Бывших любовниц не бывает - Марина Серова

– Зайцев, уведи задержанного!

Когда за Крапивиным закрылась дверь, Андрей посмотрел на меня вопросительно:

– Ну, мать, что скажешь?

– Он, – уверенно кивнула я, – и в гаражах он работал, и жену он заказал… Очень нервничал, хотя и неплохо скрывал это.

– Мои ребята сейчас проверяют этого субчика на предмет знакомства с Говоровым, – продолжал Андрей, – должны же они были где-то пересечься, в чем-то твой Говоров насолил этому журналюге недоделанному.

– И притом весьма крепко, – уточнила я, – иначе с чего бы Крапивин так жестко обошелся с Никитой?

– И вот когда они нароют хоть что-нибудь… Так, – потер Андрей руки, – думаю, тут все ясно. Через пару дней доказательная база будет готова, и мы его так «приземлим»! Да, светит ему… думаю, лет до двадцати.

Тут зазвонил телефон на столе Андрея, и он взял трубку:

– Алло?.. Нет, еще не получил… Думаю, вскрытие покажет… Да когда мне за заключением ехать?.. А эксперты у нас по выходным не работают… Очередная жертва?.. Ну, пусть Воронов съездит… Протокол пусть потом покажет… Лады! – Он положил трубку и посмотрел на меня: – Это по другому делу… Так, на чем мы остановились?

– Что нашему журналюге светит до «двадцатника».

– Ага. Точняк, светит.

И тут неожиданно мне в голову пришла дерзкая мысль: а что, если Крапивин и Светлана знакомы? Мало того: а вдруг она подговорила или наняла его убить своего мужа? Я поняла, что мне просто необходимо поделиться этой мыслью с моим другом.

– Послушай, Андрюша, я вот что сейчас подумала: а могут ли наши подозреваемые быть знакомы между собой?

– Что? – не понял он. – Кто?

– Твой Крапивин и моя мадам Говорова. Что, если они и вправду знакомы, и она подговорила или наняла его убить мужа? Он его убил, а она обещала ему расплатиться с ним позже, когда у нее откроется доступ к деньгам Никиты?

– Но сейчас, насколько я понимаю, у нее уже есть доступ к счетам мужа. Снимала ли она солидную сумму?

– Ложкин говорил, что пока нет.

– Вот видишь! Нет, Тань, я так не думаю. С чего это вдруг они окажутся знакомы? Куда ты зашла со своим расследованием?

– А почему ты считаешь, что они не могут друг друга знать? Тарасов – город маленький, здесь, если покопаться, все друг друга знают.

– Так уж и все! Нет, мать, ты мне эту версию не навязывай, – поморщился Мельников. – Своих хватает.

– А вот я проверю эту парочку на предмет личного знакомства, – выдала я.

Андрей только плечами пожал.

– Как хочешь… Ну, ладно, мать, мне еще по делу в одно место надо смотаться, так что ты пока иди, а как только что-то более или менее четко обрисуется… Мне ведь этого упыря придется еще раз в присутствии адвоката допросить. Но как только что-то определится, я тебе сразу позвоню.

Я встала.

– Тогда я пока не буду звонить заказчице с отчетом. Она так мечтала посадить свою сноху, а тут – такой облом! Сейчас начнется: кто такой этот Крапивин, зачем он убил моего сына? А как быть с этой гадиной Светкой?.. – спросит клиентка. Нет уж, вот когда все будет известно наверняка, тогда я и сообщу ей результат.

Я закинула сумку за плечо и направилась к двери.

– Давай, Тань. Звони.

– Это – само собой.

Я вышла из Андрюшиного кабинета и медленно пошла по коридору к выходу. Торопиться мне теперь было особо некуда. Дело мое подходило к концу, правда, оставалось еще невыясненным, зачем, с какой целью Крапивин убил Никиту Говорова? Какой, так сказать, мотив? Может, они в детстве ходили в один детский садик и Никита отбирал у Васеньки игрушки? Или не давал ему покачаться на качелях? Васенька затаил обиду, а когда вырос, нашел своего друга по садику – и отомстил. А может, они учились в одной школе, Никита был отличником, а Васенька – наоборот? Никита не давал Васеньке списывать контрольные, не подсказывал ему, когда тот стоял у доски, и Васенька, опять же, затаил обиду? А может, они когда-то ухаживали за одной девушкой, и та предпочла Васе умницу Говорова?.. Причин может быть до чертовой кучи, но пусть теперь ребята Мельникова разбираются в них, роют, копают… А я могу позволить себе немного расслабиться, отдохнуть. Сегодня я еще послежу за Светланой, но это так, для успокоения совести… А может, и в самом деле, возьму и проверю этих двоих на предмет знакомства. Кто знает!..

Голос Ложкина отвлек меня от этих рассуждений:

– Привет, Маш!

Господи, ну почему он никак не может запомнить мое имя?! Ложкин шагал по коридору, размахивая руками. Мы столкнулись с ним практически лоб в лоб.

– А ты знаешь, Маш, что восемьдесят процентов убийств заканчиваются смертельным исходом? – прищурившись, хитро спросил старший лейтенант.

– Да ты что?! Вот не знала! – с нескрываемым сарказмом притворно ахнула я. – Восемьдесят процентов, говоришь? Ужас!

– Ты еще многого не знаешь, Настя! – наставительно заметил Вадим.

– Ложкин, а тебе, такому умному, череп, случайно, не жмет?

– В каком смысле? – опешил Ложкин.

– Мозгов у тебя чересчур уж много.

– А-а… это я в отца! – с гордостью выдал старший лейтенант и важно прошествовал дальше.

Я только посмотрела ему вслед. Надо же! И не потребовал меня повести его в ресторан, и в гостиницу ночевать не пригласил… А вот интересно, если бы мне (не приведи бог!) случилось провести с Ложкиным ночь в гостинице, заплатить за номер тоже должна была бы я?

Я вышла во дворик и села в машину. Итак, сегодня я слежу за мадам Говоровой и жду звонка Андрюши. Можно бы, конечно, и отдохнуть немного, но у меня существует золотое правило: пока заказчику официально не объявлено, что дело закончено, пока я не получила окончательный расчет, я продолжаю выполнять свои обязанности. На днях Андрюша позвонит мне и скажет, что доказательная база на журналиста готова, я тут же сообщу Веронике Станиславовне о завершении расследования, получу окончательный расчет и – да здравствует свобода! Хрустящие денежные банкноты аккуратно лягут в золотую коробочку, что спрятана в моей тумбочке, можно даже будет куда-нибудь съездить отдохнуть, лето все-таки, погодка сказочная… Так я рассуждала, глядя на залитый солнцем подъезд отделения полиции. Потом захлопнула дверцу и повернула ключ в замке зажигания…

До обеда Светлана сидела в своем кабинете. Жалюзи она не опустила, и я видела, как она иногда мелькала в окне. В половине второго она вышла на крыльцо. На ней был сиреневого цвета костюм, фиолетовые сумка и туфли. Она проследовала к своей машине.

Сначала она съездила по двум адресам. Я терпеливо ждала ее в машине, чувствуя, как желудок начинает заявлять о себе. Жалко, в авто у меня ничего съестного не оказалось, даже пакетика соленых орешков. Но вот в районе четырех часов Светлана отправилась на окраину города, в свою квартирку в старой девятиэтажке. Странно, ее соседка, милейшая старушка Александра Семеновна, говорила мне, что она туда наведывается лишь изредка – исключительно для того, чтобы проведать квартиру. Ведь совсем недавно Светлана здесь была, зачем она едет сюда снова? Странно…