Наследник Монте-Кристо - Мередит Митчел

– Я не могу заставить себя не думать о Луизе, но это не означает, что я не могу испытывать чувств к кому-то еще. И я также восхищаюсь твоей способностью открывать свое сердце для других людей. Но не требуй от меня слишком многого. Я соглашусь с любым решением, которое примет миссис Бренсвик.

Это заявление не оставило места для сомнений – спорить с лордом Гренвиллом сейчас бессмысленно. Эмили молча кивнула. Она старалась думать об Эйприл, но его слова о чувствах к другим, под которыми, конечно, подразумевалась миссис Рэйвенси, ранили Эмили. Что ж, он поступает именно так, как обещал ей в день помолвки – живет своей собственной жизнью, заботясь лишь о внешних приличиях. Вот только его любовница не сочла нужным позаботиться о том, чтобы репутация безутешного вдовца сохранялась за лордом Гренвиллом и впредь.

– Хорошо, – коротко ответила леди Гренвилл и потянулась за пером, давая понять, что разговор окончен.

Однако муж как будто не понял намека.

– Я хотел сказать тебе еще кое-что. Меня беспокоит бабушка.

Эмили тотчас отложила перо, боясь, что пальцы своей дрожью выдадут ее волнение. Что бы ни случилось с леди Пламсбери в будущем, в ее теперешнем состоянии виновата жена ее внука. Вот только лорд Гренвилл не должен узнать об этом. Что, если старуха рассказала ему?…

– Что именно встревожило тебя? – быстро спросила она мужа. – Доктор Вуд лишь вчера говорил мне, что в ее состоянии нет перемен к худшему.

– Речь не идет о ее телесном здоровье, скорее, о душевном. – Уильям потер виски – этот жест усталости Эмили уже не раз замечала за ним и с грустью думала о том, что скоро ее любимый мужчина начнет стареть… – Ты ведь знаешь, с какой болезненной страстью она всегда относилась к приобретению новых земель…

– Она опять купила что-то? – леди Гренвилл подавила вздох облегчения.

– В том-то и дело, что продала. Она избавилась уже от значительной части своих владений и собирается продавать и дальше!

– Не понимаю, что все же тебя беспокоит, – Эмили пожала плечами. – Она всегда жаловалась, что у нее почти нет свободных средств, все вложено в землю. Сейчас ей, должно быть, понадобились деньги, только и всего. Она добилась права распоряжаться своим имуществом.

– Ты права, и все-таки… Это так не похоже на нее, – Уильям и сам не мог объяснить, почему ему так не нравятся внезапно изменившиеся привычки бабушки.

– Ты мог бы спросить, зачем ей нужны такие огромные деньги, – она не знала, что еще может посоветовать супругу. В том, что касалось леди Пламсбери, ей хотелось участвовать как можно меньше.

– Конечно, я спросил, но ее ответ ничего не прояснил.

– И что же она сказала? Решила оставить тебя без наследства и завещать все Нику Ченнингу? – как бы Эмили этого хотела! Проклятое наследство старухи она отдала бы кому угодно, лишь бы только Уильям и Лори не оказались владельцами богатства, полученного неправедным путем!

– Она сказала, что ей нужны деньги, чтобы сделать одно весьма выгодное вложение, но так и не сообщила, какое именно. Только то, что вложенный капитал удвоится или даже утроится. Ей известно, что у меня нет желания когда бы то ни было заниматься управлением огромной территорией, которую составляли ее владения до недавнего времени. Поэтому она собирается оставить мне и своему правнуку деньги, которые можно использовать, как мне будет угодно.

«Лучше всего отдать их на благотворительность! – тут же подумала леди Гренвилл. – Сколько пансионов и школ для бедных детей можно было бы открыть на эти деньги! И даже построить несколько фабрик, условия работы на которых не приводили бы к ранней смерти рабочих! Или организовать медицинский колледж для девушек!»

– Это звучит разумнее, чем все, что твоя бабушка когда-либо говорила о своем наследстве. Прости, я все еще не могу понять твоей тревоги, – после недавнего спора о судьбе маленькой Эйприл заводить разговор о ее обширных благотворительных планах Эмили не решилась.

– Да я и сам не знаю, что меня встревожило, – лорд Гренвилл поднялся на ноги. – Скорее всего, таинственный способ, который она выбрала, чтобы быстро умножить полученные от продажи земли средства. Возможно ли, что кто-то решил обмануть старую женщину? Она не перенесет потери своих денег… Тем более что ей должно быть так тяжело расставаться со всеми этими лугами и фермами. Она продает даже лес, принадлежащий прежде лорду Мортему. А она ведь так хотела когда-то его купить!

– Лорд Мортем окончил свои дни в тюрьме, владение его собственностью никому не принесет счастья, вспомни о Феллоузах, – воспоминание о печальной истории молодого честолюбивого лорда давно не посещало Эмили, как и афера мистера Феллоуза, в которую оказался втянутым Ричард, и она не собиралась позволить этому случиться сейчас. – Ты успокоишься, когда поговоришь с ее поверенным. Когда будешь в Лондоне, нанеси ему визит, расспроси о планах твоей бабушки. Уверена, он не позволит ей совершить необдуманный поступок, да она и не доверится сомнительным личностям, только не леди Пламсбери! Возраст и болезни не влияют на ее умение разбираться в людях.

– Надеюсь, что так. Я напишу ее поверенному, я пока не собираюсь в Лондон, – лорд Гренвилл уже направлялся к двери, когда вопрос жены остановил его.

– В самом деле?

– Я слишком долго отсутствовал и хочу побыть в Гренвилл-парке несколько недель, прежде чем соглашусь снова покинуть его. – Уильям не понял удивления, промелькнувшего на лице Эмили.

Говорить было больше не о чем, и она снова склонилась над своим дневником, чтобы скрыть замешательство. Лорд Гренвилл уже разговаривал в холле с рано поднявшимся полковником Дейлом, а леди Гренвилл все еще недоумевала. Она-то полагала, что Уильям не сегодня, так завтра устремится в объятия миссис Рэйвенси, от которых был так долго отлучен, а он вовсе не собирается уезжать! Неужели любовница уже наскучила ему?

Продолжать строить подобные догадки ей помешала Джейн. Миссис Стоунвилль нарочно встала пораньше, чтобы застать подругу одну. У них было еще полчаса до того, как леди Боффарт, Кэролайн и Сьюзен спустятся, чтобы немного поболтать до завтрака.

– Я уверена теперь, что у Эдмунда есть любовница, и женился он на мне только ради денег мистера Несбитта, – без всяких предисловий заявила Джейн, как только села напротив Эмили на стул, несколько минут назад занятый лордом Гренвиллом.

– Негодяй! – вырвалось у Эмили, и подруга согласно кивнула. – Но… ты уверена в этом наверняка?

– Он провел в нашем доме пятницу и часть субботы, но не захотел остаться на воскресенье и поехать со мной на ваш праздник. В субботу утром, когда мы завтракали, ему принесли письмо, – начала рассказывать Джейн. – Он поспешно схватил его с подноса, но я заметила, что надписано оно женским почерком. Мне даже показалось, что я узнаю эту руку, если пригляжусь получше, но Эдмунд слишком быстро спрятал его.

– И ты не спросила, кто ему пишет?

– Конечно же, спросила! – Лицо миссис Стоунвилль омрачилось. – Он ответил, что это касается только его дел, и так грубо, что даже Ричард не выдержал и резким тоном оборвал его. Эдмунд нехотя извинился передо мной и вышел, посмотрев на моего брата таким взглядом, что я даже испугалась…