Альфонс нечаянно нагрянет - Маргарита Южина

– Ирина! Пожалуйста, сходи принеси горячего чаю, вон Валерию Николаевну как трясет, надо, чтобы она согрелась.

Девчонка скривилась, но ослушаться не посмела, шатаясь, поднялась и поплелась в кухню.

– А вы по ночам горбатитесь? – тут же прицепилась Люся.

– Почему горбачусь? Я работаю, – обиделся Вадим. – Вполне нормальная служба – охранником, ночь через двое. По-моему, для студента это весьма неплохо. А как же не работать? Мне помогать некому… Простите, сейчас я чай Валерии Николаевне подам, а то Ирина обязательно его выльет на гостей.

Он подскочил, выхватил из рук шатающейся Ирочки чашку и незаметно поставил перед матерью погибшего.

А в это время от имени друзей поднялась Тамара. Корявым языком она принялась петь оду своему погибшему другу:

– Ну мы, блин, конечно, потеряли… А ваще, Мишка-то нормальный парень был. Не, ну главное, еще и Валька умерла! Чо к чему?! Он ваще, может, из-за нее и того… помер!

То ли сам вид этой молодой, здоровой девицы, то ли ее слова так растеребили материнскую душу, но Лера снова забилась в рыданиях.

– Генечка, чего сидишь как клуша, честное слово?! – зашипела Эмма. – Подсуетись, утешь!! Господи, ну в кого ты такое бревно?! Ты же к ней перебираться собрался! Я уже нам и размен подыскала. Давай, шевелись, поддержи ее в трудную минуту, а то, чего доброго, она тебе этого не простит.

Под таким натиском трусоватый Генечка подскочил к несчастной Лере, закружил возле нее, но не знал, с какого боку подобраться.

– Лерочка… твое горе… поверь, я с тобой…

– Ой, ну чо вы блеете? – взяла инициативу в свои руки Тамара. – Прям баран, честное слово, скажи, Толик! Вы ей водки суньте! Я завсегда так успокаиваюсь, Борька, скажи! Водки дайте ей!!

Генечка подхватил свою рюмку и стал тыкать ее в рот несчастной.

– Лерочка, на водочки выпей… ну глоточек. За маму… за папу…

– Да пей ты сам свою отраву!! – взъярилась Лера, отталкивая руку утешителя.

– Точно!! – развеселилась Тамара. – Сам пей!

Генечка покрутился, но ослушаться не решился. А гости скандировали:

– Пей до дна! Пей до дна!!

Дальше произошло непонятное – выпив рюмку, Генечка вдруг побледнел, изо рта пошла пена, и он рухнул на пол, схватившись за горло.

– Что это с ним?.. Врача!!! – уже орали гости.

Кто-то кинулся к телефону, молодежь принялась пикать мобильниками, старушки, в суете похватав пласты мясной нарезки с тарелок, спешно улизнули, загрохотали стулья, и только Лера, оглядывая переполошенных гостей, вдруг зашлась в страшном хохоте.

Василиса кряхтела от напряжения – на ее плече висла туша Тамары, и эту тушу надо было доставить до дома. Когда все гости спешно покинули квартиру Леры, Василиса прицепилась к молодым – Толику и Тамаре. С молодежью она еще не успела переговорить, а это был такой подходящий повод – парень в одиночку просто не мог сдвинуть пьяненькую девицу с места, а Тамара от испуга так набралась, что сама идти отказывалась. И оставлять ее было несподручно – в любой момент могла прибыть милиция, а шальной язык Тамарочки способен наплести все, что угодно, в том числе и про друзей. Решено было девицу доставить домой, но поскольку толстяк Боря спешно улетучился еще задолго до страшного события, то вся ответственность тяжестью в сто килограммов свалилась на плечи Толика. Вот ему в помощь и навязалась Василиса. Люся в это время осталась с обезумевшей от горя Эммой и такой же Лерочкой.

Как Василиса ни надеялась, но разговора с многопудовой Тамарой не получилось. Стоило ей открыть рот, как охмелевшая девица тут же просыпалась и оглушала окрестности дикими воплями:

– Я буду вместо! Вместо! Вместо нее! Твоя невеста, честно, честная, ё! Толик!! Мать твою, подпевай!! Э-эх, дал бы кто взаймы-ы-ы, до следущей зимы и позабыл об этом!!

Толик смачно покрывал девицу матом, пихал ей снег за шиворот, ему казалось, так она быстрее протрезвеет, а Томочка от этого еще больше хмелела и визжала счастливой поросей.

С огромным трудом удалось затащить девицу на этаж. Но там возникла новая проблема. Дверь открыл Томочкин папа. У него обнаружилась великолепная память на лица. Только он увидел Василису, как тут же бросился ей на шею и восторженно затрещал:

– О! Моя волшебница!! Я знал! Я знал, что у нас состоится встреча!!. Молодой человек, сбросьте это тело сюда… нет, лучше протащите в комнату, а то я не смогу завтра выйти. Господи, где это так надралась моя дочь? Ну да бог с ней!.. Фея! Вы… подождите минуточку, я сейчас принесу список моих желаний…

Василиса испуганно задергала руками и выскочила на площадку:

– Нет, нет, только не сегодня! Я в данный момент не в ауре!

– Но как же… – уцепился за ее подол папаня и упрямо волок Василису в комнату. – Я же столько готовился… Нет, чего вы упираетесь-то? Главное, я уже все придумал! Нет, ну можно не все желания сразу…

Помог долговязый Толик. Он выдернул Василису из рук восторженного хозяина и попенял ему:

– Ну, блин, взрослый же человек, дядь Коля! Чего, блин… уцепился-то? Иди вон Томку отпаивай!

– Молчите, молодой человек, – чуть не плакал дядя Коля. – Я давно ищу встречи с такой женщиной! Нет, ну если вы не можете… Наша встреча обязательно должна состояться! Возьмите мою визитку! Там домашний телефон, я, видите ли, домушником работаю, на дому вышиваю, так вы непременно позвоните! Обещайте мне!

Василиса сейчас готова была пообещать даже превратиться в жабу, а уж позвонить…

С огромным облегчением она вдохнула в себя морозный воздух на улице.

– Куда вас, блин, конвоировать-то? – хмуро поинтересовался Толик.

Конечно, надо было отказаться, парню тоже досталось – такая ноша, как пьяная Тамарочка, могла вывести из строя и не столь тщедушного мужчину, как Толик. И все же тащиться одной по ночному городу – удовольствие сомнительное. Василиса благодарно улыбнулась парню и назвала адрес.

– А вы чего, блин, и в самом деле волшебница? – вдруг спросил Толик, когда они пешком направились к дому Василисы.

– Н-ну… скажем, не волшебница, – не удержалась от кокетства та и сложила сердечком окоченевшие губы. – Но… кое-какими способностями обладаю. Например, вот сейчас тесно с вами пообщалась и поняла: Тамара безумно хочет за тебя замуж.

Парень серьезно посмотрел на спутницу, потом нерешительно скривился в улыбке:

– Ха! Бляха медная, пообщались они! Да это и так ясно. Томке-то сколько лет? Ей давно замуж пора, она ж понимает, сейчас не выйдет, блин, потом и подавно никто не возьмет. Какое ж это волшебство?

Василиса сразила парня мудрым, устало-насмешливым взглядом:

– Ну не скажи… Во-первых, она могла бы полюбить этого жирного Бориса, потом еще у вас Вадик есть, совершенно свободная кандидатура, да и без волшебства поди догадайся – может, она и вовсе хочет остаться старой девой!