Рыцарь страха и упрека - Алла Холод

Может, он и не бросился бы помогать Лиле, теперь уже совершенно чужой для него женщине, но в данный конкретный момент помощь ей и ее сыну могла обернуться неплохим заработком для него самого. А деньги ему сейчас ох как нужны.

Он навел справки об Андрее Миловидове, и информация, которой он и так владел, подтвердилась и несколько умножилась. Андрей был на десять лет младше Павла, в свое время служил опером, но в один прекрасный день погорел на фальсификации вещественных доказательств в пользу подозреваемого в особо тяжком преступлении. Дверь в органы для него закрылась навсегда. Поскольку общение с преступниками было единственным, чем Андрей занимался в течение нескольких лет службы — ничего другого он не умел и после службы продолжил это занятие. Как говорится, по ту сторону баррикад.

Впрочем, на баррикадах Андрей никогда и не был, борцом с преступностью себя не считал, и если представлялась возможность предать интересы службы ради денег, он ею пользовался. Ну а когда служба закончилась, не особенно огорчился. Мир велик, в нем много разных дорог. В конце концов, он не любил подчиняться, не любил дисциплину и вообще предпочел был более легкую и расслабленную жизнь.

Со службой в милиции Андрей расстался без страданий, но опыт ему пригодился, вернее, пригодилось хорошее знание людей. То, чем они занялись с товарищем-приятелем Семой Калюжным, требовало налаженных связей с милицией. Торговать девками и ни с кем не делиться — так не принято. У некоторых, кто так и делали, бизнес быстро сворачивался. Притоны накрывали, менты совершали «контрольные закупки» и так далее. Так что с бывшими коллегами Андрей продолжал сотрудничать.

В полицейских кругах Павел Волков почерпнул нужную ему информацию. Задача перед ним стояла не ахти какой сложности. Надо было встретиться с Андреем, сообщить, по какому поводу он его разыскал, и в самых доступных выражениях разъяснить, что финт с девочкой Дианой на сей раз затеян крайне неудачно, что Роман Комаров — не та мишень, по которой следовало стрелять, а его папа предприниматель Игорь Комаров и подавно не подходящий объект для вымогательства.

Далее Андрею нужно предложить дальнейший образ действий: девочка Диана немедленно забирает свое заявление в следственный комитет, а Андрей Миловидов компенсирует совершенную ошибку в той сумме, на которую сам собирался обогатиться. Все просто. Вы думали подставить девочку и заработать, но ошиблись, не рассчитали и подставили не тому человеку. И не у того человека потребовали деньги. Что ж, с кем не бывает. Но конфликт вполне можно исчерпать, выплатив компенсации противоположной стороне за моральные издержки и хлопоты. Вот так все просто.

Расчет Павла держался на том, что Андрей Миловидов прекрасно знает, кто такой Павел Волков, и догадывается, что серьезная ссора с ним для него может быть чревата неприятными последствиями. Во-первых, не имея никаких доказательств профессиональной деятельности Дианы, Павел в тему бы не влез, а значит, финт с изнасилованием через суд не пройдет. А раз не пройдет, то и денег от папаши мальчика Андрей Миловидов все равно не получит. Во-вторых, Волков человек жесткий и мстительный, это о нем все знают, репутация впереди него бежит, а значит, спокойное течение бизнеса с девками может внезапно закончиться. Уж Павел если поставит такую цель, то он сможет сильно осложнить Андрею жизнь.

— Заплатит он, никуда не денется, — рассуждал Павел. — Что ж, я зря столько лет себе репутацию нарабатывал, что ли?

Андрей Миловидов встретил Павла настороженно, готовый к неприятному разговору. По телефону Павел, разумеется, не предупредил, по какому поводу ищет встречи, лишь сказал, что дело срочное. Но можно было догадаться, что он готов примчаться в соседнюю область не для того, чтобы приятно поболтать с бывшим коллегой. И все же то, как Павел начал разговор, Андрея сразу настроило на самый худший лад.

