Безмятежное зло - Яна Розова

– Если ты хочешь, чтобы твои племянники остались живы, то неси бабки, что Майя украла. Иначе я прикончу пацанов.

Пожалуй, именно этого Феня сейчас и ожидала. Пытаясь противостоять страху, она спросила:

– Это ты в Валерку стрелял?

– От него надо было избавиться. Жаль, я промахнулся…

– А Хасаев?.. Ты не мог успеть в то утро…

Он неприятно скривил губы – усмехнулся.

– Хочешь поговорить? Ладно. Только не пытайся записывать на мобильник или еще как-нибудь. Дети у меня в руках и я сделаю с ними страшные вещи, если ты меня подведешь! Ясно?

– Я все понимаю. Когда ты расправился с Хасаевым?

– Ты сама виновата – все разболтала накануне. Нетрудно было выяснить в Интернете адрес адвокатского бюро Скобелева и узнать, где живет тот парень. Поздно ночью я съездил к Хасаеву, забрал видеорегистратор, убил дурака и бросил тело в лесу. Его телефон оставил одному знакомому. Научил его, что сказать тебе, а потом – разобрать и выбросить телефон. Вот и все.

– И папу ты на машине сбил?

– Он же жив, что ты паришься! Просто нужен был доступ к детям.

– А мама?..

– Я ее не тронул. Я познакомился с ней поближе, потому что думал – она в курсе, где деньги, но Майка – жесть, какая скрытная!

– И я тоже о деньгах ничего не знаю!

Сдвинул красивые прямые брови, Богдан хлопнул ладонью по подлокотнику:

– Хватит выкручиваться!

Он легко вскочил с места, вмиг оказался рядом с Феней, схватил ее за плечи и основательно встряхнул. Феня помертвела от страха.

– Моя фирма заработала миллион долларов, поняла? Когда нас стали прессинговать, я собрал деньги, весь налик, и передал его этой стерве, твоей сестре. Теперь мне нужны мои бабки, так что – вынь да положь! Я обшарил ее квартиру и твою квартиру, и квартиру вашей мамаши. И даже хату твоего отца. Теперь ты бегай! И не вздумай в полицию соваться или в это ваше детективное агентство! Хотя детективов этих я не боюсь – они сейчас как тараканы без голов, тупые списанные вояки и менты. И имей в виду – я слежу за каждым твоим шагом!

Он все еще держал Феню на вытянутых руках, почти что, отрывая от земли. Казалось – невероятно, чтобы человек был таким сильным. Но и в этом положении Феня пыталась прокручивать в мыслях разные сценарии: вызвать Васю, полицию, но как? Никогда еще она не чувствовала себя такой одинокой и беспомощной.

Богдан толкнул Феню в кресло брезгливым жестом избалованного мальчишки, сам сел на диван.

Неожиданно она увидела в его руках пистолет.

– Видишь это? – Спросил он. – Это боевой ТТ, не травматика. Мне человека убить, что плюнуть, поняла?

– Поняла.

Он убрал оружие в карман.

– Сделаем так: поезжай к сестре, пусть она скажет тебе, где деньги. Я заберу их и отдам пацанов. Не будет денег – изувечу детей. Вы меня не найдете, я умею прятаться. Меня всероссийский розыск ловил несколько лет – и не поймал. Полная лажа!

Он встал. Феня знала, что она должна спросить у него что-то – может, о способе связи, может, какие-то еще детали, но не могла выдавить из себя ни звука.

Вячеслав Горяинов ушел.

Феня заперла за ним дверь и плюхнулась на пол в прихожей. Сначала не могла думать совершенно, потом сообразила – надо избавиться от пены страха. Страх парализует, не позволяет найти выход, поэтому его надо погасить, и для этого есть методика: представить себе самый страшный исход ситуации и детально его разобрать. Этим Феня и занялась.

Страх ощущался плотным, душным и реальным. Медленно, очень медленно он поддавался – скукоживался и усыхал. Вскоре Феня смогла запихать его в дальний угол сознания, где он почти не был заметен – так, пылится куча вонючих тряпок, вот и все.

Теперь следовало браться за дела.

Нашла на столике свой мобильный, набрала Васю. Ответила Татьяна, его жена и сотрудница брачного агентства «Юдифь». Ее голос удивил. Таня была уверенной в себе, крупной сильной женщиной, что всегда ощущалось в модуляциях ее речи, но сейчас с Феней говорила испуганная женщина. Фенин страх воспрял всей кучей.

– Ох, Сашка, это ты?.. У нас тут какая-то эпидемия, мы все слегли – и Васька, и я, и Валерик.

– Валерик? – Феню тронуло, что Вася назвал сына в честь своего друга и начальника. – Так, что же с вами?

– Понос с золотухой, – попыталась пошутить Таня. – Вася плашмя лежит, а если и поднимается, то только до туалета. Я – еще ничего, меня просто рвало всю ночь, а сейчас я уже в себя прихожу. И Валерочка!.. Доктор сказал, что не знает, что с ним! Лучше бы в больницу лечь на обследование, но я не могу Ваську одного бросать – ему, вашу мать, дико плохо!

– Когда это началось?

– Со вчерашнего вечера…

– Кто-нибудь к вам в гости приходил?

– Вчера – нет, но три дня назад приходил новый клиент. Он на кухне с мужем говорил…

– Клиент оставался один на кухне?

– Кажется, да. Саш… нас отравили?

– Не паникуй, Таня. Я сейчас к вам направлю экспертов из частной лаборатории, с которой «Просто Бонд» сотрудничает. Они возьмут пробы, биологический материал или как там это правильно называется. Если найдут яд, то назначат и противоядие. Вы поправитесь. Как выглядел клиент?

– Высокий красивый блондин, а я еще непричесанная была… Боже мой! Кто он, Саша?

– Тань, ты голову этим не забивай, все потом. Сейчас – занимайся ребенком и Васей, ага?

– Ага. Я займусь… Ничего, мы потом поговорим, а пока…

Таков был финальный сюрприз и предупреждение от Славы-Богдана.

Майя всегда была красавицей. В юности, с нахимиченной в упругие мелкие кудряшки головой, она вся сияла – белой тонкой кожей, глазами, аурой. Повзрослев, отпустив длинные белые блестящие волосы, освоив макияж смоки айз, Майя могла свести с ума любого. Но выбрала Фениного мужа.

Прошлое уже не стояло между ними. Майя победила, и теперь чувства сестры ее не волновали. А Феня… тоже победила, ведь благодаря измене мужа поняла саму себя, что позволило ей стать счастливой. Многие, кстати, не могут понять себя до самой смерти.

И даже сейчас, отсиживая свой срок в местах не столь отдаленных, Майя выглядела хорошо. Бесформенная тюремная роба сидела на ней, будто сшитая на заказ, тщательно осветленные волосы блестели, лицо освежал макияж в естественных тонах. И, как всегда, она выглядела не просто старшей, а лучшей сестрой.

Майя находилась в заключении всего два года, а Феня не видела ее уже лет пятнадцать. И еще столько же могла бы, кабы не воля Славы Горяинова.

– Привет, Саша, – сказала Майя, садясь за стол напротив Фени.

– Привет, Майя.

Сестра ничего не спрашивала, поэтому Феня не сомневалась: она все знает.