Отель последней надежды - Татьяна Устинова

— Зина-то, — с ходу сказала она Надежде, — взяла и померла,дура! Управляющий в шоке. Как будто не могла другого времени найти, чтобыпомереть, ей-богу! Мы все в мыле, а она померла, видишь ли!

— А где?..

— Зина? Да ее увезли уже! Этот твой, — и она кивнула всторону, куда только что промчался американец, — велел вскрытие делать, хотянаш Трутнев сказал, что ничего такого с ней нет и быть не может, простоинфаркт, остановка сердца, и готово дело!

— А управляющий?

— А что управляющий, — сказала Лидочка грустно. — Орет несвоим голосом. И еще программисты!..

— Что?

— Да этот Лари или Гарри, который у них главный, сказал, чтов номерах недостаточно одного сетевого выхода. Так они теперь будутдополнительные интернетовские линии тянуть, чтобы, значит, у них было не поодному, а по пять выходов у каждого!

— Зачем?!

— В целях безопасности, — объяснила Лидочка туманно. — Еслиодин выход захватят террористы, они смогут вызвать подкрепление из НАТО в видеракет «земля — воздух» через другой выход! Я с утра ни разу кофе не пила, авремя, между прочим, пол-одиннадцатого. Кстати, кто тебя привез? Московскиймальчик, да?

И это уже известно, подумала Надежда обреченно. Да что жеэто такое?! Почему всем есть до нее дело, начиная с соседки и кончая Лидочкой!

— А кто ее нашел?

Лидочка посмотрела непонимающе.

— Зину кто нашел? — спросила Надежда. — Сколько онапролежала в каптерке, бедная?

— Да больше суток, — ответила Лидочка жестко. — Помнишь,подносчик, из новеньких, с тележки упаковку воды уронил?

— Помню.

— Вот тогда я ее видела, она что-то за ними подтирала, когдаони уже в лифт сели и поехали. И с лифтом с этим беда! По одному ездить нельзя,только по двое, а мне, может, в сортир надо, и, может, на третьем этаже! Напервом, допустим, я не могу!

Она оглянулась по сторонам, на весь бедлам и разорение,которые происходили в гостинице, и предложила:

— Пойдем кофе попьем!

— Куда, Лидочка?! В ресторане сейчас точно не дадут!

В ресторане, за распахнутыми двустворчатыми дверьми, звукдрелей и еще каких-то адских машин был особенно громким, казалось, тамсотрясается паровой каток.

— Пойдем к Эльвире Александровне. Она, может, нам по булочкедаст!

— У нее в духовке сейчас монтируют камеру наблюдения, —мрачно сказала Надежда. — Кондитерский цех сегодня пирогов не пек!

— Откуда ты знаешь? — тут же спросила Лидочка, и они обезасмеялись.

Кофе очень хотелось, и они, оглядываясь по сторонам, какволки, которые намерены стянуть жирную овечку из овина, пошли в сторону кухни,но были внезапно остановлены хозяином овина.

— Лидия, — окликнул управляющий, и они оглянулись.

Он подходил со стороны банкетного зала, и с ним рядом шагалкакой-то огромный мужик в камуфляже, под стать полковнику Уолшу. Лидочкамоментально сделала сладкое лицо и водрузила на нос очки, которые тут жесъехали, и она их подхватила.

— Лидия, — сказал управляющий, приблизившись, — проводите,пожалуйста, майора на технический этаж. Он должен его осмотреть.

— Сожалею, но у меня срочное дело в кондитерском цехе, — сходу соврала Лидочка. — У них проблемы с пятичасовым чаем, они не знают, насколько человек его готовить, ведь заехало много американских коллег. Я должнапроконтролировать.

Управляющий покорно покивал.

— Надежда проводит.., господина майора. Да, Надежда?

— Конечно, — согласилась та. А куда было деваться?!.

Ей не хотелось провожать майора, не хотелось на чердак, ивообще не нравилось то, что происходит в ее гостинице!..

…и Зина умерла так некстати!..

…и разговор с соседкой был какой-то странный!

Осталось неприятное чувство, как будто Надя собираласьпогладить кошку, а вместо кошки случайно погладила змею. И теперь кажется, чтона ладони остались ее чешуя и холод, вместо тепла и ласки мягкого кошачьегобока!

— Вы хотите осмотреть что-то еще, кроме технического этажа?

— Нет, — деревянным голосом сказал американец и счелнеобходимым объяснить:

— Это для снайперов и наилучшей их дислокации.

— Поняла? — по-русски спросила Лидочка у Надежды. — Это дляснайперов и дислокации!

— А Сергей Викторович где? Может, он проводит?

Сергей Викторович Кторов был начальником службы безопасностигостиницы «Англия».

Лидочка пожала плечами.

— Какая тебе разница, — сказала она сквозь зубы. — Тебеговорят, иди, вот ты и иди!..

И Надежда пошла.

Выбраться на чердак было делом достаточно сложным — нацентральном лифте следовало доехать до четвертого этажа, потом пройти всемикоридорами, потом по черной лестнице подняться на шестой. Ключ-карточка, спомощью которого теперь можно было привести в движение лифт, болтался у нее наремне, пристегнутый серебряным карабинчиком.

Карабинчик она нашла в кармане мужниных джинсов, когда вдругот тоски решила перестирать его вещи.

Она заталкивала их в машину, по привычке проверяя карманы, инашла карабинчик.

Его вещи пахли мужем — знакомым одеколоном, шампунем,чуть-чуть его телом, — и она их трогала, гладила, разговаривала с ними. И ейказалось, что он рядом, будто вещи хоть в чем-то могли его заменить. Хоть напять минут. Хоть на одну — почувствовать, что он рядом.

И это было ужасно.

В лифте их перехватили полковник Уолш и Лари или Гарри,который тянул новые компьютерные провода.

Камуфляжный майор приложил руку к геометрически стриженнойголове, и Уолш приложил тоже, и выглядело это смешно, потому что всем известно,что «к пустой голове руку не прикладывают», в том смысле, что на головеобязательно должна быть фуражка, а у американцев никаких фуражек не было, ноони лихо прикладывали.

— Майор, вы на крышу? Мы с вами!

Надежду Дэн как будто даже не заметил.

Согласно инструкции, она подождала, когда закроются двери,сунула в прорезь свою карточку и нажала кнопку четвертого этажа. Лифт послушнопоехал.

— Нам придется смонтировать одну дополнительную антенну, —негромко сказал Лари или Гарри Уолшу. — Помехи слишком сильные.

— О'кей. Я предупрежу своих.