После короткого приветствия Павел, не мешкая, достал из внутреннего кармана дорогого летнего пиджака небольшого формата буклет, и Андрей сразу его вспомнил. Этому буклету уже несколько лет, он был напечатан маленьким тиражом, только для особых случаев и самых дорогих клиентов, Андрей думал, что ни одного такого давно не осталось. Не может их ни у кого быть! А вот ведь один да остался. Он помнил эту Дианину фотосессию, которая не оставляла никаких сомнений в ее профессии. Как она оказалась у Волкова? Черт, черт, черт!

Все эти мысли и эмоции настолько живо отразились на лице Андрея, что Павел невольно улыбнулся.

— Я думаю, что ты меня уже понял, дружок, — снисходительным тоном произнес Волков. — Вышла накладка. Я про твою девочку все знаю, и знаю не только я, есть другие свидетели. Тему с Ромой Комаровым нужно заканчивать. Сегодня же она должна забрать заявление. О тебе я тоже все знаю, так что не думаю, что тебе нужны неприятности. Твой бизнес не терпит ненужной рекламы и шума.

— Хорошо, — просипел Андрей внезапно севшим голосом. — В понедельник заберет, сегодня суббота.

— Сегодня, — поправил Волков. — Речь идет о сегодняшнем дне. В следственном комитете есть дежурный. Сейчас десять утра, звони девочке, пусть идет туда.

— Хорошо, — кивнул Андрей.

Но Павел не шелохнулся, не сделал ни малейшей попытки закончить разговор. На губах его играла едва заметная кривоватая ухмылка. Он излучал уверенность и угрозу. Джип «БМВ Х-5» новой модели, чисто вымытый, сверкает весь. Пиджачок «Хьюго Босс». Нарядился, как будто на прием ехал. Почему-то Андрей никак не мог оторвать глаз от этого стильного, дорогущего льняного пиджака. Наконец Павел нарушил молчание.

— Компенсация за моральные издержки будет в том размере, в какой ты оценил честь своей сестры. Я думаю, это будет справедливо. Деньги сегодня вечером передашь мне. Есть вопросы?

У Андрея пересохло в горле. С него требуют деньги! Безапелляционно и нагло. Волков не собирается ни слушать его, ни обсуждать, ни торговаться. Черт, черт, черт! Самое плохое в том, что идея с Ромой Комаровым принадлежит Диане. Обычно клиентов для очередной разводки подбирал Сема, это была его часть работы, но тут Диана выступила с инициативой.

Она повстречала этого мальчишку случайно, оценила машину его папаши, шикарный загородный дом и предложила вариант. Сема предпочитал более тщательно прорабатывать «клиента», но Диана была так уверена, что добыча легкая, что они согласились. И теперь ответственность за неудачную аферу полностью лежит на нем, на Андрее. Ему и расплачиваться. Сема скажет: вот до чего доводит детская самодеятельность, крутитесь теперь как хотите. И что делать? Пять миллионов — большие деньги. Послать Волкова куда подальше? Нет. Не вариант. Забрать заявление, а денег не отдавать? Это вариант. Но кто его знает, этого Волкова? Предчувствие подсказывало Андрею, что этот мент ему не спустит. Не даст им спокойно работать. А если начнутся проблемы с бизнесом, то от Семы причину не скроешь, и опять Андрей будет во всем виноват.

Как ни крути, с этим Волковым надо разбираться, надо навести дополнительные справки, хотя того, что Андрей о нем знал, в принципе было достаточно для того, чтобы не искать с ним ссоры. И он, гад, хорошо это понимает, смотрит прямо в глаза, не мигает. Ухмыляется еще, тварь ментовская, взяточник поганый. Морда опухшая, видать, с вечера бухал не по-детски. И похмелялся: при разговоре через запах парфюма пробивается легкий алкогольный душок. И ничего — за рулем. Едет в чужую область, ничего не боится. Номера на тачке блатные, конечно… Его, видно, вообще не останавливают.