Разорить не значит жениться - Марина Серова

– Толя, посмотри, – я подхватила пас Анатолия и тоже перестала ему выкать, – тебе не кажется, что это один и тот же человек?

Тарзан наклонился ко мне и стал сличать фотографии в моих гаджетах.

– Да, на фотографиях в планшете и в смартфоне один и тот же человек, – подтвердил мой союзник. Теперь я уже была уверена, что Анатолий мне не соперник. – И что нам это дает?

– Он свидетель, точнее, лжесвидетель. Я думала, что Алекс уехал из Черноморска, но раз уж он здесь, то надо его найти. Если с ним правильно выстроить диалог, он может нам помочь.

– Я думаю, это не проблема. Поскольку парень постоянно передвигается на байке, то гаишники могут его отследить. Я сейчас позвоню Николаю и попрошу его об этом. – Анатолий достал смартфон и, прежде чем позвонить, сказал: – Коля здорово мне помогает с информацией, без него я бы мог здесь Зенина не найти. Он ведь приехал сюда на «Ауди» и больше на ней здесь не ездит.

– Все правильно, он ее застраховал здесь и через неделю разбил – свалился в кювет. Вся правая сторона авто – всмятку, а на Зенине практически ни одной царапины. – Я стала рассказывать детали того ДТП.

Анатолий внимательно меня выслушал, а потом попросил показать фотографии с места того происшествия, на которые я то и дело ссылалась. Взглянув на них, он сказал:

– Тут ежу понятно, что все смоделировано. Я думаю, сначала убрали два столбика, а затем столкнули «Ауди», причем без людей в салоне, в кювет под прямым углом. А после того как машина приземлилась на правый бок, Зенин сделал вид, что вылез из водительского кресла, которое оказалось наверху.

Версия была неплохой, я сама примерно так все себе и представляла, но, услышав ее, от другого человека, поняла, что она далека от реальности.

– Нет-нет, мне кажется, они не стали бы так рисковать. У этих деятелей все срежиссировано до мельчайших деталей. Они не могли просто столкнуть машину в кювет, ведь она могла упасть совсем не так, как надо. Я думаю, они предварительно «нарядили» «Ауди», в смысле, поменяли всю правую сторону на битую. Почему именно правую? Да потому что им довелось где-то достать точно такую же модель, побывавшую в ДТП и получившую такие вот повреждения. Итак, они навесили на авто Зенина битые детали, привезли эту тачку на эвакуаторе на заранее найденное место ДТП. Там достаточно опасный на скользкой мокрой дороге поворот, – пояснила я, – и осторожно положили «Ауди» на мятый бок с помощью манипулятора.

– Но ведь кто-то мог увидеть и запомнить такую странную сцену, – попытался возразить мне Анатолий.

– Это вряд ли. Там такая дыра! Поблизости есть небольшой поселок, но в нем, как говорится, три кола два двора. Живут там одни старики. Зная это, можно было быть уверенным, что в сильнейший ливень никто из них из дома не выйдет. Пока на место ДТП ехали гаишники и представитель страховой, дождь смыл все ненужные следы.

– Николай честный полицейский, – заверил меня Анатолий и стал набирать номер. – Здорово! Это я. Можешь определить мне местоположение одного байкера? Да, очень надо с ним поговорить… Диктую госномер его байка…

Пока Толя разговаривал со своим приятелем, я нашла среди друзей Алекса Риту Бурляеву.

Девчонке только два месяца назад исполнилось восемнадцать. Она училась в педагогическом колледже. Интересно, чему она собиралась учить детей? Как водить машину без прав? Или как уходить от ответственности?

– Что там? – поинтересовалась я, когда Анатолий убрал свой смартфон обратно в карман.

– Все нормально. Николай пообещал посодействовать. Только я никак не пойму, что мне это даст?

Вопрос был задан по существу. Честно говоря, я поступала как законченная эгоистка, думая только о своем расследовании. Мне представлялось, что Алекса можно перетянуть на свою сторону. Что касается дела, которым занимался Анатолий, то оно, как мне казалось, было слишком затянуто. Мой коллега, конечно, в чем-то продвинулся дальше меня, но где-то он топтался на месте. У меня возникло ощущение, что он совсем недавно занимается частным сыском, поэтому допускает непростительные просчеты.

– Как «что»? Ты же хотел узнать судьбу автомобиля своей клиентки? – Я тянула время, подыскивая ответ, который мог бы устроить Анатолия.

– Почему «хотел»? Я и сейчас это хочу, потому как, если я его не найду, то больше не получу от нее ни копейки. А я и так уже весь аванс израсходовал.

– Вот через Алекса мы и попробуем все разузнать.

– Таня, если честно, то я не понимаю, почему он должен нам все рассказать, но готов тебе довериться. Как выяснилось, у тебя очень сильно развита интуиция.

Зазвонил мой мобильник. Номер был мне незнаком, но я ответила:

– Алло!

– Здравствуйте! Вы частный детектив? – робко произнес растерянный женский голос.

– Да, так и есть, – подтвердила я, думая о том, что новая клиентка позвонила очень не вовремя. До своего возвращения в Тарасов я не смогу взяться за новое расследование. А когда это произойдет, мне пока было неизвестно.

– А я на вашу визитку только сегодня взглянула, когда случайно обнаружила ее в сумке. – Я запоздало поняла, что этот голос мне знаком. – Сначала я даже не сообразила, откуда она там взялась, а потом вспомнила, что вы мне ее тогда в кафе дали. А еще мы, кажется, перешли там на «ты», да?

Анатолий стал делать мне знаки, что пошел на обед. Я отвлеклась на него, а потому не сразу ответила. Моя телефонная абонентка решила, что я ее не узнала, и напомнила мне:

– Я Вера, мы с тобой еще в одном самолете летели…

– Да, Вера, я тебя узнала.

– Скажи, а ты еще в Черноморске?

– Да, пока здесь, – подтвердила я, гадая, что подвигло ее позвонить мне.

Вместо того чтобы объяснить причину своего звонка, Вера вдруг разрыдалась. Это в самолете мне было заняться нечем, вот я и выступила в роли ее психотерапевта. Сейчас дел было невпроворот, и заниматься тем, чтобы утешать нервическую даму, было недосуг. Хотя, с другой стороны, я сама предложила ей свою помощь, когда подсела к ней за столик уличного кафе, разговорила ее, угостив кофе с пирожным, а потом еще и вручила ей свою визитку. Зачем я это сделала? Уж не потому, что прониклась к ней жалостью. Просто у меня есть привычка вербовать сторонников, особенно за пределами родного Тарасова.

Всхлипывания прекратились, и я сказала:

– Вера, я видела тебя в ресторанном дворике за одним столом с твоими родственниками. Мне показалось, вы наконец-то смогли прийти к взаимопониманию и наконец-то утрясли наследственный вопрос. – Мое замечание вызвало новый всплеск рыданий. Подождав какое-то время, я поняла, что плач становится все сильнее, и вместо утешений сказала довольно строго: – Так, или ты мне сейчас кратко рассказываешь, что случилось, или я отключаюсь!

Вера не смогла сразу же успокоиться, но она стала пытаться объяснить мне что-то сквозь свои рыдания: