашагал назад.

Как только он исчез в темноте, я начала дрожать мелкойдрожью, тревожно огляделась и заползла в кусты, но и здесь покоя не было: закаждым деревом мне виделись маньяки.

— Ужас какой-то, — прошептала я и на всякий случайперекрестилась. Гриши не было минут пятнадцать, не меньше, я начала тихонькопоскуливать, а заодно подумывала: не броситься ли со всех ног в поселок сгромким криком «Караул!»? Что, если маньяк схватил Григория? Если он тот, когоя видела вчера, у него точно есть оружие. О господи, ну зачем Гриша тудапоперся, и так все ясно: завтра утром надо звонить в милицию, пусть они сосвоими маньяками сами разбираются, а с меня хватит.

Я уже в самом деле собралась бежать в поселок, но тутуслышала свист. Однако радоваться не спешила: маньяки очень хитрые ребята, этотмог подслушать наш разговор и теперь меня выманивает.

На тропинке появился мужчина, в свете луны его было неплоховидно, и сомнения отпали: это Григорий, и, слава богу, он жив-здоров.

— Гриша, — позвала я, выползая из кустов, и,подойдя к нему, торопливо зашептала:

— Ну как, видел что-нибудь?

— Видел. Дом. Пустой. Что ты мне голову морочила?

— А спальный мешок видел? Допустим, парень тебя заметили смылся через окошко, но не мог он вещи собрать. Красный спальный мешок вчетвертой комнате..

— Никакого мешка там нет, — зло ответил Гриша, а язаподозрила: вряд ли он был в доме, просто заглянул в коридор или обошел дом покругу…

— Ты в комнатах был? — посуровела я.

— Ну…

— И что?

— Ничего.

— Слушай, — осенило меня, — в сарае стояламашина. И сейчас, должно быть, стоит, мы бы услышали, если бы он уехал. Идемпосмотрим.

— Отстань. Пошли домой. — В Григории чувствоваласькакая-то нервозность.

— Нет уж, давай проверим, чтобы ты не говорил потом,что я все выдумала.

Немного попререкавшись, мы зашагали к брошенному дому. Лишьтолько он возник в лунном свете, как на меня снова напал лютый страх. Григорий,должно быть, чувствовал то же самое, потому что стал двигаться медленнее итревожно оглядываться по сторонам.

Мы подошли к сараю, я первой заглянула в щель в стене иничего не увидела. Луна как раз спряталась, и рассмотреть что-либо непредставлялось возможным.

— Ты ее видишь? — прошептала я.

— Нет, — ответил Гриша. — А ты?

— И я нет.

— Хорошо, что не врешь, я бы все равно не поверил…Темнотища, как у негра… ну, ты знаешь, где…

— Оставь эти глупости… Может, попробуем открыть дверь?

— А где она?

— С той стороны…

Дверь в самом деле была, а на ней висел здоровенный замок.

— Тут лом нужен, — проворчал Гриша.

— Теперь ты мне веришь? — обрадовалась я. —Кому бы понадобилось вешать замок?

— Твоему дурацкому маньяку? Не смеши меня… Те, ктораньше жил в этом доме, оставили здесь что-нибудь: дрова, например, иливелосипед…

— Велосипед, — передразнила я. — Ты в дометочно все осмотрел?

— Нечего там осматривать.

— Там должны быть следы его пребывания.

— Ага, черепа жертв…

— Перестань меня пугать, — разозлилась я. —Так мы идем или нет?

— Идем, — кивнул Гриша.

Я сделала пару шагов и замерла как вкопанная, такой на менянапал страх.

— Знаешь что, — попросила я, — иди один. А ятебя здесь подожду. Что-то мне боязно.

— Глупости это, — усмехнулся он.

— Ты храбрый мужчина, — произнесла я с уважением.Храбрый Гриша кисло улыбнулся и сделал еще несколько шагов

Вдруг в кустах что-то зашуршало, и в тот же момент наднашими головами раздалось зловещее карканье. Не сговариваясь, мы резкоразвернулись и кинулись к поселку, отчетливо стуча зубами при этом.

В себя пришли только возле нашей калитки.

— Ну надо же, — покачал головой Гриша. — Ни вжизнь бы не поверил, что могу так испугаться.

— У тебя хоть была одна ворона, а у меня еще иманьяк, — пожаловалась я.

Свет горел только на веранде, и дом казался пустым. Гришаозадачился и даже покричал немного, стоя в кухне:

— Эй, ты где?!