Овечка в волчьей шкуре - Татьяна Полякова

— Не знаю, — вяло ответил он. Я согласно кивнула,точно ответ меня удовлетворил, и больше не обращала на него внимания. Прошелчас и он не выдержал:

— А Стас утверждает, что ты спятила.

— Это он спятил.

— Ты знаешь, где они, да? — Парень говорилосторожно, точно боялся, что нас подслушивают. Я уставилась в его глаза, онвроде бы перестал дышать, завороженно приоткрыв рот в ожидании чуда.

— Конечно. Только Стас их не получит.

— Ты веришь во всю эту чушь: священная война, и всетакое?

— Нет. Мне плевать на священную войну. Стас — сволочь иничего не получит. Я скорее убью себя.

— Он здорово злится. Если честно, я тоже считаю, чтоон… он псих. Понимаешь?

— Еще бы…

— Я терпеть не могу психов.

— Уходи от них. Психи всегда плохо кончают.

— Легко сказать… — Он невесело засмеялся.

— Ты принес мне кота, и тебе я скажу.

— Что скажешь? — нахмурился он.

— Где они. Ты пойдешь и возьмешь их.

— А ты?

— Главное, чтобы они не достались Стасу.

— Ты это серьезно? Ты это серьезно? — повторил онпочти испуганно.

— Да. Но я не уверена, что ты не захочешь рассказатьему…

Парень задумался, а я прекратила разговор и больше необращала на него внимания.

— Через десять минут меня сменят, — сказал он,протомившись часа три в задумчивости. — Завтра я в ночь…

— До завтра, — кивнула я.

* * *

Он едва дождался, когда уйдет парень, которого менял.

— Привет, — сказал он, опасливо косясь на дверь,за которой скрылся охранник.

— Привет, — ответила я и стала играть с котом.

— Эй, — позвал он через полчаса. — Ты чегомолчишь?

— Я привыкла молчать. У меня есть только кот, а коты неразговаривают.

— Давай поболтаем.

— О чем?

— Какая разница. Как зовут твоего кота?

— Кот.

— Это не имя.

— Ну и что? Мне нравится звать его кот. Без имени.

— У тебя-то как раз проблем с именами нет. Я слышал,что о тебе рассказывали. И Стас предупреждал, тебе нельзя доверять.

Я пожала плечами:

— Ты ведь знаешь, я скоро умру. Мне все равно. Лишь быони не достались Стасу.

— Конечно… я понимаю. Я бы на твоем месте… он редкаясволочь, я и раньше так считал, а сейчас… Слушай, отсюда не так трудно сбежать…

— Я не смогу. Мне дойти даже до двери.

— Допустим, не сегодня. Ты могла бы постараться… Тыпочти ничего не ешь, это плохо. Слышишь? С какой стати тебе спешить умирать? Умоего отца было три инфаркта, а он едва в тюрьму не угодил. Если бы тыпостаралась… я бы помог тебе.

— Не переживай. Когда я буду умирать, шепну тебе, гдеалмазы. Главное, чтобы я загнулась в твою смену. Потерпи, недолго осталось.

Я опять перестала обращать на него внимание. Прошло часадва, не больше. Он вдруг поднялся из-за стола и шагнул к двери. Ключ повернулсяв замке, я напряглась, не поднимая на него глаз и почти не дыша.

— Эй, — позвал он, опасливо приближаясь. «Толькобы никому не пришло в голову сейчас войти», — молилась я.

— Тебе нельзя входить, — заметила я равнодушно.

— Скажу, что ты просила пить. Сейчас налью воды. —Он вернулся к своему столу и взял стакан, стакан, а не кружку, из которой меняобычно поили. — Ты точно знаешь, где они?

— Я уже говорила. Достать их нетрудно… Правда, этодалеко. В тех местах идет война, но, если ты принесешь мне карту, я объясню,как пройти. Там полно тропинок, если знаешь их, можно без проблем попасть кудаугодно.

— Вот видишь, — обиделся он. — Разве я одинсправлюсь? Ты все знаешь, тебе легче найти. Давай, постарайся. — Он незаковал меня в наручники, как это делал Стас, он протянул мне стакан и даженаклонился ко мне.

Я взяла стакан из рук парня и, с удивившей меня самускоростью, разбила его о спинку кровати, вода пролилась на пол, а я ударилапарня осколком в горло, в ту же секунду замкнув наручники на его руке. Онзахрипел, вцепившись в свою шею, а я, подхватив кота, выскочила из комнаты.

Пистолет был в наплечной кобуре, висевшей на стуле. Янатянула пиджак парня, сунула кота в карман и схватила пистолет. Дверь наверхбыла заперта, ключ торчал в замке. Я повернула его, прислушалась и распахнуладверь. Длинный коридор, лампочка под потолком… Заперев за собой дверь, ясделала первый шаг. Кот недовольно завозился.

— Тихо, — шепнула я, погладив его, и быстро дошладо конца коридора. Еще дверь, на этот раз не запертая. Очень осторожно яприоткрыла её. Большой холл, окна с цветными стеклами, дверь на улицу, на виднепробиваемая, рядом хитрый приборчик, красный огонек горит непрерывно. —Придется поискать другой выход, — пробормотала я.

Босиком, ступая на носках, я пересекла холл и слева увиделаещё две двери. Мысленно перекрестившись, приоткрыла одну. Парень из охранысидел в кресле спиной ко мне и смотрел телевизор. Я бесшумно скользнула впереди ударила его рукояткой пистолета по голове. Он как-то мягко оплыл в кресле, акот в кармане пиджака жалобно мяукнул.

«Сколько их может быть в доме»? — думала я, покидаякомнату. Времени у меня совсем ничего, в любой момент мое исчезновение могутобнаружить… Надо скорее выбираться отсюда. Я вышла в коридор, когда дверьнапротив распахнулась и на пороге появился Стас. Он даже не сразу меня увидел,сделал пару шагов, глядя куда-то в пол, затем повернул голову, и тогда нашивзгляды встретились. На мгновение в его глазах мелькнула растерянность, рукамашинально скользнула к ремню брюк, но замерла на полдороги: оружия при нем небыло. Я это поняла сразу, а он сразу вспомнил, то есть произошло этоодновременно. Глаза его хищно сверкнули, и зрачки сузились, точно вовсе нечеловек стоял передо мной, а дикая кошка.

— Я так и думал, — бросил он с усмешкой. —Где этот придурок?

— Мне нужно покинуть дом, — не обращая внимания наего слова, сказала я.

— Как ты это проделала? — спросил он, было ясно:парень тянет время.

— Я тороплюсь.