Тот, кто знает. Том 1. Опасные вопросы - Александра Маринина

- Пап, - Игорь умоляюще взглянул на отца. - Ну зачем зазавтраком говорить о политике?

- Принципы - это не политика, это нравственность, аговорить о нравственности уместно всегда и везде, эта тема неисчерпаема иактуальна, - внезапно выдала Света.

Игорь ошеломленно уставился на девушку. Что она такоеговорит? И это Светка, которая на лекциях умирает от скуки и готовится кэкзаменам ровно столько, сколько нужно, чтобы получить хиленькую"четверочку" и не потерять стипендию? Это Светка, которая большевсего на свете любит наряды и танцульки и считает себя первой красавицейТомского университета? Да откуда она слова-то такие знает? Отец, однако, ничегонеобычного в ее словах не уловил, но это и понятно, он ведь видит Светку впервый раз и не знает, какая она на самом деле.

- Ну, с этим, уважаемая гостья, я бы поспорил.Нравственность не так легко отделить и отграничить от политики, как вамкажется. Они очень взаимосвязаны и влияют друг на друга. Какова политикагосударства, такова и нравственность в обществе. Но, впрочем, это действительнослишком тонкая и сложная материя, чтобы обсуждать ее субботним утром зазавтраком. Давайте лучше поговорим о приятном.

- Давайте, - с готовностью согласился Игорь, поглощаяуже третий гренок.

Они принялись обсуждать культурную программу на предстоящиеканикулы, отец со знанием дела советовал, куда сходить и что посмотреть, обещалдостать билеты.

- Но только по пять билетов я вам обеспечить не смогу,- предупредил он. - Это много.

- А зачем нам пять билетов? - Света выразительноокруглила свои голубые глазки. - Нас же двое, я и Игорь.

Игорь поперхнулся и долго откашливался, мама похлопывала еголадонью по спине, а Виктор Федорович некоторое время насмешливо посматривал нато на сына, то на девушку в голубом платьице.

- Ну что ж, - наконец произнес он, - если двое - то ужелегче. После завтрака Игорь пригласил Свету в свою комнату и показал своюколлекцию пластинок и магнитофонных записей.

- Ты посмотри, может, тебе еще что-нибудь нужно, -предложил он.

- Перепишешь, пока мы в Москве.

Света долго разглядывала книжные полки, мебель, шторы наокнах.

- Хорошо у тебя, уютно. И вообще у вас квартирахорошая, большая такая, никто никому не мешает. И родители у тебя оченьприятные.

- Спасибо. Слушай, я не понял, почему ты сказала, чтонам не нужно пять билетов? Мы с тобой что, вдвоем будем в театр ходить?

- Конечно. А ты хочешь ходить один?

- Постой, а как же ребята? Мы ведь договаривались всеканикулы вместе проводить. И потом, а Жорик? Он обидится, он же тебя любит.

- Это недостаточно, Игорек, - с загадочным видом ответиладевушка.

- Чего недостаточно?

- Того, что он меня любит. Нужно еще, чтобы я его тожелюбила. Впрочем, это к делу не относится. Давай лучше решим, чем сегоднязаймемся.

Она удобно устроилась на диване и оперлась локтем о диваннуюподушку.

- Но ведь ребята будут звонить, мы же договаривались…

- Игорь, ну что ты, в самом деле, как маленький! -сердито воскликнула Светлана. - Ребята, ребята… Ваське с Леной и без насхорошо, мы им совершенно не нужны. Если хочешь знать, они собираются заявлениев ЗАГС подавать, им вообще сейчас не до нас.

- Васька с Леной женятся? - изумился Игорь.

Вот никогда бы не подумал! Конечно, они влюблены друг вдруга, это всем понятно, и все время проводят вместе, глаз друг с друга несводят, но жениться… Зачем? Они и так вместе, и пока будут учиться в Томске,будут жить в общежитии, ничего не изменится. Неужели Васька считает своюневзрачную малышку таким сокровищем, которое кто-то может у него увести? Нет,конечно, Леночка - чудесная девчонка, веселая, остроумная, компанейская, норазве жену выбирают за эти качества? Жена должна быть красивой и такой, чтобывсе восхищались и завидовали. Например, такой, как Светлана. Но уж точно нетакой, как Леночка.

Опасения Игоря не подтвердились. У него было еще слишкоммало опыта, чтобы прогнозировать подобные ситуации, и он не знал, чтоотношения, складывающиеся в одной обстановке и в одной социальной среде,зачастую преображаются и теряют свою ценность при попытке перенести их в другуюобстановку и среду. Оторванные от дома, оказавшиеся в далеком сибирском городе,так непохожем на Москву, втиснутые в совершенно иные бытовые условия, ребятаискренне считали, что стали самыми близкими друзьями. Однако по возвращениидомой все оказалось иначе. У всех были в Москве друзья-приятели, с которыми такхотелось пообщаться и поделиться новостями, а у Жорика была девушка, с которойон встречался целых два года до того, как поехал поступать в Томскийуниверситет, и которая, конечно, тут же объявилась, как только ей от общихзнакомых стало известно, что он в Москве. Вася и Леночка всюду ходили вместе,перезнакомились сначала с его, потом с ее друзьями, мгновенно создалась большаяобщая компания, которая то уезжала с самого утра кататься на лыжах в Подрезковоили под Яхрому, то собиралась у кого-то дома слушать записи группы "ПинкФлойд", Элтона Джона и Джо Дасена, то просто гуляли по зимней Москве,перемежая бесконечный треп с заходами погреться в какой-нибудь кафетерий ипоеданием кексов "Столичный" за 16 копеек, которые запивались горячимневкусным кофе с молоком из мутных от грязи граненых стаканов.

Света пару раз для порядка позвонила Жорику, собираясьчто-то наврать, тем самым объясняя ему невозможность встретиться в ближайшиедни, однако дома его не застала и на этом успокоилась, тем более что Жорик исам ее не очень-то разыскивал, тоже отзвонился один разочек и вполнеудовлетворился тем, что "Светы нет дома". Игорю же никто из ребятвообще не позвонил, и он, каждый день с утра надевая свежую рубашку и собираясьна свидание со Светланой, с облегчением думал о том, что совесть его чиста.

Все десять дней они провели вместе, по вечерам ходили втеатры и в кино, а днем, когда родители Игоря были на работе, слушали музыку идо обморока целовались в его комнате на диванчике.

Но каникулы закончились, и надо было уезжать. Обратныебилеты покупали еще в Томске, и лететь всем пятерым предстояло одним рейсом.Игорь поехал в аэропорт вместе со Светой. Регистрация на их рейс еще неначалась, и они стояли в обнимку в сторонке и целовались. У Игоря неприятнохолодело внутри при мысли о том, что сейчас придет Жорик, и нужно будет с нимобъясняться. Или не объясняться? Просто демонстративно держать Светку за руку ицеловать в щечку? Ну хорошо, а Жорик спросит, что это значит, и надо будетчто-то отвечать. А что? Или ничего не показывать, никаких чувств не проявлять,а потом с глазу на глаз поговорить с ним по-мужски. И что сказать? Дескать,извини, друг, я у тебя девушку увел, пока ты на минутку отвернулся? Тоже негодится. Хотя, если по совести, речь идет не о минутке, а о десяти днях, втечение которых Жорик, судя по всему, не очень-то убивался от тоски по своейлюбимой Светочке. Потому что если бы убивался, то оборвал бы телефон у Светкидома, а не застав ее, позвонил бы ему, Игорю, с вопросом, не объявлялась лиСвета и не знает ли Игорь, где она может быть.