Не заглядывай в пустоту - Наталья Александрова

– Порошок? – Герыч сделал вид, что задумался, затем повернулся к Павлику и процедил: – Я вот что подумал. У Люси есть к тебе пара вопросов. Ответишь на них – я тебе отдам порошок, не ответишь – извини…

– Ну да, так я тебе и поверил! С чего это ты мне отдашь товар на сотню тысяч зеленых?

– Зря ты так, Павлик! Я – хозяин своему слову. Если сказал, что отдам, значит отдам.

– Пошел к черту!

– Ну, если ты так ставишь вопрос… – Герыч повернулся к своему подручному и приказал: – Высыпай порошок в унитаз!

Павлик позеленел, глаза его забегали, и он нехотя пробормотал:

– Ладно, что там она хотела спросить?

– За что ты убил моего мужа? – произнесла Людмила, подойдя ближе и внимательно следя за лицом бандита.

– А кто твой муж? – недоуменно переспросил Павлик.

– Антон Касаткин!

– Первый раз про такого слышу! – отрезал мужчина.

– Ну, раз не хочет отвечать – давай, Бритва, высыпай порошок!

Павлик с тоской смотрел на свое богатство.

– Говорю же: не знаю ничего про этого Касаткина! – проговорил он, закусив губу. – С чего ты вообще взяла, что это я его убил? Я о нем вообще никогда не слышал!

– С того, что его отравили лягушачьим ядом! – ответила Людмила, следя за лицом бандита. – А еще с того, что ты убил Юлию, которая выкупила у лаборантки результаты анализов, из которых было ясно, каким ядом он отравлен. Ты убил ее в примерочной кабинки универмага, почти у меня на глазах. А потом я тебя своими глазами видела в квартире Юлии, где ты искал эти результаты… а еще наверняка это ты убил и саму лаборантку, сбил ее машиной…

– Ну да, ту бабу я убил, – нехотя признался Павлик, – вертелась она вокруг больницы, вынюхивала что-то насчет лягушачьего яда. Если бы узнала, откуда поступает этот яд, вышла бы на мою лабораторию. А лаборантка сама виновата, продала результаты анализов сначала одним, потом другим… Выходит, – догадался бандит, – это у твоего мужа нашли в крови лягушачий яд? Ну, ты как хочешь, а я к этому непричастен. Я его и не видел ни разу!

Людмила пристально смотрела на него, и внутренний голос говорил ей, что на этот раз бандит не врет.

Значит, она зря рисковала жизнью, зря сунулась в бандитское логово, зря участвовала в разборках наркоторговцев? В итоге она так ничего и не узнала о смерти Антона, оказалась на том же месте, с которого начала свое расследование!

– Ну что, я на ее вопрос ответил, – проговорил Павлик, повернувшись к Герычу, – отдашь мне порошок?

– Погоди! А вот меня самого один вопрос интересует. – Герыч ухмыльнулся. – Почему у тебя кличка такая смешная – Павлик? Или это не кличка, а настоящее имя?

Павлик молчал. Но тут подал голос один из лаборантов, все это время молча стоявших у стены.

– Фамилия у него Морозов, вот и прозвали его Павликом. Как пионера-героя.

– Это который папашу своего выдал? – сообразил Герыч. – Ну что, очень подходящая кликуха! Давай, Бритва, высыпай порошок в сортир!

– Но ты же мне обещал…

– Мало ли что я обещал? – веселился Герыч. – Я – хозяин своему слову! Хочу – дам, хочу – возьму назад!

Людмила думала, что ей делать дальше.

Самое умное, конечно, вернуться домой, пока не поздно, и навсегда забыть про ядовитых лягушек, про наркотики, про бандитские разборки. И отказаться от попыток узнать правду о смерти Антона…

Но она словно воочию увидела старинное зеркало и свое отражение в нем. Отражение, которое так похоже на нее внешне, но так отличается характером!

Губы отражения шевелились, и Людмила скорее почувствовала, чем расслышала его слова:

– Ты все равно не сможешь спокойно жить, пока не узнаешь, как и почему умер Антон. Ведь тот, кто его убил, до сих пор остается безнаказанным. А самое ужасное, что ты, возможно, каждый день сталкиваешься с убийцей…

– Ну и что мне теперь делать? – проговорила Людмила вполголоса. К счастью, бандиты были заняты своими делами и не обратили на нее внимания.

И тут она поняла, что остался единственный путь установить истину.

– Вот что, Витя, – громко проговорила Людмила, – ты, конечно, все тут разнес, но он запросто начнет все сначала, потому что у него осталось самое главное: источник сырья.

– Это ты о чем? – Герыч повернулся к ней.

– Хочешь узнать, откуда он берет лягушачий яд?

Павлик, казалось, примирился со своим поражением, примирился с потерей лаборатории, с потерей огромной партии порошка. Он стоял, понурившись, со связанными за спиной руками. Но при этих словах он побагровел, бросился на Людмилу и попытался ударить ее головой в лицо. К счастью, Бритва успел подставить ему ногу. Павлик грохнулся на пол и извивался, как червяк, пытаясь снова подняться, и последними словами ругал Людмилу.

– Ишь, как его разбирает! – оживился Герыч. – Выходит, это для него – вопрос жизни и смерти! Молодец, Люся! Ну, говори, откуда он берет эту отраву?

– Знаешь театр «Запределье» на Загородном проспекте?

Произнеся эти слова, Людмила уже поняла, что говорит ерунду: откуда этот бандит может знать музыкальный театр?

– Ладно, в общем, я тебе сама все покажу. Едем сейчас на Загородный.

– Едем! – охотно согласился Герыч.

– А с этими что делать? – осведомился Бритва, оглядев унылую команду Павлика.

– Морозова берем с собой, мы с ним еще не окончательно рассчитались. Остальные пусть уматывают, а базу сжечь!

Лаборанты Павлика, услышав это распоряжение, бросились наутек, радуясь, что легко отделались. Бритва достал заранее приготовленную канистру с бензином и принялся обильно поливать помещение. Герыч с Людмилой, не дожидаясь завершения спектакля, вышли на улицу. Скоро к ним присоединились Бритва и остальные бойцы.

– Мы что, так и поедем в театр в похоронном автобусе? – удивленно проговорила Людмила. – Впрочем, какая разница…

Автобус еще не успел отъехать от здания морга, когда из окон повалил густой черный дым.

Через полчаса похоронный автобус остановился на Загородном проспекте, в квартале от театра «Запределье».

Герыч и Людмила вышли, к ним присоединились Бритва и его толстый напарник. Остальным Витя велел оставаться в автобусе и не спускать глаз с Павлика.

Вечерний спектакль еще не начался, первые зрители входили в театральное фойе.

Пожилой капельдинер узнал Людмилу, но при виде ее спутников его брови полезли на лоб.

– Ваши билеты, господа… – проговорил он по привычке.

– Эти господа – из Комитета по культуре, – сухо сообщила Людмила. – Плановая проверка репертуара.

– А, ну тогда понятно… – кисло протянул капельдинер, отступая в сторону. – Добро пожаловать, господа…