Мир не для слабых женщин - Алена Белозерская

– Уже не узнаем, – сказал Зеллер и глупо хихикнул. – А может, это Кристина пристрелила Вайнса? Ну, мы думаем, что она – безнадежный инвалид, а на самом деле эта фрау и есть мститель!

– И кому она мстит? Вайнсу? За что?

– За то, что он в клинику ее определил.

– Вот кретин, – вздохнул Берт.

– Ты прав, неудачная шутка, – начал извиняться Зеллер и резко сменил тему: – А ты как время проводишь? Новости есть?

– Я сейчас в ресторане, и ты мне мешаешь, – последовательно ответил на оба вопроса Берт. – Новостей нет. За Марией никто не следит. В общем, и здесь прокол.

– Ты в ресторане? – удивился Зеллер. – В такое время? Обед уже закончился, а до ужина еще долго.

– У нас же разница во времени – три часа. В Петербурге сейчас начало шестого, поэтому можно и поужинать.

– Убедил, – сказал Зеллер и поинтересовался с легким смешком: – Один ужинаешь?

– Один. Или я должен быть в компании? – Берт прикусил губу, чтобы не рассмеяться. – Успокойся. Я встречусь с ней позже.

– А ребята где?

– Где им и положено быть. Наблюдают за домом Марии.

– Привет ей передашь? – загоготал Зеллер, и Берт отключил телефон, не желая слушать его насмешки и непристойные шутки.

Он взглянул на часы, вернулся к стойке администратора и попросил, чтобы для него вызвали такси. Через тридцать минут он звонил в дверь Марии. До этого Берт перебросился несколькими фразами с парнями, которые после их приезда в Питер незаметно присматривали за девушкой. Они прилетели другим рейсом, и поэтому Мария не имела понятия, что за ней ведут тщательное наблюдение.

– Добрый вечер. – Маша впустила Берта в квартиру и замялась в нерешительности.

– Здравствуйте. – Он вежливо кивнул, снял пальто и обернулся в поисках вешалки.

– Вы надолго?

– Я ожидал, что ваш прием будет очень радушным, но не настолько же!

– Могу предложить вам чай, – улыбнулась Маша. – С пирожными.

Берт, не торопясь, прошелся по квартире, заглянув в обе комнаты. Они были пусты.

– Вы одна? – спросил он.

– Интересуетесь, где моя соседка? На дежурстве в клинике. Вернется поздно.

Маша замолчала и принялась заваривать чай. Достала чашки и блюдца из шкафчика, поставила их на стол, затем резко наклонилась к лицу Берта. От неожиданности он отпрянул, но улыбнулся своей реакции и тоже придвинулся к ней.

– У вас синяки под глазами, – сказал он, дотронувшись пальцами до ее щеки. – Вы плохо себя чувствуете?

– Да, потому что мне страшно, – призналась она и отвернулась. – Знаете, я не вижу смысла в вашем присутствии здесь.

– А я не могу понять вашего поведения. – Берт вопросительно приподнял бровь. – Вы хотели меня поцеловать?

– Что?! – возмутилась Маша и быстро отошла на другой конец кухни. – Как вы могли такое предположить?

– Когда женщина так близко наклоняется к мужчине, она явно думает о поцелуе.

– Вы ошиблись. Я лишь… да, это выглядело глупо.

Маша раздраженно повела плечами, но еще больше рассердилась, услышав, что ее голос дрожит от волнения.

– Тогда нам стоит определить границы общения, чтобы в следующий раз вы не чувствовали неловкость, – предложил Берт, подвинул к себе чашку и налил в нее уже успевший завариться чай.

– Но я не смущена. – Маша попыталась улыбнуться, демонстрируя ему, что она говорит правду, и, к счастью, у нее это получилось весьма убедительно.

– Хорошо, я вам верю. Присядьте, Мария. – Берт указал на стул. – Давайте поговорим откровенно.

Маша усмехнулась его способности ощущать себя хозяином в чужом доме и, как скромный гость, устроилась на краешке стула.

– Я здесь для того, чтобы помочь вам.

– В поисках Максима? Может, вы и без меня справились бы?

– Мы пробовали, – Берт покачал головой, – но, как видите, у нас ничего не получилось. Возможно, вам это удастся.

– А если нет? Вы действительно убьете моих родителей?

Берт промолчал, и Маша усмехнулась. Как никогда, она ощутила грусть оттого, что отныне на ней лежит ответственность за жизни любимых людей. Хотелось знать точно, что ее родители не пострадают, сбросить этот тяжкий груз страха и, наконец, расслабиться! Последнее и вовсе помогло бы ей по-новому взглянуть на ситуацию, увидеть то, на что до этого она не обращала внимания. Однако молчание Берта сказало ей о многом, оно напугало ее, и Маша в ужасе представила, что произойдет, если она не найдет брата. Она вздрогнула и нервно прошлась по кухне, пытаясь избавиться от тягостных мыслей.

– У вас есть какие-либо предложения? – спросила она. – Лично я не знаю, с чего начать.

Берт отпил глоток чая и, задумавшись, облизал губы.

– А почему вы не познакомились с братом раньше?

Маша расстроенно пожала плечами, положила локти на стол и прикрыла лицо ладонями.

– Мне тоже непонятно, отчего они тянули с правдой так долго.

– Кто «они»? – Берт наклонился вперед, с интересом вслушиваясь в ее глухой голос.

– Мои родители, – ответила Маша. – Да и сам Максим. Если он так жаждал общения, то почему позволил моему отцу уши мне макаронить?

– Простите? Что делать?

– Ваш русский не настолько хорош, как это кажется на первый взгляд. – Маша широко улыбнулась. – Лапшу на уши вешать. – И, видя, что Берт продолжает удивленно хмуриться, пояснила уже на понятном ему языке: – Это значит – обманывать так, чтобы тебе поверили.

– Ваш отец обманывал Максима?

– А как же еще можно заставить человека отказаться от его планов? Только с помощью убеждения или обмана. Видимо, мой папа преуспел и в том и в другом, потому что Максим уступил ему. Год за годом они отодвигали дату нашего знакомства, так как папа находил все новые причины для этого. А зря! Я бы все поняла, но для этого со мной нужно было просто поговорить. Не верить ничьим словам, что у меня – ранимая душа, что я буду страдать и плакать… Бред! Конечно, сейчас я понимаю, что родители защищали не меня, а себя, но не виню их. Все имеют право на ошибку, главное, чтобы эти ошибки не повторялись.

– Маша, вы всегда были такой мудрой? – хитро прищурился Берт. – Не обижайтесь, я спрашиваю потому, что еще не встречал женщин, умеющих опираться на свой жизненный опыт. Насколько я вижу, у вас он не так уж и велик, а вы рассуждаете, как…

– Старушка? – подсказала Маша и рассмеялась. – Вот спасибо!

– Я не это имел в виду. Просто юные особы обычно ведут себя импульсивно, а вы все тщательно обдумываете.

– Считаете, что возраст имеет отношение к поведению?

– Да.