Свой, чужой, родной - Татьяна Полякова

28 октября ее охранник (Петр Емельянов!) внезапно почувствовал себя плохо и по совету Анжелики отправился домой. Однако врача вызывать не стал и в поликлинику не обращался, позднее объяснив это тем, что просто собирался «отлежаться», чтобы через день заступить на смену.

Ковтун проводил совещание, которое затянулось. Анжелика отправилась домой одна. Камера на парковке офиса зафиксировала момент, когда она выезжала на своей машине. Больше ее живой не видели.

Далее в оценках ситуации наблюдались расхождения. Одни утверждали, что похитители требовали выкуп и называли сумму — миллион долларов. Другие, напротив, отрицали наличие каких-либо требований.

30 октября труп Анжелики обнаружили в лесополосе, в десяти километрах от города. Лицо обезображено, однако сомнений в том, что это именно она, не возникло.

На похоронах присутствовали многочисленные друзья и знакомые, среди которых был и Саша Крест. Между ним и Ковтуном якобы произошла стычка. Об этом говорилось лишь в одной статье и сопровождалось комментарием: по слухам. То есть была стычка или нет, не ясно.

Большинство журналистов, желая подстраховаться, то и дело ссылались на эти самые слухи. Гадай теперь, что творилось на самом деле. Одни намекали, что Ковтун выкуп отказался платить, оттого девушка и погибла. Другие указывали на странное стечение обстоятельств: Ковтун на совещании, а охранник скоропостижно заболел. Креста тоже не обошли вниманием — девушка была его любовницей, но вскоре предпочла бизнесмена. Прямо в похищении его не обвиняли, однако намеками сыпали как из рога изобилия. Классический любовный треугольник представили с максимальными подробностями. Крест сделал из девушки звезду, вложив немалые деньги, а она сбежала, оставив его с разбитым сердцем. Он решил отомстить, и девушка погибла. Вообще-то похоже на правду. Однако Варвара утверждала обратное: конкурс красоты был его прощальным подарком. Об этом она узнала от Эммы, а Эмма — лучшая подруга погибшей девушки. Кому знать о таких вещах, если не ей?

Конечно, Варвара могла все это попросту придумать. Хотя, если честно, не особо я в это верила — в то, что придумала, я имею в виду. Но и у журналистов, должно быть, имелся повод подозревать в преступлении Креста. Следователи уделили его персоне самое пристальное внимание, но, если до ареста дело не дошло, значит, ничего так и не накопали.

Ковтуна тоже подозревали, намекая на ревность, разницу в возрасте и прочее. Фотографии Креста ни в одной из статей не оказалось, а вот Ковтун был представлен в разных ракурсах, с Анжеликой и без, и выигрышно нигде не выглядел. Упитанный мужик лет сорока, с редеющими светлыми волосами, пухлыми щеками и курносым носом. Анжелика же свой титул получила не зря — настоящая красавица. Ревность вполне могла иметь место. Предположим, она нашла кого-то попривлекательнее Ковтуна, он узнал об этом, а письма с угрозами и похищение — лишь инсценировка. Не обошли вниманием и Эмму. Журналисты разнюхали о ее большой любви к Кресту и намекали, что она была не прочь отомстить сопернице — мол, женщины злопамятны и все такое. Итог этой истории не порадовал: убийца так и не был найден. Как говорит Тимка, стопроцентный висяк. Тайна гибели девушки тайной и осталась.

Вздохнув, я решила сосредоточиться на одном из фигурантов этого дела, а именно на Александре Бережном по кличке Крест. Было любопытно взглянуть на любимца женщин (Варвариного уж точно). Здесь меня ждало разочарование. Саша Крест не давал интервью и не любил фотографироваться. Публикаций в прессе нашлось достаточно, но все они касались ночного клуба и различных мероприятий, которые там проводились (того же конкурса красоты, к примеру). Крест мелькал на групповых фото, но каждый раз стоял либо вполоборота к камере, либо вовсе чуть ли не затылком, точно прятался. Вполне возможно, так и было.

Последние публикации о нем были шестилетней давности. Пожар в ночном клубе, обнаруженные в одной из комнат три обгоревших трупа. Намеки на поджог и еще более жуткие намеки на возможное тройное убийство. Пожар должен был скрыть следы преступления. Для Креста, как видно, настали нелегкие дни: клуб сгорел, а в перспективе — разборки с полицией с весьма сомнительным результатом. Были убийства или нет, отвечать за три трупа все равно придется. Оттого исчезновение Креста никого не удивило. Он должен был явиться к следователю, но не явился. Попытки связаться с ним ни к чему не привели.

Варвара ничего не напутала. Случилось это в одно время с исчезновением Эммы. Если в хронологическом порядке, то сначала исчезла Эмма, а затем Крест. С интервалом в три-четыре дня. А в промежутке исчез Емельянов, его труп, скорее всего, сейчас на столе патологоанатома.

— Черт, — пробормотала я от внезапно замаячившей на горизонте догадки.

В этот момент внизу хлопнула входная дверь, и Тимка заорал дурным голосом:

— Есть кто дома?! Встречайте мужика!

Я выпорхнула ему навстречу, но Людка меня опередила.

— Ужин готов? — осведомился Тимка, мы с подругой переглянулись.

— Чья очередь сегодня готовить? — неуверенно спросила она.

— Значит, нет, — вздохнул Глазков и покачал головой в большой печали.

— Давайте, в конце концов, составим график, — начала Людка, а Тимка махнул рукой.

— График в тарелку не положишь.

Я почувствовала досаду оттого, что об ужине даже не подумала, а надо бы. Дело вовсе не в угрызениях совести, договориться с Глазковым на сытый желудок было бы куда легче.

— Может, из ресторана еду закажем? — неуверенно предложила я.

— В холодильнике пельмени есть, — напомнила Людка.

— Давайте закажем, — кивнул сосед. — А пока варите пельмени, — и гордо удалился к себе.

— Нет, ты видела? — возмутилась подруга, когда он скрылся в своей квартире. — Если мы бабы, значит, ужин готовить нам. А если сортир засорится, значит, надо вызывать сантехника.

— Тебе чего заказывать? — спросила я, просматривая на телефоне меню ближайшего ресторана.

— Как всегда… Ребрышки, картошку фри, салат «Цезарь». Глазков! — заорала она. — У тебя какие предпочтения?!

— Домашняя еда из любимых рук! — проорал он в ответ.

— Значит, тоже ребрышки, — сказала Людка и вновь возвысила голос: — Тебе стоит подумать о женитьбе… Пусть тебя благоверная кормит.

— Кто за меня пойдет? — вздохнул он, появляясь перед нами. — Если вы в комплекте? А менять квартиру я не хочу.

— Значит, ребрышки, — кивнула я и пошла варить пельмени.

За столом мы устроились минут через пятнадцать, Людка принесла пива, что несколько примирило Глазкова с действительностью. Я подождала, когда он выпьет, и спросила:

— Новости есть?

— А то… — ухмыльнулся он.

— Не тяни! — взмолилась я. — Это Емельянов?

— Нет, дорогая, это не он. С ключицей у нашего трупа полный порядок. Кстати, спасибо тебе большое, выставила меня полным идиотом…