Смертельная цена успеха - Лариса Соболева

– Где вы были? – потребовала ответа она.

– Так, – взмахнул он кистью руки, – прогулялся по дому.

– Вы опять меня обманули? – нахмурилась она.

– Обманул? – коварно усмехнулся Афанасий Петрович, садясь в инвалидное кресло, которое было ему абсолютно без надобности. – Глупая, жизнь и есть обман. Ты такая взрослая, а не знаешь этого. Обман помогает существовать на грани фола, он сгущает жизнь, как молоко. Какое молоко вкусней – обычное или сгущенное? Конечно, сгущенное. Так и в жизни – с обманом жить вольготней, интересней. Я не о себе речь веду, а говорю вообще, в целом. Не понимаешь? Тогда слушай, курица. Обманывают во всем мире, мир стоит на обмане. Да без него не обойтись! Обманывают политики… Ну, эти свиньи еще и врут!

– А разве обман и вранье не одно и то же? – осведомилась Оленька.

– Ох!.. – покачал головой старик, и седые космы спустились ему прямо на лицо, в результате чего он стал похож на старую ведьму. – Ты что, глухая? Это же слова, которые состоят из разных букв. Разных! Значит, смысл их не может быть одинаковым. Обман – это то, что ты можешь получить или дать. Например, чудодейственное средство от всех болезней. На самом деле ты глотаешь какой-нибудь сиропчик, и скажи спасибо, если от этого сиропчика тебя всего-то пронесет и ты не окочуришься раньше времени. Но ты обманулась добровольно, потому что дура. Ты получила средство и довольна. Кто-то дал его тебе и тоже доволен, потому что получил за средство деньги. Ты поняла? Учти, обман приносит не только материальную выгоду, от него может быть и моральная прибыль. Ну-ка, загляни в закоулки своей души – ты часто обманывала, получая выгоду? И припомни, зачем ты это делала.

Он торжествующе положил ладони на колени, выставив вперед локти, а лицо его сияло. При этом глаза у старика были искусительно-хитрющие. Оленька припоминала…

– Если скажешь, что не обманывала, я тебя уничтожу, – промурлыкал Афанасий Петрович. – Все люди обманывают – все, все, все! И не вздумай меня убеждать в обратном.

– И не собираюсь. Да, я обманывала по мелочам. Например, учась в школе, не пришла на контрольную и соврала, что у меня болела голова.

– Вот! – воскликнул он громко и торжествующе. – Но ты вспомнила не все. Покопайся в себе, покопайся. И ты увидишь, что буквально каждый день обманывала, причем не раз. Хоть чуточку, но обманывала. Ладно, не в том суть. Вывод слушай. Тогда ты обманула учительницу, но взамен получила… Соображай, соображай! Что ты получила взамен?

– Я избежала контрольной, мне не поставили двойку.

– Так, – удовлетворительно кивнул старик, – пойдем дальше. А вранье – это когда врут и ничего не дают и не получают. Вранье – обман пустой.

– Погодите, – не согласилась Оленька, чем вызвала у Афанасия Петровича кислую мину. Он не любил, когда с ним спорили, а она спорила. – Но ведь те, кто врет – политики, к примеру! – они-то получают взамен…

– Что? Что они получают? – уничижительно спросил старик и сам же ответил, очевидно, предполагая, что сиделка скажет глупость, от которой он придет в бешенство: – Они получают миф. Поняла? Что смотришь, будто я полоумный? Скажешь, они обогащаются, достигнув власти? А разве они до этого не обогатились? В политику лезут те, кто давно обогатился. Ага, есть еще такое: они врут, чтобы победить на выборах. Бред! И без своего вранья победил бы тот, кто сильнее и богаче, потому что все в данном случае предопределено деньгами. Все было бы и без вранья, то есть без пустых обещаний. Поняла? Так что вранье – игра ни в чьи ворота, впустую. И от этого она мерзкая. Поняла?

– Поняла, – кивнула Оленька только ради того, чтобы старик успокоился.

– Ничего ты не поняла, потому что курица, – вздохнул он, кутаясь в махровый халат. – Но есть случаи, когда обман и вранье срастаются. Это не значит, что обман стал враньем, а вранье – обманом, они не поменялись местами, а соединились. В результате рождается новая человеческая порода – мелкая и алчная, попросту дерьмо. Поняла?

– А что такое тогда ложь? В этом слове другие буквы.

– Ложь? – на секунду задумался старик. – Ложь – наивысшая степень человеческого свинства. Как бы тебе объяснить доступней? Это когда ты изменяешь мужу, потом приходишь домой и говоришь, что встретила подругу и протрепалась с ней целых два часа. И в подробностях пересказываешь встречу, а потом ложишься с мужем в постель. В этом случае ты убиваешь трех зайцев разом. Ты обманываешь, получая удовольствие на стороне. Ты врешь, ибо получаешь миф. Ведь ты боишься, что о твоей связи узнает муж и будет скандал, возможно, развод, короче, крупные неприятности. Даже если любовник просит тебя уйти от мужа, ты-то все равно предпочитаешь пока, как часто говорят женщины, тайные встречи. Значит, твоя связь есть пустой обман себя, мужа и любовника, ибо она тебе ничего не дает, а напротив – отбирает у тебя спокойствие, честь, стабильное положение. Когда делаешь в минус – это тоже относится к вранью. И третье: ты лжешь, потому что знаешь, что так поступать нельзя, что твой поступок аморален. Но ты все равно так делаешь. Поняла, что такое ложь?

– Да, – задумчиво произнесла Оленька. – Можно спросить?

– Валяй, – разрешил ее необычный собеседник.

– А что делать, если тебе лжет, врет и обманывает тебя близкий человек?

– Смотри по обстоятельствам. Понимаешь, на обмане заострять внимание не стоит, он с нами постоянно. Вранье – это уже серьезно: тратятся силы, теряется лицо, появляется злоба. Ложь – опасно. За ней стоит цинизм, который убивает человека задолго до его физической смерти. В совокупности эти три субстанции рождают монстра в человеческой шкуре. Беги от него без оглядки, иначе он уничтожит тебя. А теперь – кыш! Катись к себе! Я утомился, хочу подумать.

Оленька ушла от Афанасия Петровича озадаченная. И это сумасшедший? Кажется, Антонина Афанасьевна недооценивает папу.

И тут ее нос учуял запах газа. Оленька принюхалась – разумеется, это газ. Она открыла дверь кухни – запах усилился. Взглянув на газовую печь – ужаснулась. Конфорки все до единой открыты! Оленька отключила газ, раскрыла окна, после этого вернулась к деду, который лежал на боку на своей кровати:

– Это вы сделали?

– Что именно? – покосился он на нее.

– Газ включили? Вы?

– Может, это сделал… тот? – он указал пальцем в потолок.

– Бог? – выходя из себя, спросила она.

– Ниже, конечно. Может, мой внук?

– Что вы делаете сейчас? – рассердилась Оленька. – Обманываете, врете, лжете?

– И то, и другое, и третье! – огорошил ее старик, резво вскочив на ноги. – Да! Я хочу взорвать этот дом и всех-всех в нем! Поэтому прибегаю к уловкам. Хочу! Чтобы никого не было! Никого! И в этом я честен. Значит, не вру, не обманываю, не лгу! Кыш отсюда!

Она заперла на ключ дверь и вышла во двор. Из окна выглянула Марина, позвала ее. Оленька приветливо помахала в ответ, и вскоре девушки разговаривали у ворот на нейтральной территории. За последние две недели Марина – единственное светлое пятно в жизни Оленьки. Познакомились они в выходной, совпавший у обеих.