Закат созвездия Близнецов - Антон Леонтьев

Однако не ей обсуждать слова Бригитты. Поэтому Катя отправилась в комнату к Жако и стала убирать его скомканную постель. Тот, встав в дверном проеме, внимательно следил за ней.

— Еще раз нагнись, — приказал он вдруг. — Ты такая красивая…

— Жако, — сказала Катя. — Прошу тебя, уйди! Иначе….

— Иначе что? — спросил подросток, скалясь. — Что ты сделаешь, Катя? Не забывай, ты здесь никто, один мой каприз — и поедешь обратно в свою дремучую Россию. Ну ладно, оставляю тебя!

Катя вздохнула. Несносный мальчишка удалился. Вдруг тишину еще спящего особняка прорезали дикие крики. Катя выбежала в коридор и увидела сидящего на ступеньках лестницы Жако, который орал во всю глотку. Немедленно с третьего этажа появилась растрепанная Бригитта в легкой спальной пижаме.

— Сыпок, что такое? — спросила она, подбегая к Жако. — Что случилось?

— Катя меня толкнула, — завыл тот до чрезвычайности натуральным тоном. В его зеленых глазах стояли слезы. Надо же, да мальчишка настоящий актер! Жако, обхватив коленку, раскачивался на ступеньке, утробно завывая.

— Катя, как ты могла! — запальчиво закричала Бригитта, растирая Жако якобы ушибленную ногу. Она стала покрывать коленку поцелуями. Жако обернулся к Кате, показан ей средний палец руки и снова завизжал.

— Бригитта, что ты делаешь! — кричал он. — Ой, как больно, она мне все сломала! Надо к врачу. Немедленно! На рентген!

Бригитта подскочила, в ее глазах сверкали молнии. Но ЧТО Катя ей скажет — что все это не более чем инсценировка мерзкого Жако? И она не думала его толкать, а он просто так веселится, изображая из себя жертву.

— Катерина! — закричала Бригитта. — Когда мы брали тебя, то надеялись, что ты сумеешь найти общий язык с Жако. Как ты смеешь бить ребенка! Это так… низко! Я разочарована в тебе!

— Ну ладно, Бригитта, — сказал вполне будничным голосом Жако, подскакивая на «больной» ноге. — Все прошло. И вообще, я ошибся, это я сам упал, а Катя мне хотела помочь подняться. Так что иди спи. Тебя Фредди ждет!

Бригитта, фыркнув, удалилась. Жако, подойдя к Катерине, сказал:

— Ну что, убедилась, как это легко? Я же мог сейчас и не остановиться, тогда бы мы поехали в больницу, я бы там закатил истерику, валялся бы по полу, по-волчьи выл. И тебя бы в конце дня выбросили на улицу. Так что, Катя, тебе надо со мной дружить. Ты это поняла?

Катя молчала. Жако подошел к ней, она видела дьявольский огонь в его зеленых глазах. Он снова спросил:

— Ну что, ты поняла?

— Поняла, — медленно проговорила Катя, думая о том, что сегодня — первый из трехсот шестидесяти пяти дней, которые ей придется провести у Клумпсов. Жако внезапно поцеловал Катю прямо в губы. Девушка отпрянула. Подросток захохотал и помчался по лестнице вниз. Она стала тереть губы, словно только что поцеловала жабу. Надо же, какое мерзкое ощущение! Да что он себе позволяет! Или она к нему несправедлива? Жако надо помочь. В конце концов, она приехала в Германию с далеко идущими планами. Не уезжать же, в самом деле, прямо сейчас обратно в Россию?! Тем более что в Волгограде ее ничего хорошего не ждет.

Она попытается терпеть. И перевоспитать этого Жако. У нее получится!

— Эти сурки будут дрыхнуть еще часа два, — сказал Жако, когда Катя спустилась в гостиную. — Пошли прогуляемся по Гамбургу. Я покажу тебе самые злачные места. На Репербан сходим, в секс-шопы. Жаль, меня туда еще не пускают…

Они отправились в город. У них был проездной, который позволял пользоваться всеми видами городского транспорта. Бригитта позаботилась о том, чтобы ее сыночек и Катя ни в чем не нуждались. Они вышли около ратуши. Жако бежал по улице, Катя еле успевала за ним, боясь потерять мальчика из виду. Они оказались в парке «Плантен ун бломен». Какая же здесь красота! Затем вернулись к внутреннему Альстеру. Альстер — это река, однако в центре Гамбурга из нее искусственно было сделано два озера. Маленькое — внутренний Альстер, и большое — внешний. Внешний Альстер, вокруг которого стоят богатые виллы и дипломатические представительства различных стран, любимое место прогулки жителей Гамбурга. Здесь совершают пробежки те, кто предпочитает здоровый образ жизни.

— Тут скукота, одно старье, да «голубые» за ручки прогуливаются, — сказал Жако. — Ладно, пошли на Юнгфернштиг!

Они вышли на большую улицу, которая считается сердцем города. Как Арбат в Москве или Елисейские поля в Париже, так и Юнгфернштиг в Гамбурге является всемирно известной достопримечательностью. Но Жако явно не хотел, чтобы Катя все внимательно рассматривала.

— Тут тоже ничего хорошего, — морщился он. — А теперь поедем на Репербан.

Катя знала: Репербан — это еще одна достопримечательность Гамбурга, может быть, гораздо более известная, чем Альстер, Эльба или Юнгфернштиг. Улица, на которой расположены крошечные ресторанчики, кафе, забегаловки — в общем, масса злачных заведений. Секс-шопы, кинотеатры, где крутят порнофильмы, небольшие отели… Тут же толпятся «жрицы любви». Жако провел Катю к одному из проулков и сказал:

— Сейчас ты увидишь кое-что занятное. Пошли, Катя!

Они миновали странные щиты, которые скрывали это место от взглядов прохожих, и оказались на улице, по обеим сторонам которой шли витрины. Только вместо манекенов в витринах располагались женщины. Самые что ни на есть настоящие и живые! В откровенном неглиже (иногда — и без оного), они зазывно манили клиентов-мужчин. Катя смутилась. Надо же, это прямо как в супермаркете, только вместо продуктов — женщины. Некоторые витрины были пусты, над ними горели красные фонари. Видимо, это значило, что дама, работающая здесь, сейчас занята…

Не успела Катя появиться в этом скопище греха, как раздался свист. Жако отбежал на порядочное расстояние, Катя непонимающе уставилась на кричащих и топающих ногами проституток в витринах. Те, возмущаясь, показывали на Катю пальцами. Внезапно нечто просвистело мимо ушей и шмякнулось на мостовую около Кати. Девушка отскочила в сторону, и затем что-то влажное и скользкое ударило ей в лицо. Катя закричала, чувствуя, что по щекам течет вода. Затем на нее обрушился целый град из… Из презервативов, заполненных водой! А также летели огрызки, пустые пластиковые стаканы и использованные тампоны. Катя побежала вон из переулка, а вдогонку ей неслись проклятия, смех и разбойничий свист.

Жако ждал ее на выходе. Мальчишка, ухмыляясь, сказал:

— Ну что, Катя, понравилось? Это же самый смак в Гамбурге — бабы сидят прямо в витринах. И стоят недорого! Только у меня денег пока даже таких нет. Кстати, забыл тебе сказать — женщинам входить в этот переулок запрещено. А та, что рискнет, забрасывается презервативами с водой и мусором. Тебе не повезло, Катя!

Подросток явно получил от этого неприятного инцидента наслаждение. Катя, чувствуя мерзкий запах, который пропитал всю ее одежду, заявила, что хочет поехать домой и переодеться.

— А я не хочу, — отрезал Жако. — Ты обязана со мной ходить, а то, что ты немного промокла… Так это твои проблемы, Катя.