Золотая удавка - Наталия Антонова

На столе мерно колыхалось пламя свечей.

– Жаль, что мы уйдем раньше, чем появится скрипач, – тихо сказал Морис.

Мирослава кивнула и добавила:

– Мы можем прийти сюда в любой другой вечер.

Скрипач был, пожалуй, главным символом «Нептуна». Предвещал его появление постепенно усиливающийся звук колокола.

Юноша в белом костюме выплывал из-под сцены на раковине, в его руках были скрипка и смычок. Скрипач носил сценическое имя Орфей и полностью его оправдывал, завораживая своей игрой всех присутствующих.

Однако начинался концерт Орфея поздним вечером.

Подозвав официанта, детективы расплатились и поднялись из-за стола десять минут девятого.

Все пространство перед рестораном было залито разноцветными огнями. Создавалось впечатление, что вокруг не городские улицы, а бухта.

Морис сел в «БМВ» и вывел автомобиль со стоянки, договорившись, что будет ждать Мирославу на пятачке, расположенном возле сквера на противоположной стороне.

А Мирослава снова поднялась на ступени и стала ждать.

Как ни странно, Рита Зазулина прибыла на встречу на десять минут раньше. Едва девушка выскользнула из машины, как Мирослава сразу интуитивно узнала ее и пошла ей навстречу.

Та тоже догадалась, что девушка, медленно спускающаяся со ступеней, и есть детектив, назначивший ей встречу.

– Вот вы какая! – воскликнула Рита и, не давая Мирославе вставить хотя бы слово, схватила ее за руку и потащила в ресторан.

Оказывается, предусмотрительная Зазулина заранее заказала небольшой кабинет на двоих.

– Здесь нам не помешают, и никто нас не подслушает, – с довольной улыбкой объяснила она.

По взгляду, брошенному на нее девушкой, Мирослава поняла, что та ждет одобрения, и сказала с улыбкой:

– Замечательно.

Синие глаза Зазулиной засветились, как фиалки на рассвете.

– Что будем заказывать? – спросила Рита.

– Мне только фрукты и чай, – ответила Мирослава.

– Мне тоже, – сказала Зазулина и пояснила: – Мне еще с друзьями тут кутить до утра.

Когда они получили заказанное и остались вдвоем, Мирослава начала серьезный разговор:

– Вы, конечно, знаете о том, что случилось с вашей подругой…

– Еще бы! И я просто изумлена тем, что полиция до сих пор не схватила этого мерзавца!

– Кого именно вы имеете в виду?

– Того, кто убил Женьку!

– Вы кого-то подозреваете?

– Даже и не знаю, – сбавила обороты пылающая праведным гневом девушка.

– Насколько мне известно, полиция подозревает Адама Верещака, – осторожно проговорила Мирослава.

– Ерунда! – отмахнулась Рита. – Адамчик не мог убить Женьку.

– Почему?

– Он от нее был без ума.

– Значит, мог убить из ревности.

– Нет, не мог.

– Почему?

– Не такой он человек, – уверенно ответила Зазулина.

– А поводы для ревности у Верещака были?

– Ну-у‐у… – уклончиво протянула подруга Евгении.

– Он знал о ее вечеринках в компании стриптизеров?

– Откуда вы об этом узнали?! – изумилась Зазулина.

– Работа у меня такая, – не менее уклончиво отозвалась Мирослава.

– В общем, это нельзя считать изменой, – уверенно заявила Рита.

– Почему?

– Потому, что душой Женя любила только Адама.

– А Адам изменял Евгении?

– В смысле?

– В смысле – телом.

– Не знаю, – проговорила девушка задумчиво, – но, кажется, нет…

– Почему вам так кажется?

– Потому что он больше ни на кого, кроме Женьки, и не смотрел.

– Может быть, у него не было соблазнов?

– Не было соблазнов, скажете тоже, – рассмеялась Рита, – Адам такой красавчик, что женщины пачками на него вешались.

– Так уж и пачками? – усомнилась Волгина.

– Вы что, не верите мне?!

– Ну почему же… Просто, может быть, не было девушек, способных конкурировать с Бельтюковой.

– Почему же это не было?! Очень даже были! Например, он Ленке Кокориной нравился. Она просто не сводила с него своих коровьих глаз! – рассмеялась Зазулина.

– Почему коровьих?

– Потому, что Ленка у нас волоокая. А ейный тятенька, – проговорила Рита, подражая малообразованной селянке из старинного водевиля, – владелец сети мясных магазинов «Му и компания», денег у него куры не клюют, и в отличие от Валентина Гавриловича он своей ненаглядной доченьке слова поперек не скажет.

– К чему вы клоните? – насторожилась Мирослава.

– К тому, что если бы Верещак переметнулся к Ленке, то уже был бы зятем Михаила Глебовича Кокорина и катался как сыр в масле.

– Интересно…

– Очень! Мне и самой Адам нравится. Но замуж я бы за него не пошла.

– Почему?

– Потому, что он всего лишь артист цирка. И я не променяю на него со всей его красотой и сексуальностью своего невзрачного жениха-банкира.

– Понятно…

– Вот переспать с ним одноразово я бы согласилась с превеликим удовольствием. – Глаза девушки приняли мечтательное выражение.

– Может, и Кокорина хотела этого же?

– Нет, – усмехнулась Рита, – эта дурочка в него влюбилась и грезила о замужестве.

– Евгения знала об этом?

Рита пожала плечами:

– Скорее всего догадывалась.

– Так, может быть, Лена и расправилась с соперницей? – спросила Мирослава.

– Шутите? – фыркнула Зазулина. – Куда уж Ленке справиться с Женей…

– Необязательно убивать самой, можно нанять кого-то для грязной работы.

– Нет, Ленка не стала бы убивать, она бы приложила все силы, чтобы просто отбить Адама у Женьки.

– А другая ваша подруга тоже была влюблена в Адама?

– Кого вы имеете в виду?

– Катю Мишлевскую.

– Нет, Катьке Адам был не нужен.

– Почему?

– Не ее тип.

– А сегодня на вечеринке будут обе ваши подруги?

– Нет, Катька будет, а Ленки нет в городе.

– Где же она?

– Укатила с каким-то парнем на дачу.

– На дачу?

– Ну да, у них за городом нехилый замок в псевдоготическом стиле. Так они свою усадьбу по старинке дачей зовут.